Чтение онлайн

— Соль должна быть государственной!

— Только частные лица способны организовать производство в достаточном количестве. У Конгресса нет денег.

— Зато он может дотировать.

— Установить правильную цену.

— Брать налог с продаж!

— Фиксированный.

Сижу, помалкиваю, отдавая должное жаркому с подливкой. Давно так вкусно не угощали. Вечно из солдатского костра или в таверне. Не то чтобы плохо, вполне сытно, однако профессиональный повар — совсем другое дело.

В прошлом году в «Новостях врачевания и науки» опубликована методика производства выпаривания «заливной» соли. Импортная соль из метрополии была много дешевле и доступнее

местной до революции. С началом беспорядков ввоз пришел в упадок. Требовалась здешняя, пусть и дороже. Сразу после публикации статьи и назначения премии для новых коммерсантов солеварни заработали вдоль всего Атлантического побережья. В Альбионе изначально собирались строить государственную, но желающих заработать оказалось столько, что идея тихо умерла за ненадобностью. Даже небольшие начальные вложения в солеварни быстро обеспечивали тридцатипроцентную прибыль, причем ничего сложного. Обычные чаны, в которых выпаривали морскую воду.

Девственные пляжи и дюны, которые до сих пор считались бесполезными пустошами, теперь изуродованы ветряными мельницами, трубами и огромными чанами с раздвижными крышками. Методика позволяла эффективно выпаривать морскую воду не только в летние месяцы, но и с марта по ноябрь. Пока светило солнце, котлы стояли открытыми, но после заката или в дождливую погоду на них можно быстро надвинуть крышки. Только в военную пору такое примитивное производство могло быть прибыльным. Излишки соли, которые были не нужны местным рыбакам, отправляли морем на Север. Но и это не могло удовлетворить потребности колоний.

Споры о возможностях увеличить количество жизненно важного продукта вспыхивали моментально, как сейчас. Меня это занимало меньше всего. Концерн из десятка банкиров и промышленников получил от Конгресса лицензию на разработку соляных источников в долине Онондага. Там зачищали от остатков индейцев в первую очередь, сделав исключение немногим полезным с моего прямого разрешения. Соответственно и моя доля в предприятии имеется. Полагаю, двадцать пять тысяч бушелей в первый год не особо тяжкая задача, а расходы уже отобьются. В дальнейшем — чистая прибыль.

На землях племени кайюги уже столбики стоят, отмечая участки для солдат и офицеров, участвовавших в походе. Инженеры утверждают, что при наличии достаточного количества рук за год в тех местах можно выпарить не меньше миллиона бушелей соли. Сами собственники не станут заниматься, так сдадут в аренду — и постоянный доход обеспечен. Уже не зря служили. Приятный пример для мечтающих о добыче.

— А вы как думаете? — обращается ко мне сосед.

Еще один депутат от Канады, плохо знакомый. Зато одет по последней парижской моде. В смысле совсем недавней. Прежний регламент запрещал представителям низших классов иную одежду, кроме костюмов из черного сукна. На головах у депутатов третьего сословия одинаковые черные шляпы, единственным украшением которых служила одноцветная лента, завязанная, согласно давней традиции, одним узлом. Теперь шелковые ткани неудивительны на многих обеспеченных людях. Кстати, благодаря моей компании в том числе. Жаловаться на изменение привычного, когда получаешь прибыль с таких вещей, было бы глупо. Но глаз стабильно режет.

Новое учение о равенстве никому не нравилось больше, чем людям, которые по богатству, воспитанию и представлениям о жизни были настоящими благородными дамами и господами, но какой-нибудь граф, распутник и банкрот, унижал их, сажал за «второй стол» или специально обращался с ними грубо. Мечта стать вровень с высшим классом всегда теплилась у буржуа в груди.

А то, что требуется мнение… Иногда у меня ощущения зверя в клетке. Экзотического и всем интересного. Люди приходят посмотреть и потыкать палкой. Ага, вот ее обычный заменитель — якобы глубокомысленные вопросы. Вечно проверяют позицию и мысли, будто ждут откровения. Не так много на свете людей, которым честно озвучиваю мнение.

Обычно существует несколько шаблонов, а в дискуссии предпочитаю не лезть, оставаясь на заднем плане. Оратора из меня не вышло. Писать могу, исправляя и оттачивая идеи, а вот с ходу вступать в спор даже не пытаюсь. В сравнении с большинством депутатов образование минимально, а дубарем смотреться не мечтаю.

— Нашей единственно возможной политикой, — вежливо отвечаю, — является признание национальных интересов EUA [28] как высшей ценности.

Забавно, но в первый раз это название услышал от рыжего пришельца из другого мира. Ну и подсунул при первом удобном случае. Без особого смысла, чисто в виде подходящего сокращения и названия. На удивление понравилось многим. Штат — это же государство. Объединение стран, получилось. Удовлетворяет самых взыскательных. Но все же больше распространено Федерация.

— Нашим естественным партнером должна быть Франция! — возбужденно заявляет очередной депутат, проверяя реакцию. Видать, из республиканцев.

— Пока Париж не проявляет особой заинтересованности в налаживании связей.

И это плохо. Тамошняя Директория зря времени не теряет. Фландрию с Бургундией подмяла, теперь нацелилась на Италию. Точнее, на некогда принадлежащие Соединенным Королевствам земли Пьемонта и Венеции. Кому-то в Директории явно мечталось ограбить богатые торговые республики Сан-Джорджо [29] и Сан-Марко. Достаточно долго они существовали лишь по причине заинтересованности всех сторон, в отсутствие над ними власти чужой империи. Поэтому и османы предоставляли привилегии в торговле. Теперь прежний баланс интересов рухнул, а собственных сил у торговцев не имелось.

Такие действия всерьез бьют по интересам Испании, тем более что и в германские дела франки норовят вмешаться, а там прежде было поле австрийских родичей испанских монархов. Англия пытается отнять морские пути, благо флот республику не поддержал и ушел на остров почти весь. В Шотландии и Ирландии восстания. Если в первой аристократы во главе и готовы договориться на определенных условиях, то во второй просто массово убивают людей не той веры. И католики, и протестанты оказались хороши, моментально забыв прежнее добрососедство. Жуть.

В Европе вообще весело. Россия сцепилась с Османской империей. Прежде Париж поддерживал султана и не позволял русским действовать на юге Черного моря. Теперь франкам не до тех территорий, у них масса иных забот. Польша тоже осталась без поддержки, и испанцы усиленно вмешиваются в выборы короля, подсовывая своего кандидата. Уже третий мятеж, и каждый раз другой на трон громоздится, чтобы через несколько месяцев исчезнуть.

— Нам нужно отправить посла в Париж!

А также Лондон, Мадрид, Стамбул и как там называется российская столица… Денег только на все это нет. И ясной картины, чего должен добиваться посланник. Мы свои просьбы и предложения высказали всем заинтересованным сторонам. В ответ смутные обещания когда-нибудь рассмотреть. Наиболее приличным на этом фоне смотрится бывший вице-, а ныне просто король Франсуа, бывший герцог Мельбурн. Он практически на все согласился, но хочет поддержки. Любой. Военной, флотской, экономической. А Конгресс до сих пор не разобрался, кого предпочитает, но, главное, — не имеет такой возможности. Мы бы сами с удовольствием от кого-нибудь получили, да приходится крутиться самостоятельно.