Если покинешь меня...
Шрифт:
Сердце Стюарта упало. Всем было хорошо известно, что Шерман шпионов не жаловал, независимо от их пола и возраста. Поэтому Стюарт сомневался, что генералу Хайзену удастся найти убедительные доводы в пользу Клэр. Вряд ли он сможет спасти ее от виселицы. И Стюарт решил, что ему необходимо лично повидаться с Шерманом.
– Где сейчас генерал Шерман? – спросил он.
– На пути в Саванну, – улыбнулся Хайзен. – Он хочет подарить этот город президенту Линкольну на Рождество.
Было далеко за полночь, когда Стюарт пробрался наконец через узкую дыру
Капитан Уэлсли уже несколько раз задавался вопросом, почему он рискует своей карьерой ради женщины, которая ненавидит его. Он не сомневался, что, ухаживая за ним, беседуя, читая ему книги и предаваясь воспоминаниям об их семьях и жизни до войны, она думала только об одном – как расположить его к себе и усыпить его бдительность, чтобы выведать нужную информацию. Потеряв осмотрительность тогда, он должен быть твердым сейчас. Стюарт понимал, что он представлял для нее интерес лишь как источник информации, в остальном же Клэр было на него наплевать, но он почему-то стремился помочь ей в трудной ситуации. Сердце его учащенно билось при одной мысли о том, что она может погибнуть. Он все твердил и твердил себе, что она вполне заслужила наказание, которое ее ждет, что генерал Хайзен совершенно прав, считая ее шпионкой, но… осознавая все это, Стюарт ощущал в груди сосущую пустоту.
Он не мог смириться с создавшимся положением. Ведь, в конце концов, она лишь выполняла свой патриотический долг, точно так же, как он выполнял свой. И никто из них не был виноват в том, что они оказались по разные стороны баррикады. Разве за это наказывают? Нет, Клэр нельзя судить, тем более выносить ей смертный приговор! Кто-то же должен защищать ее, и это будет он, Стюарт Уэлсли! Он перед ней в неоплатном долгу. Несмотря ни на что, она спасла ему жизнь, и торговаться об оплате – неуместно. Он поможет ей, чего бы это ему ни стоило…
Но в глубине души Стюарт прекрасно понимал, что все эти рассуждения о долге, помощи и прочее – всего лишь жалкая попытка оправдаться в собственных глазах. На самом же деле его отношение к Клэр вышло далеко за рамки обычной благодарности. И хотя он гнал эти мысли прочь от себя, Стюарт твердо знал одно: он сделает все возможное и невозможное, чтобы спасти Клэр. До смешного просто оказалось отпереть дверь буквально под самым носом у оглушительно храпящего охранника. Он не шелохнулся и не перестал храпеть даже тогда, когда задвижка щелкнула и Стюарт быстро проскользнул внутрь комнатки.
– Клэр? – позвал он, тщетно пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в кромешной тьме. – Вы здесь?
Ответа не последовало.
– Клэр? – еще раз окликнул он девушку. – Это Стюарт Уэлсли. Пожалуйста, ответьте мне.
И опять – ни звука в ответ. Чертыхаясь, он достал из кармана огарок свечи
– Клэр, – позвал он, делая шаг к ней, – не бойтесь, это я.
– Чего вы хотите от меня? – испуганно спросила она.
– Я пришел посмотреть, все ли с вами в порядке, – пояснил он, опускаясь рядом с ней на матрас и задувая свечу.
– Вам не следовало приходить сюда, – прошептала она, – вам нужен покой, рана еще не зажила, вам нельзя много двигаться…
Стюарт закрыл глаза. Никогда в жизни ни за кого он так не переживал, как за эту женщину. Господи, она беспокоится о его здоровье, хотя сама сейчас находится в ужасном положении. Протянув в темноте руку, он нашел ее холодные безжизненные пальчики и накрыл их своей большой сильной ладонью.
– За мной ухаживала лучшая в мире сиделка, поэтому со мной все в порядке, – тихо произнес он.
Она всхлипнула, и Стюарт ободряюще сжал ей руку.
– Не плачьте, Клэр. Я вытащу вас отсюда, – уверенно сказал он.
Клэр помолчала, обдумывая его слова, а потом с сомнением прошептала:
– Разве это возможно?
– Я вытащу вас отсюда, – твердо повторил Стюарт.
– Но почему? Ведь я украла ваше сообщение… – еле слышно сказала она.
– Знаю. Вы собирались передать его майору Андерсону? – скорее уточнил, чем спросил Уэлсли.
Клэр не смогла солгать.
– Да… – кивнула она, хотя в темноте он не мог этого видеть.
Стюарт вздохнул, и этот вздох заставил сердце Клэр забиться быстрее.
– Я поддерживала конфедератов, капитан, – попыталась объяснить она, – а вы – офицер северян.
– Война почти закончена, Клэр. Мы что-нибудь придумаем, – успокоил он ее.
Она медленно высвободила свою руку, и Стюарт услышал, как она встала и отошла в дальний угол комнаты.
– Нет, капитан. У каждого из нас свой путь. Я выполнила свой долг, теперь ваша очередь выполнить свой, – тихо произнесла она. После короткой паузы она вдруг попросила: – Не приходите сюда больше, пожалуйста. Я правда не хочу видеть вас… – Она запнулась, но, обретя самообладание, добавила: – Не забывайте прикладывать к ране мазь, которую я вам приготовила, и через неделю-другую у вас все будет в порядке.
– Клэр, я не позволю убить вас! – неожиданно резко заявил Стюарт.
– Уходите, пожалуйста! Вам не следует находиться здесь, – сказала она. – Как вы будете оправдываться, если вас застанут в этой комнате?
– Да какая разница? – отмахнулся Стюарт, поднимаясь на ноги и направляясь к ней. Он протянул руку. Ощутив под пальцами ткань, плотно облегающую тонкую талию, он, повинуясь порыву, обнял Клэр и привлек ее к себе.
– С тобой ничего не произойдет, дорогая, – прошептал Стюарт, приблизив губы к ее уху, – уж я об этом позабочусь.