Фальшивый папа
Шрифт:
Действительно, он был малорослый, толстый и почти лысый.
Он что-то сказал Ирише, а та быстро ответила ему и покачала головой. Мужчина тут же отошел. Это явно был прохожий, который спрашивал что-то у Ириши. Я с облегчением вздохнула. Встреча с таким типом, на мой взгляд, могла означать только что-то криминальное, о любви тут не могло быть и речи.
– Смотрите, еще один! – сказал Костя.
По ступенькам поднимался мужчина высокого роста, с копной то ли белокурых, то ли полуседых волос. Лица его мы не видели. Ириша пока не замечала его, но вот он ее окликнул, она обернулась,
– Костя, дай бинокль на минутку!
Он протянул мне бинокль. Ириша с незнакомцем оказались передо мной как на ладони. Ириша была бледна, а мужчина повернулся в профиль. Очень привлекательное лицо! Он взял ее под руку, и они стали спускаться по ступенькам. Вот они исчезли из виду – их загородил троллейбус, а когда он проехал, я их не увидела. Куда же они могли деваться? И тут же я заметила, как через проезжую часть несется Мотька.
Мы бросились ей навстречу.
– Куда они делись? – быстро спросил Костя.
– Сели в такси!
– Ах, черт! Вот незадача! – проворчал Митя. – Ты их успела щелкнуть?
– Четыре раза!
– И на том спасибо!
– А о чем говорили, не слышала?
– Нет, я же не могла к ним подобраться. Но, по-моему, это все-таки любовь!
– Если бы нормальная любовь, она бы не боялась! – справедливо заметил Костя. – Я думаю, твоя сестра, Митяй, влюбилась в преступника. В этом-то все и дело. Отсюда страх. Может, она не его боится, а за него.
– Нет, если бы она за него боялась, то не бегала бы от телефонных звонков, а сама ему названивала, как он там! – заявила Мотька.
– Вам, девчонкам, виднее, – снисходительно заметил Костя.
– Так что будем делать? – спросила я. – Беремся за расследование?
– Беремся! – в один голос воскликнули все.
– Посидим? – предложила Мотька. – Погода уж больно хорошая, неохота домой.
Мы уселись на скамейке.
– Мить, ты что, волнуешься? – спросила я.
– Если честно, очень волнуюсь.
– Не стоит! Я на всякий случай номер такси запомнила! – скромно проговорила Мотька.
– Вот умница! – закричал Костя.
– Да, на худой конец это все-таки зацепка, и номер телефона есть, – пробормотал Митя.
– Ребята, у меня идея! – сказала я.
– Какая?
– Нам надо срочно сделать альбом.
– Какой альбом? – удивились все.
– Альбом наших достижений!
– Зачем?
– Как наглядное пособие. Понимаете, когда Митька рассказывает своей сестре про наши дела, она не очень-то ему и верит, что вполне естественно. А вот когда она возьмет в руки альбом…
– А в альбоме-то что будет? – с любопытством закричала Мотька.
– Как что? Фотографии. Не обязательно, чтобы все было правдой, просто он должен выглядеть посолиднее.
– Знаешь, Аська, в этом что-то есть, – задумчиво проговорил Костя. – Вроде ловли на живца.
– Есть фотография Ненормы, Вальчика, Мокрой Курицы, благодарность от милиции…
– Жидковато, – насмешливо заметил Митя. – И все в одну кучу – и жертвы, и преступники.
– Да какое это имеет значение! – воскликнула Мотька. – Она что, проверять будет? Наклеим любые фотокарточки вперемешку с настоящими, а благодарность от милиции все прикроет, она-то самая настоящая. Главное – убедить Иришу довериться нам. Все остальное – неважно!
– Ты права, – поддержал Мотьку Митя. – И надо этим заняться сейчас же, чтобы сегодня, когда она вернется… если вернется…
– Да ты что, старик! Не смей даже думать так! – набросился на него Костя. – Правильно, давайте сейчас же возьмемся за альбом. И, кстати, надо бы нам еще завести настоящий дневник или журнал для наших дел. Очень может пригодиться в дальнейшем. А пока – пошли к Аське. У тебя чистая тетрадь найдется?
– Найдется, даже чистый альбом есть! Пошли скорее!
Через четверть часа мы уже сидели за столом у нас на кухне. Я принесла альбом для рисования и клей, достала тщательно спрятанную от родителей благодарность милиции и коробку со старыми фотографиями.
– Так, – сказал Костя, – на первую страницу наклеим благодарность. Это сразу должно убедить ее, что мы – люди серьезные! Мотька, а твоя благодарность где?
– Как где? Тут же. Дома я не могу ее держать, мама вечно делает генеральную уборку и обязательно на нее напорется, поэтому я держу ее у Аськи.
– Ах да, вот они обе! А вообще-то, Митяй, глупо получается – благодарность девчонкам, а мы вроде сбоку припека!
– Но ведь так оно и было! – напомнил Митя.
– А не переименовать ли нам наше сыскное бюро? Подумаешь, «Квартет», даже как-то неприлично – проказница мартышка, осел, козел да косолапый мишка! Предлагаю отныне новое название – «Матриархат».
– Легко же ты сдаешь мужские позиции, старичок! – засмеялся Митя. – Нет, я не согласен, мы еще скажем свое слово!
– Да, как же, с этими девчонками скажешь, – шутливо проворчал Костя, разглядывая фотографии из коробки. – Ась, а это кто?
– Это дедушка в молодости.
– Он что, был моряком? – удивился Костя.
– Да нет, это он в роли комиссара в какой-то революционной опере.
– Кошмар! Революционная опера! Вперед, мои матросики! На штурм чего-нибудь! – дурным голосом запел Костя. – Предлагаю наклеить эту фотку в альбом. У твоего дедушки вид тут здорово лихой. Вполне сойдет за главаря банды, ты уж не обижайся, Аська.
– Дурак! – закричала Мотька, обожающая моего деда. – Игорь Васильич – великий артист, а ты…
– Да ладно тебе, я пошутил!
Через полчаса альбом был готов. Кроме подлинных фотографий, мы наклеили туда еще пять из коробки, это были карточки каких-то дальних родственников, которых я даже не знала. Ничего, для Ириши сойдет.
Глава V
СТЕПАН ИЛИ ВИТАЛИЙ?
В воскресенье утром мы с Митей опять встретились во время собачьей прогулки в сквере.