Fallin
Шрифт:
— Я все исправлю…
Она оторвалась от него и скользнула пальцами по его небритой щеке. За последние сутки он не брился, и она была уверена, даже не пил кровь как следует. Он тоже был изможден.
— Я знаю, — уверенно прошептала она. — Я знаю это, поэтому я просто подожду, пока вы все исправите.
Клаус уткнулся лбом в ее лоб и коротко поцеловал.
— Не делай этого со мной, Кэролайн.
— Просто исправь все как можно быстрее, ладно? — с улыбкой попросила блондинка. — Ты же знаешь, как
— Ты уже все решила, да?
— Угу, — промычала она сквозь слезы. — Давай не будем портить последние часы ссорами, ладно?
Она тихонько поцеловала его в щеку, оставляя на ней мокрый след, и высвободилась из его объятий.
Клаус смотрел на то, как она идет в ванную, и на секунду прикрыл глаза. Что он будет делать без нее? Первое, что он видел утром, и последнее, когда засыпал, было ее лицо. Голубые глаза и небольшая россыпь веснушек на носу и щеках. Розовые губы, которые он так любил целовать.
Она любила прижиматься к нему во сне. Бесцеремонно просовывала ногу между его, полностью захватывая власть над ним.
В первое время он часто просыпался от того, что ощущал что-то маленькое и твердое между своих лопаток. Но это всего лишь был ее маленький, аккуратный носик.
Она бесила его тем, что вмешивалась в его дела, но одновременно и окрыляла этим. Ведь он знал, что ей не безразлично то, что он делает. Не безразлична его жизнь.
Его дочь обожала ее. Иногда он даже ревновал Хоуп к ней, потому что, когда в комнате находилась Кэролайн, девочка переставала замечать все вокруг.
И вдруг он очень четко осознал, что любит ее. Он любил ее еще год назад, когда увидел, как она пьет кровь итальянца в темном переулке. Он любил ее, когда она, сумев простить его за тот ужасный поступок, что он совершил, бросила все и приехала к нему.
Он любил ее, и эта мысль не пугала его.
Она приносила облегчение.
***
Кэролайн почувствовала его, когда он подошел к ней сзади. Он двинулся руками вниз по ее плечам и телу, пока, наконец, не остановился на талии, немного сжимая ее и притягивая к себе.
— Примешь душ вместе со мной? — с улыбкой спросила она. — Если ты не против, конечно?
— Я приму с тобой даже ванну с вербеной, малышка, — прошептал он в ее волосы.
Она тихонько рассмеялась, прижимаясь к нему.
— Этого не потребуется.
Она сделала попытку высвободиться, но он прочно удержал ее на месте. Кэролайн почувствовала, как ее волосы шевелятся от его дыхания.
— Нет, нет, — тихая, нежная просьба. Кэролайн искренне сомневалась, что кто-либо из ее друзей подозревал, что Клаус был способен говорить таким тоном. — Давай постоим так еще немного.
Она расслабилась в его руках, откидывая голову на его плечо. Пара стояла так несколько минут, в полной тишине и гармонии, пока Кэролайн
С улыбкой она повернулась в его руках и поцеловала его. Легкий, короткий поцелуй. Ничего бешеного или животного, лишь простая нежность и только.
— Если бы я не знала тебя, то подумала бы, что ты спрашиваешь у меня разрешение, — лукаво прошептала она в его губы.
Клаус усмехнулся. Его руки опустились ниже и сжали ее попку.
— Не знаю, хочешь ли ты этого сейчас, — неуверенно сказал он, и Кэролайн задохнулась от нежности.
Вот он. Великий и ужасный спрашивает у нее разрешение заняться сексом. Кто бы мог подумать? Но она знала, что в нем есть эта сторона. Забота, нежность, ласка. И все это только для нее одной. Господи, как же она будет скучать по этому. По нему.
— Я всегда тебя хочу. Ты же знаешь, — прошептала она. — А сейчас как никогда.
Клаус на секунду закрыл глаза. Все это до чертиков было похоже на прощальный секс, но ему было все равно. Он хотел ее в последний раз.
Почувствовать, как внутренние стенки сжимаются вокруг него. Как она царапает его спину. Как зарывается пальцами в его волосы, как тихонько выдыхает его имя прямо в губы.
Без слов он прижался к ней, выпуская стон разочарования из-за того, что между ними одежда.
Кэролайн ласково улыбнулась и все так же молча нащупала молнию на его джинсах и потянула вниз.
Его очевидная нужда и потребность в ней заставили ее белье в считанные секунды промокнуть. Кэролайн была в длинной шелковой сорочке, и Клаус легким движением стянул ее с нее, позволяя шелку упасть бесформенной кучей у ее ног.
При других обстоятельствах Кэролайн непременно сморщила бы носик и обязательно прочитала бы ему лекцию о том, что эта ночная рубашка стоит тысячу долларов и что нельзя так обращаться с вещами, но не сейчас. Сейчас ей было все равно. Вместо лекции она лишь собственноручно стянула свои трусики и бросила их куда-то в сторону.
— Мне нужно смыть это с себя, — с коротким вздохом сказала вампирша, прежде чем схватить его за руку и повести в душ.
Душевая кабина была огромной и могла бы вместить как минимум четырех человек. Отделанная мрамором цвета слоновой кости, с небольшой скамьей около одной из стенок. Двадцать различных режимов подачи воды и с совершенно бесполезной, по мнению Клауса, вещью, а именно встроенными динамиками. Но что Кэролайн могла сказать — она любила ко всему подходить основательно.
— Ты же не против Майкла Болтона, да? — лукаво спросила она. В подтверждение своих слов она обвила его шею руками и прижалась к его телу своим, также как и губами.