Эти трое

Ю.Дубровин

Эти трое

Августовский полдень. Солнце.

Сидя на скамейке, Иван Матвеевич Курилов спорит с Сашей Любимовым.

Час назад Саша проходил по бульвару и увидел своего учителя члена-корреспондента Академии наук, тихо и смиренно прогуливавшегося в тени деревьев. Поздоровался, поговорил о жаре. Сейчас сидит на солнцепеке, на раскаленной скамейке, не замечая прохожих, криков играющих рядом ребят.

Они в пути. Кругом шелестят заросли формул, выкладок, уравнений... Под ногами прогибается зыбкая почва предположений, догадок, сомнений. Коварные ямы, лабиринты и тупики,

ложные тропы и непроходимые кустарники замедляют их движение к истине.

Саша, застряв в пути, отчаянным взором уставился на Курилова, а тот хитрит и не торопится подбрасывать спасительную мысль.

Мячик, которым играли ребятишки, прыгнул два раза по гравию и попал точно между спорящими.

– И...эх!
– выдохнул с досадой черноглазый шустрый мальчик и побежал за мячом.

– Не спешите, Саша, - говорит назидательно Курилов и подкидывает мяч несколько раз.

Саша стремительно несется кратчайшим путем к истине, его феноменальная память услужливо предоставляет новые и новые данные.

Курилов подкидывает мяч.

Мальчик лет десяти, в белой рубашке, в коротких штанишках с пояском и в сандалиях, нерешительно стоит перед ними, слушает мудреную Сашину речь и странно морщится.

– Извините, - говорит он вдруг и излагает формулу, к которой, словно к финишной ленточке, мчится взволнованный Саша, подстегиваемый колкими замечаниями Курилова.

Слова мальчика производят на ученых обжигающее действие. Мяч выкатывается из рук растерявшегося Курилова. Саша замолкает и бледнеет. Они недоверчиво смотрят на мальчика, а тот приветливо улыбается.

– Я хотел вам помочь, мне показалось - вы в затруднении, - говорит он и убегает к товарищам.

На скамейке остаются два оцепеневших человека. "Да, да!
– думают они. Все было именно так, мы сидели и спорили, подошел десятилетний мальчик и одним махом подвел черту нашему спору. Мальчик свободно оперирует сложнейшими абстрактными понятиями..."

Испепеляющее любопытство поднимает их со скамейки. Мгновение - и они возле играющих в мяч.

Задыхающийся от бурного бега Курилов спрашивает черноглазого мальчика:

– Как тебя зовут, малыш?

– Игорь.

Саша Любимов агрессивнее Курилова. Он атакует мальчика вопросом из анналов ядерной физики.

– А известно тебе, что...

Видимо, мальчику это известно, потому что он расцветает улыбкой, немедленно выясняет суть вопроса, и в тот момент, когда Курилов, подавляя невольную зависть, вынимает платок из кармана и начинает обмахиваться, вопрос решен.

Далее следует заявление мальчика, вежливое и безапелляционное:

– Метод рассуждении, которого вы придерживаетесь, устарел! Представьте себе, что вы хотите изучить повадку рыб и вытаскиваете для этого рыбу из воды! Нас учат в школе, что любой вопрос берется в совокупности... Простите за пример...

Молниеносным движением рука мальчика собирает воедино несколько неоднородных фактов, сжимает их в кулак, и - происходит чудо!
– на разогнувшейся ладошке возникает ясная, кристальная мысль.

Мысль поражает ученых новизной, в то же время Курилов готов поклясться, что он приближался к ней. Ну, конечно! Это же грезилось ему однажды... Москва... беседа с американским

физиком... ощущение - вот-вот!..

Грезилось и исчезло. И волшебно возвращено сейчас десятилетним Игорем, феноменальным мальчиком в белой рубашке и коротких штанишках.

– Что я наделал!
– вдруг огорчается мальчик.

– Что? Что?
– испуганы ученые.

– Папа и мама... Они ищут меня. Я же ничего не сказал им, ушел играть, и все.

Ученые смотрят туда, куда с виноватым видом вглядывается мальчик.

Папа и мама бегут, спешат, видят сына, машут ему руками.

Курилов тихим, восхищенным голосом говорит:

– Древние греки...

Саша Любимов односложно подтверждает:

– Да...

Игорь удивленно на них косится.

– Вот уж не древние греки... Нормальные люди - мои папа и мама...

Папа и мама подбегают к сыну, папа говорит всем:

– Здравствуйте!

К сыну:

– Где ты пропадаешь?

– Как можно?
– возмущается мама.

– К машине!
– восклицает папа.
– Немедленно к машине, иначе мы не улетим!

– До свиданья!
– говорит Игорь ученым.

– До свиданья!
– говорят папа и мама ученым.

Взявшись за руки - папа слева, мама справа, посредине мальчик, загадочная троица в белом направляется вдоль бульвара. Ученые ловят себя на том, что любуются их бегом. И люди на бульваре останавливаются и любуются их бегом...

Потом Курилов ужасается быстроте, с какой тайна уходит из рук. Он приказывает:

– Саша! Вы молодой, сильный - бегом за ними, не упускайте их!

Саша исчезает быстро. Курилов, отдыхая через каждые двадцать метров, тихонько поругивая возраст, пробегает два квартала и видит долговязую фигуру своего ученика.

Ученик стоит в неловкой позе и смотрит в небо.

Курилов яростно кричит:

– Упустили!

Саша вдруг смеется и мотает головой. Внезапно смех его стихает. Саша говорит:

– Эти "древние греки"... Они оттуда...

– Откуда?

Саша повествовательным тоном начинает:

– Я догнал их. Я спросил, кто они. "Из будущего!" - ответили они мне. Я намекнул, что меня ничуть не забавляют их шутки. Они повторили свой ответ. Некоторое время я бежал, обескураженный. Они заговорили между собой о каких-то неполадках в управлении. Папа сказал, что Игорь тронул не тот рычаг, и их занесло в прошлое время. Мама сказала, что теперь целый год Игорю не доверят такой сложной машины. Мальчик что-то возразил им, он так безбожно уснащал свои объяснения непонятными терминами, что папа сравнил сына с ожившим техническим справочником. Меня это замечание почему-то рассмешило, я фыркнул, они оглянулись на меня и засмеялись. На тротуаре стояла какая-то ребристая блестящая машина. Прохожие любопытствовали, трогали машину руками. Эти трое подбежали к машине, я остановился в пяти метрах от нее. Открыли люк, папа крикнул людям: "Дальше, дальше, пожалуйста, отойдите!" Люк закрылся, машина вздрогнула, завибрировала и вдруг исчезла! Все по привычке стали смотреть в небо, ища ее следы. Но ведь она и не поднималась, она просто исчезла! И тут я поверил во все, что они говорили мне! Они оттуда... Они действительно оттуда!