Чтение онлайн

— На самом деле, разумеется, работать будут наши люди. Увезут в здание штаба, там мы с вами встретимся и обсудим дальнейшее развитие событий.

Ланс думал. Что увидят граждане на своих браслетах и информационных панелях? Правительство Триумвирата пошло на переговоры. Ланс изо всех сил старался предотвратить войну. Но всё испортила оппозиционная группировка, отныне ставшая террористической. Идеально. Можно даже порадоваться, если заставить себя забыть, что Гинопос по-прежнему висит где-то за пределами галактики и выжидает

удобного момента.

— А дальше? — спросил Ланс. — Что будет с Хиртом?

— Пока он у нас в руках, принцесса не ударит по нам никаким «Квазаром», — ответил Арвик, поворачивая на съезд; джип затрясло по грунтовой дороге. — Хирт — залог нашей безопасности. Мы сможем спокойно заниматься Гинопосом.

Проехав еще несколько сотен метров, джип остановился возле бронетранспортера. Арвик, не говоря ни слова, вышел. Ланс последовал его примеру. Он тут же оказался в полукольце из своих телохранителей и почувствовал себя спокойнее. Впрочем, спокойствие было иллюзорным. Захоти военные его убить, пушечное мясо в виде телохранителей их не остановит.

Ланс огляделся, шагая вслед за Арвиком. Дорога вела к причудливому зданию. Четыре башенки из красного кирпича стояли по углам куба из стекла и стальных полос. Внутри стоял овальный стол для переговоров, два удобных кресла, несколько стеклянных шкафчиков с бутылочками — вода или что-то покрепче. Еще Ланс разглядел кофе-машину.

Здание для публичных дебатов построили давно, но использовали редко. В основном проблемы, требующие дебатов, решались на местном уровне, а здесь, на Триумвирате, обсуждали более серьезные вопросы, и в более уютной обстановке.

Здание располагалось посреди аккуратно постриженной лужайки, по сути — полянке, окруженной лесом. Периметр охранялся десятком автоматических вышек. Ланс посмотрел на одну из них как раз в тот момент, когда широкий ствол повернулся и «посмотрел» на него в ответ. Ланс судорожно сглотнул.

— Хирту это не понравится, — пробормотал он.

— Разумеется, — отозвался Арвик. — И мы быстро всё демонтируем. Продемонстрируем полнейшую лояльность.

— Из вас получился бы неплохой политик, генерал-полковник, — улыбнулся Ланс.

— Благодарю. Но я не ем дерьма, предпочитаю армейский паёк.

Ланс промолчал. В мирное время Арвик вряд ли бы позволил себе такие речи. Когда мирное время вернется, Ланс припомнит всё, но пока… Пока лучше было не обострять отношения с военными.

Стеклянные двери бесшумно разъехались в стороны, пропуская гостей. Арвик бегло оглядел помещение и подошел к кофе-машине. Пока он там возился, открылась дверь в одной из соединенных с кубом башенок, и оттуда вышла съемочная группа. Ланс машинально поправил галстук и встал рядом со столом, положив на него одну руку. Лицо приняло привычное серьезное, озабоченное выражение. В последнее время Ланс начал примешивать к нему немного страдания.

Теперь он был в родной стихии. К нему подскочили

гримеры, вспыхнул прожектор. Режиссер кричал, чтобы убрали из кадра военных. Наконец, всё было кончено. И Ланс, глядя в камеру, сказал:

— Это — мой официальный ответ Винчу Хирту. Ответ главы Триумвирата — верховному советнику узоргов…

Они все заслужили эту ночь многочасовыми мозговыми штурмами, записью, маневрированиями и постоянно напряженными нервами. Теперь корабль таился в одной из ледяных пещер Ваграна, с потушенной электроникой, и спал. Никого из его обитателей не волновало положение солнц относительно любой из планет. Сейчас была ночь.

Они заслужили эту ночь…

Вспышка заставила Хирта вздрогнуть. За долю секунды спящий мозг успел интерпретировать сигнал как взрыв звезды, и Хирт проснулся с тяжело колотящимся сердцем.

Темно, тихо. Только рядом слышно дыхание.

— Что ты сделала? — прошептал Хирт.

— Фотку на память, — отозвалась Салли.

Она подняла руку — Хирт разглядел это ее движение благодаря своим глазам, тускло светящимся в кромешной тьме — и над браслетом затеплилось изображение. Он увидел себя и Салли, лежащих рядом. Он спал, а девушка состроила озорную гримаску, показала язык.

— Удали, — проворчал Хирт, зарываясь лицом в ее густые волосы, пахнущие чистотой и мылом.

— Ни за что на свете. Если всё выгорит, и ты будешь сидеть на Триумвирате вместе с Лансом — прикинь, чего будет стоить эта фотка?

— Если «всё выгорит», эта фотка ни черта не будет стоить. Тебе просто некому будет ее продавать.

Салли прыснула в кулак.

— Да, ты прикольный, — сказала она. — Будешь спать? Или проведем еще пару раундов?

— Начнем с предварительных ласк. Погладь мне рубашку и свари обед, а там посмотрим.

Салли хлопнула его по голове ладошкой.

— Хорошего же ты обо мне мнения. Да будет тебе известно, что такая хозяйка, как я, может только сварить рубашку и погладить обед перед тем как его сожрать. А теперь… — Она быстрым движением оседлала его, наклонилась и прошептала: — Покажи мне хваленую выносливость узоргов, господин советник!

Хирт не заставил себя упрашивать. Его руки легли на ее бедра, двинулись вверх, но вдруг остановились. Девушка будто окаменела, и браслет ее тут же засветился.

— Ну что там, новая смешная картинка из соцсетей? — поморщился Хирт.

— Ланс отозвался. — Из голоса Салли исчезли все игривые интонации. Теперь она вновь была профессионалом.

— Отлично. — Хирт вывернулся из-под неё, сел на койке и хлопнул в ладоши. Загорелся свет. Они принялись одеваться в крохотной каютке.

— Включай, — приказал Хирт. — Пусть балаболит, всё равно буду пересматривать несколько раз.

Салли сделала быстрое движение бровью, и возле самой двери появилось голографическое изображение Ремила Ланса.