Чтение онлайн

– Да? – она тряхнула головой и смущенно улыбнулась. – Я что-то пропустила?

– Пропустила, – почему-то немного механически ответил Толик. – Ты следующий фант.

– И?

– И должна будешь обнять первого парня, которого встретишь утром перед универом, – кажется Майорову это задание совсем не понравилось, он наградил Янку таким взглядом, что будь в нем хоть толика магии, та бы рассыпалась на нано-частицы.

– Ну, первым из парней, скорее всего, я встречу тебя, – попыталась разрядить обстановку Оксана.

– Антипина, свои

парни не считаются. Надо обнимать чужого, – почему-то зло сообщила Лена Григорьева. – А, чтобы ты не отмазалась, мы проследим. И помни, что отказ выполнять задание стоит денег.

Оксана фразу насчет денег посчитала фигуральной и не поняла агрессивной реакции. Может Лене показалось несправедливым, что ей достался фант рассказать о своей эротической фантазии, а кому-то другому – «всего лишь» обнять постороннего парня? Да, каждому свое. Оксану предстоящее действо смущало.

– И последний фант достается Майорову, – улыбнулась, не обращая ни на что внимание Ольховская. – Что делаем? Спрашиваем?

Толик перехватил бумажку с вопросом, развернул, мгновенно смял и покраснел:

– Нет уж, лучше действие.

Янка хмыкнула, но спорить не стала, впрочем, как и все остальные. Тем более, на улице уже порядком потемнело, все вкусняшки уже закончились, пора было честь знать, оставить Диану и Валерку наслаждаться друг другом.

– Тогда ты, – Ольховская развернула бумажку, – ха-ха! Поцелуешь завтра девушку, которая будет стоять под мемориальной табличкой, когда ты подойдешь к универу. Прикинь, Майоров, вы точно с Антипиной парочка!

Добирались до дома Оксаны почти молча. Толик сначала отпускал какие-то шуточки, но, заметив, что девушка все чаще отвечает короткой улыбкой, забросил это дело. Просто деловито шагал вперед, поглядывал по сторонам, и вроде бы не думал ни о чем особенном. При порывах ветра, ерошившего светлые волосы, поджимал плечи и прятал подбородок за поднятым воротником серого пальто.

А Оксана никак не могла выбросить из головы сегодняшние фанты. Безбашенность Ольховской поражала. Ребята, явно, затупили, сделав ее водящей и дав все карты в руки. Вопросы и задания пахли откровенным издевательством. Конечно, Янка привыкла быть всегда и везде на коне, не важно, каким способом. Пацанка. Маленькая разбойница. Вот и ставит вечно над всеми опыты – от скуки, чтобы развлечься. Заставляет вывернуться наизнанку, переступить границы, особенно тех, кто готов поддаться.

И ведь все у Ольховской получается! Хотя, чего стоит просто остаться собой? Отказаться от провокации? Не ломать себя, не играть навязанную роль? Это ведь всего лишь игра! Фанты! Почему Оксана должна обниматься с незнакомым парнем, а Толик – целовать первую встречную, если эти действия всем претят? Они взрослые люди. Им по двадцать лет. Должны думать своей головой, а не выполнять прихоти озабоченной девицы.

С каждым шагом мысль только крепла в голове. Оставалось придать ей форму

весомых аргументов, чтобы Ольховская не вывернула все в свою пользу – и супер!

Под козырьком подъезда Толик прижал Оксану к стене, обхватил за талию абсолютно свойским движением и спросил:

– Ну что, целовашки-обнимашки будем делать? – фривольные действия противоречили холодной интонации, взгляду с прищуром под нахмуренными бровями.

Каким-то чутьем девушка поняла, что фраза не относится к их с Толиком отношениям. Даже захотелось провести пальцами по лицу парня, снять это ледяное выражение, будто некстати прилипшую паутинку, но Оксана не осмелилась и просто предложила:

– Может, ну их, эти фанты?

Он отвернулся в сторону и хмыкнул:

– А-то ты не знаешь Ольховскую! Она же не отвяжется! И кто ее вообще допустил водить, озабоченную? Поцеловать девушку, под мемориальной табличкой! Прямо эротическая фантазия, ха-ха-ха.

Напряжение Толика выплеснулось каким-то вихревым потоком: закручивает-закручивает по спирали, а потом возьмет и расплющит. И чего он так разнервничался? Тем более, если хорошо подумать, всегда можно найти лазейку.

– Поцелуешь в щечку. Скажешь, что празднуешь день поцелуев, например, – продолжила размышлять, но теперь уже вслух Оксана.

Толик отстранился, достал смартфон, загуглил чего-то, потом капризно оттопырил губу. Это выражение, больше свойственное маленькому мальчику, ему не шло. Тем более, что оно наложилось на общую его нервозность, как размытый грим.

– Сейчас не июль, а октябрь, – выдал разочарованно.

– Не поняла?

– День поцелуев в июле, – Толик словно обвинил ее.

Можно подумать, Оксана должна помнить все эти событийно-стихийно-шуточные праздники. Предложила просто, и все. Не задумываясь.

Но девушка решила быть терпеливой, предложила мягко, без обиды:

– Ну, придумай что-то другое. Или вообще откажись. Боишься, что на счетчик поставит?

В конце концов, ей тоже совсем не улыбалось выполнять задание Ольховской. Как это будет выглядеть? Подойти к первому встречному парню и обнять его. А как же личные границы? У каждого человека они свои, но не меньше сорока сантиметров, только самым близким дозволяется их нарушать. А тут, получается, и Оксана вторгнется на чужую территорию, и на свою пустит.

Толик склонился к ней, как старатель в Клондайке, забивая свою метку поцелуем, требовательным, даже жестким, больно куснув губу. В придачу, его рука нахально скользнула девушке под пальто, расстегнув нижние пуговицы. Оксана отпрянула рыбкой, насколько позволила стена позади, поставила ладони на грудь парня. Ей не нравилась эта его напористость, эти качели в проявлениях чувств, эта показательная страстность.

– Холодно, – пояснила тихо. – И соседи увидят, болтать будут.

– А обнимать, значит, никто не увидит? Мы только начали встречаться, а для тебя уже никаких проблем обнять кого-то другого?