Это не любовь...
Шрифт:
– Нет, нет, нет… – захныкала я, не открывая глаз – пять минут! Будильник еще не звонил!
Совершенно не реагируя на мои мольбы, моё бессознательное тело куда-то уносили, крутя и меняя его положения в пространстве. Ну и пусть! Я вырубилась снова ровно через десять секунд и моментально проснулась от ощущения горячей воды, в которую меня аккуратно погрузили, прямо в нижнем белье!
– Привет, любимая… – услышала я сонный голос Вики и коснулась ее под горячей водой.
– Мхм…– не открывая глаз, поздоровалась я, – еще пять минут.
Вика
– Садистка! – простонала я, расслабляясь, в горячей воде.
– Кто бы говорил…
Он стоял, опираясь на косяк и скрестив на груди руки. Рубашка была закатана по локоть, и мои глаза застыли на контрасте между его загорелой кожей и черным ремнем часов на его руке.
– Уже жалуешься? – хмыкнула Вика, и я встретила его прямой синий взгляд.
Он отрицательно и чуть заметно качнул головой, глядя мне в глаза.
– Напоишь девушек кофе? – перевела тему Вика, разорвав нашу зрительную дуэль.
– Кофе на кухне, – он немного прищурился, наблюдая за движениями наших коленок, торчащих над водой, – наши ноги уже давно переплелись, и, конечно, это было заметно. – Если не будете увлекаться, он не успеет остыть.
Развернувшись, Илья вышел, оставив дверь открытой.
Взгляд Вики тут же из игривого стал требовательным.
– Вы не накосячили?
– С ним накосячишь! – пожаловалась я под ее снова расплывающуюся улыбку. – Еле в постель его уложила! Мы спали просто…
Пояснила я, полностью ее расслабляя.
– Вика… – жалобно простонала я, – Твой предел… Издеваешься?!
– Просто держи в голове возможные последствия – «социальный работник, прокуратура…», – улыбка опять слетела с её лица. – И ты сама не захочешь.
Я кивнула, представляя себе масштабы скандала, в который мы можем оказаться втянутыми.
– Он СПАЛ с тобой?! – минуту подумав, воскликнула она, вырывая меня из моего разочарования.
Улыбнувшись, я кивнула.
– Ты еще скажи в обнимочку!
Я подмигнула ей, она, не веря, покачала головой и задумалась.
– Мой мальчик меня удивляет… – она перевела на меня задумчивый взгляд. – Твой мальчик… – поправилась она, и внутри меня что-то приятно взорвалось, взгляд расфокусировался, и знакомые ощущения обладания, власти и спокойствия начали заполнять меня.
– Ань! – легонько толкнула она меня ножкой, приводя в себя, – Слушай, у него крышняк едет… Ты будь внимательней к нему.
Я оттолкнулась и мягко поднырнула к ней в объятья пробегаясь зубами и губами по нежной шее и целуя в ушко, изучая её и кайфуя от вкуса и запаха, обостренного сейчас водой.
– Не волнуйся… – заворковала я, и Вика тихонько застонала от моих ласк, разжигая меня еще больше, – Я позабочусь о твоем подарке.
– Не утонули еще?
Мы резко повернулись на его голос, прижавшись лицами.
Наклонив голову, он пристально посмотрел, и, изобразив пальцами рамочку,
– Русалочки… – прошептал он. – С меня фотосессия…
Стянув с вешалки два полотенца, он требовательно поднял брови.
– Пять минут! – выпалили мы одновременно.
– Пять минут! Или я всё отменяю и присоединяюсь…– глубоко вдохнув, он прикрыл на мгновение глаза и, словно не веря в то, что сказал, покачал головой, – Пять минут! – немного разозлено повторил он и вышел.
С сожалением разлепившись, мы включили душ и в ускоренном темпе завершили все утренние процедуры.
Натянув Викин сарафан на голое тело – мои вещи были бесповоротно уничтожены – я смотрела, как Вика устраивает свой ежедневный утренний fitting-freak. Всё шмотки из шкафа полетели на кровать. Быстро скидывая их на пол, Вика откидывала на кресло предполагаемый «гуд», и вскоре кровать была пуста, а пол и кресло завалены полностью. Начинался второй этап шоу. Теперь вещи с кресла летели опять на пол и предполагаемый «супер гуд» снова образовал на кровати небольшую горку. Ну и так, пока в ее руках не осталось одно платье. Закатив глаза, Вика кинула его на пол и, выудив что-то другое из свалки одежды, наконец, натянула на себя сегодняшний «феншуй».
– Я люблю тебя! – засмеялась я, – Твоя утренняя медитация такая же сумасшедшая, как ты!
Чмокнув меня в нос, она за руку потащила меня на кухню:
– Мы опаздываем! – раздраженно заворчала она, как будто причиной нашего опоздания была не она сама, а кто-то другой, – Арверин будет рычать!
– Рычать… – чуть не стекла я на пол, представив себе это.
– На выход, – фактически разворачивая нас взглядом, он перегородил нам собой вход на кухню.
– А кофе? – вразнобой забормотали мы.
– Спасибо! – в его голосе сквозил неприкрытый сарказм. – Я уже попил.
Не споря, Вика развернулась к двери, и я последовала за ней.
Устроившись на заднем сиденье, я помогала Вике разобраться с косметикой, и пока она порхала кисточкой по своим острым скулам, я старалась подстроиться под манеру его вождения и нанести ей блеск на губы.
Это было нелегкой задачей, потому что Вика ворчала на Илью, что он оставил нас без завтрака. Минут через десять ее жалоб он открыл бардачок и протянул нам, пакет с кешью:
– Займи ей рот…
Вика закатила глаза и цокнула языком, а я не сдержав порыва резко цапнула его за руку. От неожиданности он зашипел и дернулся, теряя на секунду управление на почти пустой еще дороге и тут же выравнивая машину. Возмущенно набрав воздух в легкие, он попытался отсчитать меня в очередной раз, но я перебила:
– Только попробуй! – прищурилась я, глядя на него через зеркало заднего вида. – Загрызу…
Он шумно выдохнул через нос набранный воздух сжав челюсти, но через пару секунд незаметно улыбнулся, тут же возвращая лицу невозмутимое выражение и снова протянул нам пакет с орешками.