Чтение онлайн

Министр социального развития и здравоохранения Татьяна Голикова вошла в кабинет вместе с остальными министрами. Она была в черной кожаной куртке, которая придавала ей совершенно бескомпромиссный вид. Именно так в свое время и выглядели, видимо, комиссары здравоохранения.

Министру социального развития и здравоохранения Татьяне Голиковой не в чем упрекнуть себя. Гражданам России тоже не в чем упрекнуть ее. А их всех не в чем упрекнуть президенту России.

И наоборот.

Совсем

юным активистам муниципального уровня удалось хором на прощанье сказать президенту России, когда он был на выходе из Екатерининского зала:

– Здрав-ствуй-те!

В недавно опубликованном рейтинге экономической свободы в мире Ботсвана занимает место во второй двадцатке с начала, и, значит, это россияне на фоне ботсванцев должны чувствовать себя туземцами, так как Россия в этом списке тоже во второй двадцатке – только с конца.

Отрадно, что Владимир Путин с удовлетворением отметил «совпадение или близость позиций с Республикой Ботсвана по ключевым международным проблемам» – то есть по иранской ядерной проблеме, российско-грузинским отношениям и по загадочной смерти Александра Литвиненко.

А то, честно говоря, как-то неуютно было от мысли о том, что с Ботсваной могут наметиться какие-то расхождения.

– Я уверен, что историки не напишут в один прекрасный день, что во время нашей конференции была объявлена вторая холодная война, – сказал один депутат бундестага, который сразу решил оценить исторический замах мюнхенской речи господина Путина. – Но могли бы.

Я сам с ужасом чувствовал, что добрею с каждой секундой этого позднего вечера, и ничего с собой поделать не мог. И не хотел. Ну ладно, говорил я себе, один раз, только один раз я буду таким…

На самом деле уже неинтересно, когда Владимир Путин уйдет. Интересно, когда он вернется.

Maybach эмира Катара короче Maybach короля Саудовской Аравии на 35 сантиметров, и это ужасно.

Знаменитый борец Александр Карелин, придя к дзюдоистам, внимательно осмотрел их с головы до ног, потом поглядел на их тренировку и произнес: «Та же вольная борьба, только в белых халатах».

– Солженицын в наших оценках не нуждается, – говорил режиссер Юрий Любимов. – Достоевскому нужны оценки? Толстому? Нет. Многие скажут: «Ну его, этого Достоевского, не люблю я его, тяжелый какой-то». Ну и что? Ему-то все равно. Не потому, что он мертв, а потому, что бессмертный.

– Тело Хо Ши Мина – лучшее из тех, которые я видел в своей жизни, – говорит специалист по бальзамированию Георгий Тищенко очень убежденно.

Лично мне больше нравится тело Мэрилин Монро, но я не спорю с ним, я вижу, что он не шутит.

– Дело в том, – объясняет

подробно он, – что решение о его бальзамировании было принято еще при жизни Хо, поэтому работа началась сразу после смерти, это очень важно, что не было посмертного периода, понимаешь? Наши люди начали бальзамировать его прямо в загородной резиденции, не скажу, конечно, что еще при жизни, но паузы, поверь мне, не было.

Судьи Конституционного суда Украины, как один, схватились за конституцию. Они листали ее так увлеченно, как будто видели первый раз.

С особым энтузиазмом японские пикетчики из мегафона скандировали не чужое для Владимира Путина: – КГБ! КГБ!

И вряд ли пикетчики хотели доставить этим президенту России удовольствие.

– Вот она, стоянка древнего человека, – торжественно сказал мне один рядовой археолог в Аркаиме. – Любуйтесь!

– Оригинал? – уточнил я.

– Ну что вы, – даже, кажется, обиделся он. – Экспериментальная площадка. Сами копали.

Больше всего для понимания смысла существования Общественной палаты дало выступление Никиты Михалкова.

– Я, может быть, не совсем четко понимаю значение, смысл и преимущество создаваемой организации, – признался господин Михалков.

Дальнейшее его выступление показало, что слова эти содержали в себе элемент кокетства. На самом деле Никита Михалков понял все и даже, кажется, чуть больше.

– Палата в результате может стать придатком некоего бесформенного целого, которое даже и не целое, – заявил господин Михалков. – Вот на съемочной площадке для меня главное – атмосфера. То же самое необходимо и стране – атмосфера!

Одна строительная корпорация, ведомая одной женой одного московского мэра, построила фундаментальную библиотеку МГУ за два года (а некоторые за это время и фундамент не успевают возвести).

– И плюсы, и минусы есть у того, что так скоро получилось, – задумчиво говорил директор библиотеки Вячеслав Мосягин в ожидании президента России.

– А чего больше? – спросил я его.

И снова он, к моему удивлению, задумался. Видно, ответ на этот вопрос не был для него очевиден.

– Да нет, плюсов, конечно, больше, – решился наконец он рубануть сплеча.

«Bosco-дом» находится в центре Афин. С крыши этого трехэтажного особняка, где работает «Bosco-таверна», открывается необходимый вид на Акрополь. Такое ощущение, что на три недели арендован не столько сам дом, сколько именно этот вид.

Я вошел на стадион и замер. Мне открылось величественное зрелище. Чаша стадиона была залита водой. Я никогда еще не видел такой огромной лужи.