Чтение онлайн

Лошадь от усталости уже едва перебирала ногами. Во время коротких остановок она все время пыталась лечь. Мальчишки жалели бедолагу, но сделать ничего не могли. Местный участковый составил протокол и отправил мальчишек восвояси, пообещав сделать запрос в районном отделении.

Поздно вечером четверка с лошадью снова появилась около дома сторожа.

— Ну, дядечка… Ну, Федечка… — умоляли они старика. — Ну, возьми её к себе жить. Ну, пожалуйста. А сено? Сено не проблема. Достанем мы сена. Много. Лошади с козой на всю зиму хватит.

— Да где ж вы сена столько возьмете? — удивился дед. — Я ж все полянки вкруг обкосил.

— Самое

главное, чтобы ты лошадь взял, а сено уж мы как-нибудь добудем, — сказали ребята, в задумчивости поглядывая друг на друга.

Добыть сена оказалось не так просто. Косой косить ребята не умели, да и привезти столько травы, нужна была машина, которой у мальчишек не было. Весь следующий день они ходили по поселку, понурив головы. Идей не было никаких. Прошла еще одна ночь. Утром Сашка проснулся от звука газонокосилки доносившегося с дальнего участка. Старший научный сотрудник Тетеров косил газон.

— Эврика! — закричал Сашка и подпрыгнул на кровати.

Быстро позавтракав, он прибежал к соседям и предложил свою помощь. Тетеров с радостью согласился, недоумевая, с чего бы это озорной Сашка, так рвется работать.

— Дружок! — несколько сомневаясь, спросил он. — Может быть тебе нужны деньги? Так ты только скажи. Я всегда, пожалуйста.

— Нет! Я не за деньги! — отозвался довольный Сашка. Я за просто так. Только… Только… Можно я траву с собой заберу?

Гусь, Антон и Арсений узнав о гениально простом способе добыче сена, с радостью подхватили идею. Единственной загвоздкой оказалась газонокосилка. Казалось бы, что за ерунда! Берешь электро косу и водишь ей по траве. Оказалось, что не все так просто. Существовали меры безопасности. Надо было надевать плотную одежду и резиновые сапоги, а иначе инструкция не допускала к работе. Особенно таких "недоросликов" как Чиж и команда. Как ни странно, но ситуацию снова спас Игорь. Мальчишки шли мимо его фазенды и услышали знакомый треск. В заборной щели был виден печальный Дятел, катящий перед собой по газону устройство на четырех колесах.

— Круто! — пробормотал Арс. — Нам бы такую… Тогда бы нас никто не гонял. Тогда бы нам никакие техники по безопасности были бы не страшны! Может, попросим? А?!

— Ну да, ну да! — подхватил идею Антон. — Заодно и ему газон покосим. Тут ещё что важно. Трава в мешок сама собирается. Не надо её потом по всему полю граблями собирать… Будет как у Тома Сойера, только наоборот.

Игорь был мальчик не жадный. Да дело даже не в этом. Жадный, не жадный. Игорь продолжал надеться, что его примут в команду. Поэтому через несколько минут и трава, и бензокоса были в их полном распоряжении.

Буквально за четыре дня, трава была скошена на всех газонах поселка. Скосить было мало — ее надо было еще и высушить. Крыша сарая дяди Фёдора превратилась в отличную сеносушилку. Жители не знали, как и чем отблагодарить неразлучную четверку и удивлялись такой перемене во времяпрепровождении мальчишек. Бабушки одаривали их банками с ягодами, другие дачники пытались сунуть деньги, но мальчишки от денег гордо отказывались и говорили: — Мы — Тимуровцы! /хотя кто такой был Тимур/ да не один/ и чем в свое время прославился, они не знали/. Ягоды же они с радостью брали и поглощали в несметном количестве.

В итоге лошадь прижилась. Старенькое, но вполне справное седло нашлось на чердаке у дяди Фёдора.

И, дав коняге, пару дней отдышаться вся команда начала учиться ездить верхом. Сначала дядя Фёдор волновался и присутствовал при каждом выходе лошади из конюшни. Потом присмотрелся и понял, что добрее и спокойнее существа на свете нет. Успокоился сам и разрешил мальчишкам выводить скотинку на волю, когда им вздумается. Вадим, поступивший в институт и живущий теперь в городе, навещая родственников, тоже пару раз прокатился. Тут и Игорь Дятлов отыгрался… Он катался без перерыва часа два, и докатался до такого состояния, что до дому ему пришлось, чуть ли не ползти. С непривычки ноги болели так… В результате, Чиж и компания, не видели его на пляже после этого, наверное, неделю.

Родители мальчишек были не против трудового воспитания своих неуправляемых чад и к концу лета все четверо уверенно сидели в седле и могли управляться с лошадью, словно опытные конюхи.

Лошадь назвали Маруськой, в честь сестры Арсения. Семнадцатилетняя Маша, будучи подростком, всегда ходила с грязной головой и нечищеными ногтями. Она не вылезала из брюк, да и вообще была больше похожа на пацана, чем на девочку. К семнадцати годам Маша расцвела. — Куда все делось? — удивлялись родители. Ставшую милой и нежной Машу любил весь поселок. Вот и лошадь из грязного найденыша превратилась во всеми любимое существо.

Лошадь будут звать Маруська, твердо решила четверка. Имя сторожу понравилось.

— Марусь, — говорил он ей. — А я скоро для тебя телегу справлю. — Маруся радостно кивала головой и была готова на всё, только чтобы её любили. Потерянным жить на свете очень грустно.

Но тут ни с того ни с сего взбеленилась Машка. Не лошадь. Девушка.

— Я не хочу, чтобы моим именем называли лошадь! — вдруг заерепенилась она. — Еще дразнить станут, лошадью обзывать будут. Придумывайте своей косматке другое имя!

— Да что ты Маш, в самом деле! — утихомиривал сестру Арсений. — Да мало ли как люди зверей называют. Вон у кошек сплошь и рядом человеческие имена. И Васьки и Кузьки, Нюрки там всякие. Что из-за этого париться что ли всем человекам которых так зовут?

— А я не хочу и точка! — бастовала умница-красавица. — Если вы лошадь не переименуете, я вам тако-о-ое устрою, век помнить будете.

Лошадь не переименовали и Маша… затаив обиду, стала вынашивать планы мести. (Можно добавить главу или изменить предложение) на лошади не каталась принципиально, не смотря на то, что Вадим предлагал научить её ездить верхом.

На улочках дачного поселка, да и вокруг него были разбросаны пустые банки из-под пива, пластиковые бутылки, обертки от шоколада. Легкомысленные отдыхающие сначала не обращали внимания на мусор, но когда отходы заполнили улицы, жители ужаснулись. И, тем не менее, на объявленный Ниной Кузьминичной субботник никто не вышел, на воскресник тоже и мусор продолжал увеличиваться в размерах, грозя потопить под собой весь "Ёжкин дом". У руководства товарищества деньги были. Еще по осени собирали. Но деньги находились в замороженном состоянии, как и голова Голубева. А забесплатно кто будет работать? Коммунистический энтузиазм в нашей стране давно канул в реку под названием Лета.