Чтение онлайн

Голограмма. Значит, ИскИн, а если точнее — оцифрованный, а уж с оцифрованными Кот в последнее время успел наобщаться. Это раньше для него «знакомство» с электронными личностями стало сродни откровению, ведь он считал Киса единственным в своём роде, а уж теперь… Привык, наверное.

— Именно так! — ухватился Кот поданную идею. — Простая проверка. А заявок твоих у меня нет. — помолчав, добавил он.

— Как нет? Как так — нет?! — возмутилась голограмма, на несколько мгновений будто зависла, но потом ожила вновь, развернув перед собой целый список: — Вот! Раз-два-три-четыре-пять…

Больше сотни! И ты говоришь, что ничего не получал?!

Значит, действительно ИскИн — только они могли вот так вот быстро что-то сделать.

— Я — не получал. — веско ответил Кот. — Работу остальных, мне не подконтрольных, комментировать не могу и не буду!

— Я буду жаловаться Императору! — завопил нематериальный старичок, но вдруг оборвал свой крик и уставился прямо на Кота. — Да, кстати, как поживает наш Оринсан?

— Император Ири’Н’Сан чувствует себя настолько прекрасно, насколько может себя чувствовать оцифрованный. — чётко и раздельно ответил Кот. — Ещё вопросы имеются?

— Я хочу знать, как так: мой скав у тебя есть, а моих заявок нет?! — голограмма ткнула в сторону Кота пальцем.

— Кто?! Скав?! — Кот недоумённо обернулся.

Позади него, принюхиваясь, стоял Беляш, пробравшийся сквозь частокол ног готовых к выходу десантников.

— Да, скавенгер. — ещё раз ткнул пальцем старичок, указывая явно на Беляша. — Хм… Какая интересная особь! Я таких не планировал.

— Их у нас называют «слуп». Я не знал, что это ты их вывел… — медленно произнёс Кот.

— Вывел?! Ха! Да я их создал! Спроектировал от начала и до конца! — вздёрнул нос старичок и сорвался на ворчание: — Ну надо же: слуп! Какое уродливое название для моего прекрасного создания! Вы там что, совсем сопроводительную документация не читаете, что ли?! Назвать моего красавца скавенгера каким-то «слупом». Это же уму непостижимо!

— Они прекрасно у тебя получились! — похвалил ИскИна Кот, и, увидев, что похвала явно понравилась, добавил: — Хорошо. Передай мне свои заявки, я посмотрю, что могу сделать.

— Заявки отправил тебе лично. Но ещё и передам на физическом носителе, чтобы уж точно ничего не потерялось! — погрозил пальцем старичок. — Ладно, проверяй! Моя лаборатория в твоём распоряжении. — по-царски взмахнул рукой он. — Но! Только ты! По остальным, так рвущимся сойти, подтверждения допуска нет!

— Капитан! — обернулся Кот, и, подхватив Беляша, передал его подошедшему Ван Ультену. — Убери животное в каюту, чтобы не сбежало. Сопровождение — на месте, я иду один. — громко сказал он и еле слышно шепнул: — Серж, завершайте ремонт «без выхода». Сход всем запретили, думаю, и техникам покидать корабль не стоит. Я пройдусь, надо «проверку» провести. Ждите!

62

Выражения «заброшено» или «запущено» не отражали всей сути увиденного Котом внутри станции и казались лишь слабыми подобиями того, что творилась там на самом деле. Заблокированные тяжёлыми шлюзовыми створками коридоры, переходы и целые блоки попадались гораздо чаще, чем встречались хотя бы с маркером «ограниченный доступ»,

а уж про «годен» даже и говорить не стоило: такое не встретилось Коту практически ни разу. Зато в глухих тупиках, там, куда едва доставал свет фонарей, виднелись кучи хлама, мусора и превратившихся в неподвижные статуи различных сервомеханизмов.

Жуть!

Станция напоминала собой древнего старика, всё ещё молодящегося, старающегося выглядеть бодрее и крепче, но внутри являющегося тем, что есть на самом деле: изношенным и, пожалуй, даже смертельно больным человеком. И запах. Пахло чем-то затхлым, древним, давно слежавшимся и успевшим прокиснуть или протухнуть. Даже «пригодные к перемещению» внутренние коридоры были изнутри чем-то изъедены, а углы на многочисленных перекрёстках будто изгрызены…

Кот, задержав шаг, вгляделся пристальней: а ведь верно! Именно изгрызены! Будто дети, играя, кусали деревянные боковины мебели там, на Земле… Вот только что здесь за «дети», грызущие, и, главное, прогрызающие пласталевые стены?!

— Эй! — послышался из тёмного угла чей-то голос. — Пс-с-с…

Кот, присмотревшись, различил чьё-то выглядывающее лицо, в полумраке выглядящее белым пятном. Ребёнок, что ли? Слишком близко к полу и слишком маленькое для взрослого человека!

— Пс-с-с! Сюда! — лицо, спрятавшись, выставило, однако, руку, которой активно замахало, призывая Кота в полутьму бокового прохода, но потом высунулось вновь, интересуясь, где же там застрял тот, чьё внимание точно было уже привлечено.

Действительно: ребёнок. Фарфоровой белизны лицо, огромные чёрные глаза и губки бантиком, снова позвавшие: — Ну сюда же! Сюда!

Кот пошёл на зов. Ну вот кого ему бояться? Ребёнка? Хотя… это место, да и вся эта ситуация, выглядели жутковато! Да и девочка эта была наряжена в обноски — по-другому назвать этот старый-престарый, много раз латаный, комбинезон было бы неправильно.

— Ты что здесь делаешь? — тихо, соблюдая «разведённую» девочкой секретность, спросил он.

— Я от дедушки сбежала! — поведала девчонка. — Меня Роя зовут. А как тебя? А как дедушка тебя пропустил? А ты один или вас много? И где тогда остальные? — буквально засыпала она вопросами.

— Меня Кот зовут. Я сюда с проверкой прилетел, вот дедушка твой меня и пропустил. — улыбнулся Кот. — Я не один, но остальным он запретил из корабля выходить, у них допуска нет. А вас здесь сколько?

Улыбнулся, а сам напрягся: ещё один культ? Жители, влекущие в этих развалинах жалкое существование и считающие себя потомками управляющего здесь ИскИна? Хватило уже одного, совсем сумасшедшего, который держал в своих руках мрринов!

— Мы с дедушкой вдвоём! — по-детски непосредственно поведала девочка, которой было, навскидку, лет семь-восемь. — А ты мой папа? Дедушка сказал, что только папу пустит, и больше никого! А папа всё не появлялся и не появлялся, а дедушка молчал и молчал! А теперь он тебя пустил, хотя раньше никого не пускал и всех выгонял! Ты ведь мой папа, да? — чёрные, выглядящие в этом полумраке совсем без зрачков, глаза, смотрели с такой надеждой…