Если

– Мы прибыли, мы точны. Все расчеты верны. Вон оно, это место, под нами.

– Ты ничтожество, – сказала 17-я своей коллеге, отличавшейся от нее только номером. – Место действительно то. Но мы ошиблись на девять лет. Взгляни на приборы.

– Я ничтожество. Я могу освободить вас от тяжести своего бесполезного присутствия. – 35-я достала из ножен нож и попробовала лезвие, необычайно острое. Она приставила нож к белой полоске, опоясывающей ее шею, и приготовилась перерезать себе горло.

– Не сейчас, – прошипела 17-я. –

У нас и без того нехватка рабочих рук, а твой труп едва ли пригодится экспедиции. Немедленно переключи нас на нужное время. Ты что, забыла, что надо экономить энергию.

– Все будет, как вы прикажете, – сказала 35-я, соскользнув к пульту управления. 44-я не вмешивалась в разговор – она не спускала фасетчатых глаз с пульта, подкручивая своими плоскими пальцами различные ручки в ответ на показания многочисленных стрелок.

– Вот так, – произнесла 17-я, радостно потирая руки. – Точное время и точное место. Мы приземляемся и решаем нашу судьбу. Воздадим же хвалу всевышнему, который держит в руках все судьбы.

– Хвала всевышнему, – пробормотали ее коллеги, не спуская глаз с рычагов.

Прямо с голубого неба на землю спускалась сферическая ракета. Ракета, если не считать широкого прямоугольного люка, расположенного сейчас снизу, ничем не отличалась от шара и была выполнена из какого-то зеленого металла, возможно, анодированного алюминия, хотя и казалась тверже. Почему ракета движется и как тормозит, по ее внешнему виду было непонятно. Все медленнее и медленнее ракета опускалась ниже, пока не скрылась за холмами на северном берегу озера Джексона, над рощей корабельных сосен. Вокруг раскинулись поля, где паслись коровы, нимало не встревоженные ее появлением. Людей видно не было. Холмы прорезала заросшая лесная тропинка, которая тянулась от озера к роще и дальше до шоссе.

Иволга села на куст и ласково запела; маленький кролик прискакал с поля погрызть траву. Эту буколическую идиллию нарушили шаги, раздавшиеся на тропе, и резкий, необычайно монотонный свист. Птичка – беззвучный цветной комок – тотчас вспорхнула, а кролик исчез за оградой. От озера по склону холма шел мальчик. Одетый в обычную одежду, он держал в одной руке портфель, а в другой – самодельную проволочную клетку. В клетке сидела крошечная ящерица, которая прижалась к проволоке и вращала глазами, выискивая возможную опасность. Громко насвистывая, мальчик шагал по тропе, углубляясь в тень сосновой рощи.

– Мальчик, – услыхал он резкий дрожащий голос. – Ты слышишь меня, мальчик?

– Конечно, – ответил мальчик, останавливаясь и оглядываясь в поисках невидимого собеседника. – Где ты?

– Я возле тебя, но я невидима. Я фея из сказки...

Мальчик высунул язык, насмешливо свистнул.

– Я не верю в невидимок и сказочных фей. Кто бы вы ни были, выходите из леса.

– Все дети верят в сказочных фей, – обеспокоенно

и без прежней вкрадчивости сказал голос. – Я знаю все секреты. Я знаю, что тебя зовут Дон и...

– Все знают, что меня зовут Дон, и никто больше не верит в сказки. Теперь ребята верят в ракеты, подводные лодки и атомную энергию.

– А в космические полеты?

– Конечно.

Немного успокоенный голос зазвучал тверже и вкрадчивей:

– Я боялась испугать тебя, но на самом деле я прилетела с Марса и только что приземлилась...

Дон снова издал насмешливый звук.

– На Марсе нет атмосферы и никаких форм жизни. А теперь выходите, хватит играть со мной в прятки.

Немного помолчав, голос сказал:

– Но в путешествия во времени ты веришь?

– Верю. Вы хотите сказать, что пришли из будущего?

– Да, – ответил голос с облегчением.

– Тогда выходите, чтобы я мог вас увидеть.

– Существуют вещи, недоступные для человеческого глаза.

– Враки! Человек отлично видит все, что хочет. Или вы выходите, или я ухожу.

– Не уходи, – раздраженно сказал голос. – Я могу доказать, что свободно передвигаюсь во времени, ответив на твою завтрашнюю контрольную по математике. Правда, здорово? В первой задаче получается 1,76. Во второй...

– Я не люблю списывать, а даже если бы любил, с математикой такие штуки не пройдут. Либо ты ее знаешь, либо – нет. Я считаю до десяти, потом ухожу.

– Нет, ты не уйдешь! Ты должен помочь мне! Выпусти эту крошечную ящерицу из клетки, и я выполню три твоих желания – вернее, отвечу на три вопроса.

– Почему это я должен ее выпускать?

– Это твой первый вопрос?

– Нет. Но я люблю сначала понять, а потом делать. Это особая ящерица. Я никогда прежде не видел здесь такой.

– Правильно. Это акродонтная ящерица Старого Света из подотряда червеязычных, обычно называемая хамелеоном.

– Точно! – Дон действительно заинтересовался. Он сел на корточки, вынул из портфеля книгу в яркой обложке и положил ее на дорогу. Потом повернул клетку так, что ящерица оказалась на дне, и осторожно поставил клетку на книгу. – А что, ее цвет правда изменится?

– Ты это сам увидишь. Теперь, если ты отпустишь эту самку...

– Откуда вы знаете, что это самка? Опять фокусы со временем?

– Если хочешь знать – да. Эту ящерицу в паре с еще одной купил в зоомагазине некий Джим Бенан. Два дня назад Бенан, ополоумев от добровольного поглощения жидкости, содержащей этиловый спирт, сел на клетку, и обе ящерицы оказались свободны. Но одна из них погибла, а эта выжила. Отпусти...

– Хватит шутить шутки, я пошел домой. Или выходите наружу.

– Я предупреждаю тебя...

– Пока, – Дон подобрал клетку. – Смотри-ка, она стала красной, как кирпич!

– Не уходи. Я сейчас выйду.