Фатум
Шрифт:
Девочка Джоанна была благородна и наивна. Девочка Джоанна хотела чистой и большой любви. Девочка Джоанна пришла на свидание в своём любимом белом летнем платье, мечтая о самом чудесном признании в своей жизни. Девочка Джоанна…
Дёрнув плечом, я откинулась назад и закрыла глаза. Девочка Джоанна мертва. Вместе с глупыми мечтами и ненужным желанием счастья. Пять ножевых, пробитое лёгкое и вспоротый живот не сильно способствуют нормальной жизни. Джо же уже двадцать три и она довольствуется тем, что есть. Сексом без обязательств, одиночеством и работай в самом странном заведении
Например, если ли в моей квартире аптечка и куда я могла её положить. Дотянет этот придурок до моих скромных апартаментов или лучше сразу скинуть труп, пусть и будущий, в безлюдном месте. И не стоит ли заскочить по дороге в небольшой магазин по соседству?
Холодильник уже неделю сияет девственно чистыми полками без единого намёка на что-то съедобное. Так что закупить еду не помешает. Хотя бы для того, чтобы считать себя выполнившей хозяйский долг и ещё пару недель не вспоминать об этом.
Всё равно дома я бываю не так уж часто, отдавая своё излишне свободное время «Фатуму». Почти не обижаясь на подколки шефа и неприличные шуточки коллег и иногда, под настроение, угрожая первому переехать в его апартаменты наверху раз и навсегда. Ну а пока этого не произошло пикап Донни под его твёрдой рукой плавно вошёл в поворот, сворачивая с одной из оживлённых улиц Лос-Анджелеса на небольшой, унылый проспект. Уводивший нас от горячего сердца мегаполиса в сторону жилых кварталов для народа попроще. Так сказать, рабочего класса.
Гетто, так кажется, это называют.
Моя двухкомнатная квартира располагалась на третьем этаже старой девятиэтажки, на юге города, на самом краю района. Обычный, ничем не примечательный дом походил на растревоженный муравейник и никогда не спал, радуя глаз неизменной суетой и криками. И не важно, что это: пьяные разборки или столкновение двух враждующих группировок, внезапная стрельба или просто соседская вечеринка…
Здесь регулярно кто-то буянил, кого-то били и что-то ломали. А копы бывали здесь чаще, чем в участке, пытаясь держать в рамках приличия разношёрстную толпу. Наверное, именно поэтому консьерж, листавший старый, потрёпанный журнал даже голову не поднял. Лишь покосился на кровавую роспись, тянувшуюся за нами по светло-серому полу от двери до самого лифта. И медленно послюнявил палец, переворачивая страницу.
– Лестница? – Донни поудобнее перехватил тело, так и норовившее съехать с плеча.
– Лифт, - обнаружив в одном из карманов жвачку, я бросила её в рот, тут же надув и лопнув огромный пузырь. И не дожидаясь, шагнула в открывшиеся двери, нажимая кнопку с цифрой три.
Лифт лязгнул, просел под нашим общим весом и натужно заскрипел, медленно двинувшись вверх. Тишину, повисшую в пропахшей алкоголем и табаком кабинке, нарушала весёленькая попсовая мелодия, лившаяся из динамика под потолком. Дополняя получавшуюся сюрреалистическую картинку.
Я лопнула очередной пузырь, постукивая носком ботинка по полу. И через полминуты уже поворачивала ключ в замке, толкая старую, потрёпанную дверь из тёмного дуба. Красивая
Глядя на них, тянуло рассмеяться. То, что во мне есть что-то от демонов, ещё не значит, что я демон. Впрочем, не значит оно и того, что я человек.
– Куда? – вопрос Донни вернул меня к делам насущным. Нахмурившись, я шагнула в коридор, махнув вышибале, чтобы следовал за мной. И, бросив рюкзак на тумбочку, под треснувшим зеркалом, кивнула в сторону низкого журнального столика посреди скудно обставленной гостиной.
Единственное свободное и относительно крепкое место в доме. Едва не рухнувшее на пол, стоило Бою сгрудить на него тяжёлое тело.
– Спасибо, - коротко кивнула, остановившись посреди комнаты. Скупо улыбнувшись в ответ на безразличное пожатие плечами. – Как обычно?
– Угу, сочтёмся, - Донни ещё раз глянул на моего найдёныша и неторопливо зашагал к двери. Хлопнув ею напоследок так, что, судя по дробному стуку, несчастные золотые цифры благополучно осыпались на пол в общем коридоре.
Ну и хрен с ними, если честно.
Стянув за задники ботинки с ног, я отшвырнула их куда-то в угол. Пальто улетело на колченогий табурет в коридоре, улёгшись аккурат поверх стопки старых газет. Щёлкнув пультом, я врубила телек и выбрала наугад канал, прибавляя громкость. Тонкие стены не давали и шанса оставить соседей в блаженном неведении и обычно мне было откровенно наплевать на права и свободы остальных жителей этого дома. Но не сегодня, увы, не сегодня. И лишь после всего этого, аккуратно обойдя распростёртое на столике ещё вполне живое тело, я отправилась на кухню. Искать новую пачку сигарет, крепкий, горький кофе и аптечку.
Последнее было не так уж и обязательно, если подумать.
Тонкая сигарета с привкусом ментола и терпкой корицы развеяла усталый дурман в голове, карябая горло и не давая нормально вдохнуть первые пару минут. Щёлкнув кнопкой кофеварки, я вытащила аптечку из недр полупустого буфета и вернулась к своему незваному гостю. Про себя отчаянно надеясь, что он уже мёртв. Чтобы с чистой, напрочь отсутствующей совестью, скинуть эту проблему с телом на широкие плечи Донни. За соответствующую плату он легко найдёт, куда и как его спрятать.
Ну, или, коли с финансами не так радужно, как хотелось бы, вызвать старых, добрых копов. Скормив им байку о воре, шокере и утюге, совершенно случайно подвернувшемся под руку. Спорю на месячный доход от субботней партии в покер, мне не зададут ни единого вопроса, а сам «вор» всплывёт где-нибудь в заштатном морге под именем «Джон Доу» и будет похоронен за государственный счёт.
Даже немного жаль, что он ещё жив.
Хмыкнув, я стряхнула пепел в пустое блюдце, медленно выпустив дым в потолок. Демоны в моей голове нашёптывали, что мужик не так уж и прост. С такой кровопотерей, он всё ещё жив, значит, к людям имеет очень уж косвенное отношение. И это меня одновременно напрягает и забавляет. Забавляет, потому что каким бы крутым он ни был, его выследили и ранили. А напрягает…