Если бы юность знала...
Шрифт:
– Может быть. – Зик неуверенно пожал плечами. – Случаются и более невероятные вещи…
К слову сказать, в данный момент он чувствовал себя подростком, охваченным пламенем первой любви. Многие годы он старался забыть об Ариэль, и казалось, ему это удалось. Но сейчас… лишь один взгляд, одно прикосновение, один сводящий с ума, иссушающий душу поцелуй – и он не находит себе места!
После репетиции свадебной церемонии все отправились в ресторан под названием «Хижина», где их ждал специально накрытый большой круглый стол. Ужин был
Зик чувствовал необходимость оказаться хоть на некоторое время с Ариэль наедине, чтобы обсудить кое-какие вопросы. Но как это сделать? Может, предложить отвезти ее домой? – размышлял он. Его задачу неожиданно упростила дочь.
– Не возражаешь, если домой тебя отвезет папа? – обратилась Кэмерон к матери, когда подали ее красный БМВ – подарок отца к окончанию колледжа. – Мы с Майклом и все остальные, – она указала на своих друзей и подруг, – собираемся посетить недавно открывшийся новый клуб. Гордон говорит, там классный джаз. А тебе… – она пожала плечами, как капризный ребенок, выпрашивающий конфетку у сговорчивых родителей, – тебе в противоположную сторону…
– Я с удовольствием это сделаю, – произнес Зик прежде, чем Ариэль успела что-либо сказать.
– Вот здорово! Спасибо, папа! – воскликнула Кэмерон с чуть большим энтузиазмом, чем требовала ситуация, приподнялась на цыпочки и поцеловала его в щеку. – Встретимся в понедельник у портнихи для последней примерки, сказала она матери, целуя на прощание и ее.
Ариэль постояла в оцепенении, наблюдая, как тает шлейф газа за машиной Кэмерон. Зик, засунув руки в карманы, молча ждал.
– Мне только так кажется, – обратилась к нему Ариэль, – или наша дочь на самом деле пытается свести нас?
– Да что ты, Кэмерон не столь хитра, – ответил Зик.
– Не знаю, не знаю, – покачала головой Ариэль. – Она немало потрудилась, убеждая, что мне не нужна машина для поездки в церковь, потому что они с Майклом заберут меня. И ни словом не обмолвилась, что собирается куда-то после ужина с друзьями…
– По-моему, это было решено в последнюю минуту, – произнес Зик и предложил Ариэль занять место в его «ягуаре».
– Возможно, – с сомнением произнесла она, садясь в машину.
Зик подождал, пока Ариэль устроится на сиденье, затем захлопнул дверцу и, обойдя машину, уселся за руль.
– Ты не находишь смешными фантазии Кэмерон по поводу того, что мы можем снова сойтись?
– Думаю, у Кэмерон лишь одна фантазия: что мы станем друзьями, – ответил Зик, выводя «ягуар» в поток машин.
– Друзьями?
– Ага. – Зик настороженно и немного грустно взглянул на Ариэль краем глаза. – Я тоже чертовски удивился, когда она мне об этом сказала.
– Сказала? Когда?
– В церкви. Думаю, заметив, что ты уже больше не смотришь как бы сквозь меня, девочка решила, что мы сможем зарыть топор войны. – Он с любопытством взглянул на Ариэль:
– Она не
Хочет ли она стать другом бывшему мужу? – подумала Ариэль. Между ними столько лет разлуки! И столько пережито всего!..
– Слишком много несчастий между нами, – сказала она наконец.
– Но много и счастья, – возразил он.
Ариэль вздохнула. Зик прав. Вопреки всему, что случилось позже, она по-прежнему вспоминала то короткое лето как самое счастливое время своей жизни. Так хорошо ей не было больше никогда!..
Даже когда появилась Кэмерон.
Разве мог ребенок восполнить его предательство?
– Ариэль? – проговорил Зик, когда молчание затянулось.
Она снова вздохнула.
– Мы оба знаем, что нам нужно прийти к какому-то взаимопониманию, как-то смириться с прошлым. Ради Кэмерон, если не ради нас самих. Я еще не знаю как.
– Мы можем заехать куда-нибудь и поговорить.
– Куда, например?
– Скажем, к «Джимми», – предложил он, назвав модное заведение неподалеку от ее особняка.
– Ради Бога, нет. Едва мы сядем там, завтра газеты сообщат о великом примирении и начнут предсказывать двойную свадьбу.
– Тогда, может, заедем в какой-нибудь тихий и малопосещаемый бар или ко мне?..
– К тебе? – Тревога схватила ее за горло. – Ты имеешь в виду дом в Малибу?
Зик покачал головой.
– Да нет, он еще ремонтируется. Сейчас я живу в Крепости холостяков. – В Крепости холостяков? – Ариэль почувствовала, как ее сердце подскочило вверх. – В той самой Крепости холостяков, где мы…
– Ага, даже в той же квартире. – Зик мельком взглянул на нее. – И представь себе, здание находится в лучшем состоянии, чем двадцать пять лет назад…
– Неужели? – ледяным тоном поинтересовалась она.
Зик вздохнул и провел рукой по волосам.
– Послушай, Ариэль, не хочешь заезжать ко мне, не надо. Но что за резон…
– Черт возьми, Зик, у тебя прежние дурацкие шутки! – взорвалась она, не в силах более сдерживать гнев. – Дурацкие шутки? – Он с удивлением посмотрел на нее.
– Не думаешь ли ты, что, если заманишь меня туда, я настолько предамся воспоминаниям, что позволю совратить меня снова? Ты этого хочешь?
– Совратить? Тебя? – (О Боже, откуда женщины все знают?!) – Ариэль, я…
– Нет, позволь уж мне сказать, Зик Блэкстоун! – Она решительно развернулась лицом к нему, так, что вырез ее шелкового жакета слегка приоткрылся. – У меня остались самые кошмарные воспоминания об этой третьесортной ночлежке… Воспоминания о муках, предательстве и головной боли. Не представляю, как ты мог, говоря о дружбе и взаимопонимании, тут же предложить поехать в это ужасное место!..
– Прости, не подумал, – дал задний ход Зик, старательно отводя глаза от выглянувшего края лифчика Аризль. Она по-прежнему носит белое кружевное белье! – Совершенно неразумно было предлагать это. Я просто подумал… Черт, даже и не знаю, что я подумал!