Чтение онлайн

– Здравия желаю!
– четко и громко ответил я.

– Вольно. Не нужно этой показухи.
– генерал потер висок.
– Вы мне лучше скажите, что прикажете с вами делать, товарищ курсант?

– Эмм...
– я несколько смешался.

– Вы грубейшим образом нарушили дисциплинарные нормы и правила воинского устава. Вас следовало бы отчислить!
– в разговор вмешался еще один мужчина со знаками отличия полковника. На его форме был нашит шеврон меча, окутанного цепями. Знак комендантских войск. Это означало,

что он командует комендантскими, а так же отвечает за дисциплину в части, к которой прикомандированы его силы.

Внешность у него была соответствующая: идеально выглаженная и подогнанная форма, гладко выбритое лицо, прямая осанка и блеск стальной дисциплины в глазах. Не человек, а гранитная плита.

– Осознаю содеянное мной и готов понести любое наказание, кроме отчисления!
– четко отрапортовал я, решив идти ва-банк. Помирать, так с музыкой.

– Собственно, некоторые члены дисциплинарного комитета настоятельно требуют именно этой меры.
– заметил седой генерал.

Я заметил, как в глазах начальника дисциплинарной службы промелькнули искры торжества. Так же, с некоторым неудовольствием я отметил, что женщина, сидящая в левой части стола, а так же мужчина, сидящий справа от генерала, тоже склонили головы в знак согласия.

Я почувствовал, как ноги становятся ватными. Отец устроит мне земной ад... В голове замелькали сцены ужасный истязательств строгого родителя над своим нерадивым дитем.

– Тем не менее, отчислить мы вас не можем.
– спокойно, не меняя интонаций, продолжил генерал.

Я подумал, что от пережитых эмоций сейчас умру. По лицу, против воли, начала расплываться улыбка.

– Василий Степанович, это неслыханно!
– вскочил со своего места комендантский полковник.

– Сергей Юрьевич, вы бы успокоились.
– спокойно ответил генерал.

– Но ведь его необходимо отчислить. Он устроил мордобой прямо на плацу, избил нескольких старших по званию и так же вывел из строя четырех моих бойцов. Они теперь неделю будут в лазарете валяться!

Странно, мне показалось, что дрался я со штурмовиками. Но возмущение полковника понятно. Видимо, я наступил ему на любимую мозоль.

– Я прекрасно понимаю всю серьезность его проступков, товарищ полковник.
– голос генерала оставался по тихим, но в нем проскользнули стальные нотки.

Полковник осекся и, попросив прощения, сел на место.

– Итак, продолжим. Что же нам делать с тобой, Влад Старков?

– Готов понести любое наказание.
– зная, что отчисления мне не грозит, я мог немного побравировать и поиграть в героя.

– Что же, раз вы готовы ко всему, то и приказывать нет необходимости.
– с некоторым облегчением ответил генерал.

Не придется приказывать? Я несколько смутился. Что же может быть настолько серьезным? Мне стало несколько не по себе.

– Прощу прощения,

товарищ генерал, но хотелось бы прояснить, в чем же заключается мое наказание в таком случае?

– Вам все подробно расскажет он.
– ответил генерал, указывая на мужчину в форме штурмовиков, но без каких либо опознавательных знаков.
– Что же, раз все разрешилось, считаю заседание дисциплинарного комитета оконченным.

Все начали вставать со своих мест. Все, кроме генерала и загадочного мужчины.

– Старков, задержитесь на секунду, пожалуйста.
– неожиданно попросил генерал.

Я остановился и подвинулся, освобождая проход. Полковник, проходя мимо, подарил взгляд, полный обещаний ужасной мести. Похоже, я нажил себе врага. И весьма влиятельного. Комендантские, или, иначе говоря, охранно-дисциплинарные войска, обладали ощутимой властью.

Подождав, когда все выйдут, генерал обратился ко мне по имени.

– Влад, присядь, пожалуйста, мне нужно серьезно с тобой поговорить.

Я удивленно вскинул брови, но послушался и молча плюхнулся на самый крайний стул.

– Я прощу прощения за этот, с позволения сказать, фарс. Но у меня, как у командира этой учебной части, есть обязанности, есть протоколы и требования которые связывают меня по рукам и ногам. Поэтому твой поступок необходимо было рассмотреть на заседании дисциплинарного комитета. Полковник Громов, Сергей Юрьевич, не дал бы так просто замять это дело. Ведь ты покалечил нескольких его ребят.

– А я думал, что они из штурмовой пехоты.
– попробовал оправдаться я.

– Это личная рота Громова. Сергей Юрьевич - бывший штурмовик. Поэтому свою роту одевает и экипирует, как штурмовой спецназ.

– Аааа...
– неопределенно протянул я.

– Итак, вернемся к тебе. Сразу скажу, что тебе одновременно и повезло, и ты капитально вляпался. Я хорошо знал твоего отца, поэтому спрошу еще раз - может тебя просто отчислить?

От удивления мои брови поползли вверх, с риском слиться с шевелюрой. Если он знает моего отца, то что, в его понимании, хуже отчисления. Меня же отец сгнобит.

– Василий Степанович, вы бы ему пояснили все, а потом уж переспрашивали.
– вмешался в наш диалог незнакомец в форме штурмовиков.

Генерал посмотрел на него с осуждением, но затем тяжело вздохнул и снова перевел взгляд на меня.

– Итак, слушай. Когда до меня дошли слухи о том, что некий еще даже не курсант по фамилии Старков явился зачинщиком драки, на которую глазел весь центр, я сразу подумал, что это отпрыск Жени Старкова.

– Это еще почему?
– я почувствовал, как мои уши алеют.

– Ну, твой ненаглядный папаша отличился точно так же. Правда, не на первый день. Устроил потасовку прямо перед строем с излишне крикливым сержантом. Не вылетел по счастливой случайности.