Чтение онлайн

Следующий класс фамилиаров был эквиты. Именно к эквитам и принадлежала Велия. Этот класс был очень резко ограничен в привиллегиях, даже по сравнению с сервами. В реальности эквиты занимали посты администраторов, министров, прокураторов, и руководили производствами, городами, провинциями, иногда даже целыми планетами, а также крупными научными проектами, медицинскими центрами, или, как в случае с Велией, уходили на роли старших офицеров армии и космического флота. Понятно, что хотя каждый и имел свою капсулу, времени на Игру у них оставалось минимум, хорошо если пару часов в день и несколько часов на выходных.

Другим ограничением привиллегий и свобод эквитов было то, что в отличие от четырех предыдущих классов, эквиты, как и последний

класс фамилиаров, сенаторы, сохраняли архаичную форму семьи, с одним мужчиной, одной женщиной, зачатием и традиционным вынашиванием ребенка в реальности, а также семейным воспитанием детей. Нет, конечно, дети погружались в капсулы каждый день, особенно пока родители были на работе, чтобы проходить традиционное обучение, но даже при этом они поначалу попадали в специальные обучающие миры для детей эквитов и сенаторов, дабы не подвергататься разлагающему воздействию привиллегированных классов сервов и лузоров в столь раннем возрасте. Столь жесткое ограничение тем не менее давало свои плоды, эквиты очень гордились своим служением обществу и приносимой ему жертвой, и честно служили интересам Табулы Раса.

Другим ограничением эквитов было то, что хотя они и сдавали экзамен по окончанию обучения, его результаты никак не могли повлиять на их класс. Эквиты были наследственным классом. Старший сын и старшая дочь пары эквитов, а при необходимости и их вторые дети также становились эквитами и несли свой долг перед обществом. Нет, в принципе, молодые люди могли отказаться, и из уважения к их предкам, автоматически получали высший статус дорминаторов, но это было неслыханным позором, и имя отрекшихся навсегда вычеркивалось из анналов семей, хранивших столетия предков, честно служивших обществу. Так что отречения были необычайной редкостью.

В качестве компенсации за жертву старших, остальные дети эквитов никогда не становились сервами, а автоматически переходили в класс эвокатов. В Игре они как и в реальности занимали административные должности мэров городов, правителей провинций, герцогов, королей, президентов, а куда чаще крупных администраторов, высших офицеров и работников секретных служб разнообразных государственных мини-образований виртуальных миров от гордых независимых игровых республик, с вышитыми на кухонном столе флагами, до занимающих целые континенты игровых империй. В случае призыва в реальность, они становились офицерами эвокатов, а женщины-наследницы эквитов, тот случай, когда эвокатами становились женщины, либо также становились офицерами эвокатов, либо брали на себя иную организационную работу связанную с пробужденными эвокатами и спанерами.

Ну, и наконец, наиболее лишенный привиллегий класс фамилиаров, доверенных слуг народа, были сенаторы. Так же как и эквиты, связанные семейным способом наследования класса и рождения и воспитания детей, сенаторы тоже проходили начальное образование в специально выделенных мирах. Затем, молодые сенаторы вместе с эвокатами проходили обучение в виртуальных университетах, и имели некоторое время, которое могли провести в игре. С наступлением полного совершеннолетия в 30 лет, или раньше, если того требовали обстоятельства или так решали их родители, будущие сенаторы выходили из Игры в реальность и впрягались в управление семейными доменами. На игру, после этого, времени у них обычно просто не хватало, а глава рода — Консул и член Совета Двадцати Шести, отвечавшего за все ключевые вопросы поддержания Игры во всей Табуле Раса вообще не имел права входить в Игру, разве что в посмертии, присоединяясь к Совету Бессмертных.

Вот такое вот социальное устройство. По крайней мере так, как это излагалось Велии в школе.

К слову, предмет горячего спора эквиты Велии и ее подчиненных-сервов был как раз молодой сенатор Люций Корнелий Секст, адмирал флотилии и сын Консула Корнелия Квинта.

— Если надо, пойду и буду снова обьяснять, — ответила Велия.

— Кстати, а если не забудешь приодеться попривлекательнее, — добавил Аквилий с жеманным

смешком, — то шансов, что он тебя выслушает, будет куда больше. Конечно, до моей аватары тебе далеко, но…

Тут он сложил губы бантиком и полуодобрительно, в стиле «Ты тоже ничего…», покачал головой. Вообще-то, закон строго охранял тайну персонажа. Никто в реальности не имел права знать, кем является тот или иной актор в Игре, но Аквилий сам любил упоминать, что является в Игре некоей, не будем называть имен, известной красавицей и «роковой женщиной», вокруг которой постоянно вьются ухажеры, готовые на все за благосклонный взгляд предмета их мечтаний, то есть, красавицы-Аквилия. А на вопрос Велии «Сдались тебе эти козлы?», он лишь поджимал губки и высокомерно отвечал: «Я просто так себя вижу!»

Впрочем, усмехнулась Велия, пентэйская любовь ее подчиненных-сервов ее не касается, а насчет красоты Аквилия в Игре… ну-ну. Это в реальности она «серая мышка» в форменной юбке с волосами, собранными в конский хвост на затылке, а в Игре… Будучи в Игре эльфийкой с прокачанной до трехсотого уровня привлекательностью для мужского пола, она очень свысока оценивала похвальбу серва. «Однако, мысль верная,» — заметила она про себя. Надо будет поприхорашиваться перед попыткой.

Вообще-то он выбрала эльфийскую расу в далеком детстве, причем совершенно случайно. Ее мать, а эквитов растили в семье, и Велия хорошо знала свою мать, упомянула, что она сама была эльфийкой. Ну, и Велия тоже решила выбрать «как мама». Потом оказалось, что просто быть эльфийкой, еще не гарантирует популярности у других детей, а часто и наоборот. Так что, к подростковому возрасту Велия начала качать популярность у мужского пола. Накачала на свою голову, и не только голову, и обнаружила, что от нее одни неприятности.

Непонятно, чем бы это могло кончиться, если бы не попала она в клан, а там, благодаря той же привлекательности в сочетании с деловыми качествами, не пробилась бы в заместители кланлидера. Вот тут-то привлекательность и стала приносить свои дивиденды. Нет, отнюдь не в том. Просто, когда у мужиков отказывают мозги, вести с ними переговоры и выторговывать своему клану преимущества куда легче. Да и своих бездельников гонять куда проще.

Вопреки тому, о чем вы подумали, с клан лидером, прокачанным воином-паладином, Велия не спала. Он очень высоко ценил ее за деловые качества, вдумчивость, внимание к деталям, успешность в управлении людьми. Причем, ценил насколько, что, похоже, сам робел перед прекрасной эльфийкой, и даже если и испытывал по отношению к ней плотские игровые желания, их не демонстрировал. А жаль, вздохнула мысленно Велия, единственный мужик, к которому она испытывала уважение и пиетет, доходящие до влюбленности. Особенно, после того как он не задумываясь ушел на возрождение, прикрывая ее и дав ей уйти от отряда из двух десятков орков, которые вряд ли заинтересовались бы мнением эльфийки по поводу их привлекательности для нее. А каким он был лидером! Умный, проницательный, решительный. В общем, из тех, при виде которого девушки прикладывают руки к груди и выдыхают: «Аааа!»

Впрочем, это уже в прошлом. Реальность призвала эквиту Велию, из клана пришлось уйти, на игру осталось два часа в день. Ну, не совсем два, спать тоже можно было в Игре, но на жизнь в Игре оставалось лишь пара часов в сутки. Так, посидеть в таверне, поболтать с сокланами о новостях, и обратно, в реальность, в работу. Нет, она не жалела, это ее долг, но память о клановых днях жизни до сих пор грела ее душу.

Что ж, подумала Велия, мысль правильная. Судя по безбашенному поведению молодого сенатора, он на женскую привлекательность поведется. Вот только… В Игре все просто, прокачала привлекательность, и у всех играющих за мужской пол феромоны чуть из ушей не лезут. А как это делать в реальности? Велия задумалась. Она этого не знала. Впрочем, в любой культуре есть место, куда люди могут придти, чтобы найти ответы на вопросы, которые они не знают. Было такое место и у жителей Табулы Раса.