Ездовой гном. Битва

Я неспешно ощупываю скалу под листьями плюща, сплошь покрывающего крутой склон. Равномерно шарю пальцами, раздвигаю скрученные узлами стебли, тщательно исследую каждый квадратный метр.

Солнце ощутимо греет голую спину, но ни пота, ни одышки – гномье умение «ходок по скалам», позволяет двигаться по крутизне, как по пологому склону, не тратя выносливость. Соответственно виртуальное тело обходится без физиологических сигналов.

Шаг в сторону, и следующий квадрат. От плюща пахнет горячей

живой травой. Кое-где из гущи торчат скрученные пружинами усики. Большая часть их не видна, впивается в трещины камней, цепляется за шероховатости. Но некоторые да, промахиваются и завиваются холостыми спиралями...

– Тварь!

Зеленая, под цвет плюща змея пружиной выскочила из листьев. За долю мгновения я успел увидеть в ее выпуклых глазах отражение своей бородатой физиономии, и клыки пронзили мне щеку. Две тонких, изогнутых иглы скрежетнули по коренным зубам, легко впились в надкостницу. В лицо стрельнула ослепляющая боль, и следом боль жгучая тяжелая, захватившая пол-лица. Словно стоматолог жмет на поршень шприца воткнувшегося в десну, вот только вливает не анестезию, а горячую ртуть.

Моя рука рефлекторно дернулась, пальцы сжались на теплом чешуйчатом шланге и сквозь вскипевшую ярость, едва разобрал голос Кассиди:

– Горн! Не дергай! Опять кусок щеки вырвешь!

Да… этого надо избегать. Иначе здоровье то восстанавливается, но на коже надолго остается рытвина. Я нащупал большим пальцем горло змеи и крепко нажал. Сухо треснули тонкие позвонки и ядовитый капкан на щеке раскрылся. Я поднял руку с тварью, судорожно обмотавшую мне предплечье кольцами, и вновь голос Кассиди меня остановил, хотя так хотелось одним смачным ударом размозжить треугольную голову этого живого шланга о камень:

– Горн! Тебе нужно их ловить, а не давить!

Я посмотрел на ополовиненную жизнь рептилии и гнев прорвался рычанием:

– Черт бы их побрал! Ну местные и садюги! Сходите на склон, говорили они… Пусть змеи кусают, вещали они! Квест доверенному лицу называется!

Едва шевелящаяся рептилия полетела в сумку, а я договорил уже спокойнее:

– Похоже у змей укус природное умение, и срабатывает в обход прокачанной ловкости.

Кассиди посмотрела озабоченно и протянула бутылку с зельем здоровья:

– Ты как? Ломозепэля позвать?

Я посмотрел на иконку в форме капли яда в углу поля зрения и сокращающуюся полоску здоровья, после чего пощупал языком набухшее место укуса.

– Нет, пусть лесной эльф смотрит за теми, кто послабее, - я кивнул вдоль склона показывая на других гномов, ищущих норы на склоне.

– Мне телосложение позволяет сдюжить любой укус местной змеи, тут Громодар прав. А здоровье восстанавливается быстро, - я отхлебнул пахнущий мятой напиток и встряхнул глиняную посудину, - да и лечилок наши спецы подкинули неплохих.

Я подождал несколько секунд, окончания действия отравы, и удовлетворенно хмыкнул получив новое системное сообщение. Гномка смотрела ожидающе, поэтому прочел вслух:

– Единица устойчивости к ядам. Теперь на 5% здоровья меньше сократится при

очередном укусе. Метод так себе, но надо продолжать. Завтра придут эльфы, а у них почти все стрелы, как сказал Корхан, смазаны ядом.

Надо то надо, но вот просто жесть как не хочется, особенно после того как выяснил, что змеи норовят впиться в лицо. Как будто зря раздевался по пояс… Но, делать нечего, я вздохнул и вновь запустил руки под листья в поисках очередной норы. Кассиди нервно дернула плечом, но голос почти не дрожал, когда она сказала:

– Ломик сказал, что они часа два-три восстанавливают яд. Принесем в пещеру, и я тоже пройду эту процедуру.

Я скривился. Следующая змеюка, не просто вцепилась в указательный палец, а еще умудрилась его проглотитьи теперь пучила глаза недовольная тем, что мой ноготь уперся ей изнутри в пищевод. Зубы царапнули кожу вскользь, часть яда пролилась мутными каплями мимо. Но на этот раз жгучего желания скомкать тварь не появилось. Просто бросил извивающуюся рептилию в сумку и вытер кровь о штаны.

– Да, надеюсь нашим арбалетчицам под присмотром проще будет перенести покусание… Отловленных змей уже должно хватить, чтоб поднять устойчивость процентов до 20. По крайней мере от пары отравленных стрел уже падать не будете.

Кассиди кивнула:

– Корхан, когда услышал об общей устойчивости гномов к ядам, аж позеленел от зависти. Эльфы, по его словам, приобретают, иммунитет к укусам тем же способом, но гораздо медленнее. Да еще не ко всем подряд ядам как гномы, а исключительно к тем породам змей, насекомых и прочих ядовитых – которые их погрызли. Очень хлопотное дело, если вспомнить, что таких «грызунов» в Росланд сотни видов и разновидностей.

Кассиди подняла арбалет и щелкнула пальцами по внушительному наконечнику заряженного болта:

– Пока всего три гномки смогли набрать силы реала на арбалеты Лаверны. Так что нам квестовых змей хватит не только на личное покусание, но и на отраву болтов. С ними мы почти сравняемся с городской стражей. К тому же, Гаврош уже почти научился нормально вкручивать в «чертов палец» шуруп, удвоив болтам урон.

Я поморщился, проворчав:

– Почти… Запорол кучу белемнитов, деятель. Да и шурупы, как выяснилось, в Лозадель никогда не делали. Совершенно случайно мешок у князя завалялся. Вот к чему этому балбесу было при Кветке орать так восторженно, обнаружив шурупы? Даром они управляющему не нужны были, а так по 50 серебра за каждый содрал, как я не торговался!

– Не ругай Гавроша! Он же не торговец, а как выяснилось, в реале слесарь. И у других мастеров комбинированные наконечники вышли бы точно хуже. Попробуй, держа каменную заготовку в ладони, ввернуть шуруп в кончик вертикально! Опять же, час объясняли местному кузнецу, что такое отвертка. А уж что такое тиски, тому не смог объяснить даже Громодар.

Я почувствовал под пальцами очередное прохладное углубление в скале и напрягся, ожидая укуса, но на этот раз пронесло. С невольным облегчением, что несколько смазало скепсис в словах, проговорил: