Фаэты
Шрифт:
Песок взметнулся узкими языками, потом они слились в песчаную реку, по которой шагающая машина словно переправлялась вброд. Серое вспененное море сливалось с побуревшим небом. Потом к низким пыльным тучам стали подниматься закрученные темные колонны, мчась нам наперерез. Нот Кри заставлял вездеход то бежать, то кидаться в сторону, обходя колонны. Немало крутящихся столбов едва не задели нас. Однако один из них вдруг рванулся вбок и рухнул на вездеход. Роботы были сбиты с ног, кабина опрокинулась. Мы беспомощно
Кара Яр улыбнулась:
— Как замечательно, Инко Тихий!
Моя мать, Мона Тихая, сильно ушиблась, но не подала виду. Другая Мать Совета, Лада Луа, носившая имя сказочной героини, переходила от одного к другому, стараясь всем помочь.
Электромагнитная связь оборвалась. Внешние детали вездехода были поломаны.
— Надо идти в Город Жизни пешком, — решила Кара Яр.
— Не дело говоришь, — отозвалась Мона Тихая. — Сама природа против нами задуманного. Не смеем мы идти. Здесь нас отыщут. Сюда помощь придет.
Нот Кри почтительно присоединился к Моне Тихой. Я, конечно, поддержал Кару Яр. Решающее слово было за Ладой Луа.
— Попросту сказать — лучше идти, чем лежать, — с виноватой улыбкой предложила она.
Выбираться было нелегко, приходилось рыть все время осыпавшийся ход, заполняя песком кабину.
Глядя на Кару Яр, выгребавшую песок из крутого хода, я вспомнил ее гордый ответ Суду Матерей.
— Война распада у мариан? Нет! Полмиллиона циклов назад фаэты были правы, запретив потомкам изучать опасные проблемы. Но похожи ли сейчас мариане на предков, погубивших Фаэну? Пожирают ли у нас куски трупов? Могут ли убить, чтобы насытиться?
Гул возмущения пронесся по пещере.
— Но дело не в том, поедают ли у нас части трупов или нет, — продолжала Кара Яр. — Диктатор Яр Юпи не ел ничего живого. Однако это не помешало ему уничтожить миллиарды жизней. У фаэтов основой существования была борьба между собой. У нас — взаимопомощь. И преступление говорить здесь о войне?..
Мона Тихая прервала Кару Яр:
— Преступление? Кого ж винишь ты?
— Вас, Матери Совета! Вас, кто бездумно принуждает марианок тормозить развитие цивилизации!
— Умолкни, Кара Яркая!
Моя мать повернулась ко мне:
— Ты ведал, Инко Тихий, что склонил неопытное сердце к преступлению?
— Кара Яр не способна к преступлению! — горячо ответил я. — Я лишь рассказал ей о том, что грозит Земе при столкновении с Луа, и повторю это Совету Матерей. — Я видел, как ошеломлены были Матери Совета, слушая о наводнениях и землетрясениях, гибели городов и наконец всей планеты. — Спасти Зему и ее обитателей может только взрыв распада на Луа, который отклонит ее с опасного пути.
Поднялась Лада Луа.
— Слова Кары Яр и Инко Тихого ранят
Мона Тихая осталась суровой:
— Пусть звездовед Нотар Крик поведает, отвечают ли нам на призывы разумные с Земы?
— Попытки установления электромагнитной связи с Земой делались в течение более чем тысячи циклов. Весьма прискорбно, но, по-видимому, на Земе некому ответить нам.
— Там могут не знать электромагнитной связи, — возразил я.
— Безответственно допустить, что фаэты на Земе одичали, забыв достижения предков, — настаивал Нот Кри.
Лада Луа почти просительно посмотрела на меня.
— На щедрой планете, где в изобилии воздух и пища, — начал я, — собирать плоды и убивать животных для еды куда проще, чем поддерживать цивилизацию с помощью технических средств. Да их и не осталось на Земе после отлета на Мар корабля «Поиск». А вот наши предки на Маре могли выжить только с помощью технических устройств, необходимых для того, чтобы дышать и есть. Вот почему былая цивилизация фаэтов вместе с электромагнитной связью сохранилась на Маре, а не на Земе.
— Так можем ли мы осудить Кару Яр и двух мариан? — обратилась Лада Луа к Моне Тихой.
— Что предлагаешь ты, добрейшая? Или ты признала обвиняемой себя, а отступницу Кару Яркую — судьей и обвинителем?
— Настаивать я не решусь, — развела руками Лада Луа.
— А я настаиваю! — воскликнула Кара Яр. — Знания предков надо открыть и для спасения земян, и для счастья мариан.
— Ради своего счастья мариане не будут знать проклятой тайны распада вещества, — произнесла Мона Тихая.
— А по-моему, лучше решить так, — сказала Лада Луа. — Разделим две тайны. Откроем одну — Тайник Добра и Зла. Пусть смельчаки летят на Зему проверять, есть ли там братья по крови и разуму. А тот страшный распад останется запретным, пока не понадобится для спасения живых.
— Готов лететь, — предложил я.
— И я, — подхватила Кара Яр.
— Я полагаю, что риск полета на Зему все же лучше, чем гибель без скафандра в пустыне Мара, — заметил Нот Кри.
Так Совет Любви и Заботы вместо вынесения приговора обвиняемым решил открыть нам тайник фаэтов…
И вот на пути к тайнику почти у цели пылевая буря засыпала наш вездеход.
Прорыв за ночь ход в песке от выходного люка, мы все-таки к утру выбрались на поверхность бархана.
В лучах светила Сол пустыня походила на мгновенно застывший бурный океан. Нам приходилось перебираться через валы-барханы, таща за собой запасные баллоны с кислородом.
Наконец вдали над скалами показалась круглая башня с заостренным торцом. Мне вспомнился звездный корабль, высеченный древними сказочниками в нашей детской келье.