Евро
Шрифт:
Мы к вам приехали на час
Ну Вы так думали конечно
Сюрпризом будет да, для Вас
Что мы такие вот на вечно
Финал, уж сыгран,
Второй трофей, за те два года
Не злые мы, не танки мы паркуем
Всего лишь мяч, и не один, в ворота
Мы лучшие, прям здесь и прям сейчас
И никому, вот не сравниться с нами
И снова, уж в который раз
Вот мы на ты, прям с небесами
Ну что поделать, мы такие
Не злые мы, а добрые внутри
И наши правила простые
Иди, играй, живи
Никто, вот здесь нам не указ
Мы сами все решаем
Придется все же слушать нас
А мы играем, да, играем
Играем в жизнь, и жизнь играет нами
И мячик кругл, прям как Земля
И мы, с открытыми душами
Пришли сюда, да, навсегда
И вот мы тут стоим, с медалями на шее
И снова вы решили, что это не надолго
И вот теперь заверить Вас я смею
Мы тут надолго, может навсегда., и в том мое Вам слово
И в зале повисла тишина, которую внезапно разорвали аплодисменты немца. Он первым оценил смелость моего высказывания, следом за ним присоединились и наши, француз, итальянка, и почти все журналисты. Ну кроме американцев и англичан. Но то понятно, у них свои взгляды на союзников и партнеров, и даже не стоит
Мы уже собираемся заканчивать и замечаю руку прелестной итальянки.
— Ну как тут отказать? — Думаю я и киваю, одновременно произнося:
— Да, прелестная сеньорита. — Она улыбается мне в ответ и задает свой вопрос, как всегда, не совсем о футболе:
— Даниил, Вы обещали, по окончании чемпионата определится хотя бы со страной, где будете жить в ближайшие несколько лет. — Говорит она и хитро улыбается, а я улыбаюсь в ответ и говорю:
— Ну как я могу обмануть такую прелестную нимфу? Раз обещал, то обязательно, нет не женюсь. — И делаю паузу, по залу проносятся смешки, а я продолжаю:
— Да, со страной я определился. Мне нравится Франция, я бы хотел пожить тут несколько лет. И судьи у Вас честные, можно играть, они не отменяют красивые забитые мячи. А если еще и Италия будет рядом, то я буду счастлив, ведь станет более реальной возможность познакомится с Глорией и Орнелой. Такие красивые имена. Только жениться не обещаю и не рассказывайте моим любимым, об этой моей минутной слабости. — Говорю я, а зал уже откровенно смеется и оживились французы, переговариваются между собой и пытаются расшифровать мою оговорку о Франции, судье и близкой Италии.
Наконец я слышу громкие шепотки:
— Монако, Монако.—
— Ну, что же. Я сигнал подал, теперь ход за ними. Подождем — Думаю я и пресс-конференция все же заканчивается.
Мы расходимся, а впереди еще столько интересного.
25 июня 1988 года
Воскресение
Мюнхен,
23:00 18*С
— Да, все. Вот мы и чемпионы Европы. — Думаю я, ожидая девчонок у гостиницы и вспоминаю:
Отгремел матч, прошло награждение и теперь у нас отдых. Мы его заслужили. В планах у всей команды, небольшая ночная прогулка по Мюнхену и посиделки в заранее заказанном ресторанчике. Нам можно, мы заслужили. И мы там будем не одни, подруги и жены с нами, сейчас собираются, а мы их ожидаем. Они тоже заслужили все это, они были все время рядом, поддерживали и придавали сил, да и мы все это сотворили в первую очередь для них и для себя, и только потом для народа и страны. Это если быть честным.
Взгляд вновь падает на двери гостиницы и приходит понимание:
— Нет, еще не появились и значит можно немного по привычке поразмышлять.—
Чем я и занимаюсь, как впрочем и всегда, такой уж я:
Мюнхен, еще один немецкий древний город. И, по факту, одна из трех столиц Германии. И если Берлин столица официальная, вокруг которой и была объединена Германия, а Гамбург столица торговая и портовая, центр Ганзейского союза. То Мюнхен центр огромного и важнейшего региона Бавария, без которого и не было бы современной Германии. Наверно, это сердце той самой Германии, ее основа, тот самый порядок, который и сплачивает все воедино.