«Если», 2012 № 03
Шрифт:
«Что ж, это уже кое-что», — заметил Геннадий.
«Кое-что, но не слишком много», — ответил Хитченз с несчастным видом.
Геннадий все чаще и чаще задавал себе вопрос, не может ли оказаться так, что каким-то непонятным образом его нанял не столько Хитченз, сколько сам Фрагмент — и не его одного, но и все МАГАТЭ впридачу. Сказать об этом Хитчензу Геннадий не решался: мысль казалась слишком безумной.
Решительный прорыв, который обещала ему Миранда, не случился ни в первый, ни во второй день их совместной работы. Потребовалась почти неделя упорного труда, прежде чем они встретились за файфоклоком с Пуддльглумом
— Это сегодняшние координаты «Бастиона Грифа», — сказал он. — Кормят там отлично, к тому же встреча может оказаться для вас выгодной.
Когда Пуддльглум скрылся за углом, Миранда взмахнула запиской и испустила ликующий вопль. Геннадий удивленно наблюдал за ней.
— В чем дело? — полюбопытствовал он.
— Мы молодцы! — пояснила она. — Ребята Хитченза так и не сумели подобраться к этому месту, а мы это сделали.
— К какому месту? — Геннадий машинально подумал о подпольных заводах, где умельцы собирают из краденого плутония бомбу, или о секретных лабораториях по переработке наркотиков, но Миранда сказала:
— Это ресторан. Атлантский ресторан, — добавила она, увидев выражение его лица. — Продукты в него поступают из Атлантиса и там же готовятся. Едят их только жители города, так что с точки зрения социологии мы сделали огромный шаг вперед. В каждом человеческом сообществе, — разъяснила Миранда, — существуют своеобразные «членские взносы», которые, впрочем, выплачиваются не деньгами, а лояльностью. К примеру, чтобы подтвердить свою преданность той или иной религии, людям приходится проходить специальные обряды, отрекаясь от мирской собственности, оставлять семьи… В широком смысле человек как бы принимает на себя обязательство жить по определенным правилам, и чем строже эти правила, тем сплоченнее и стабильнее является данное сообщество.
— Что-то тут не вяжется, — заметил Геннадий. — По-твоему выходит, что чем меньшей свободой люди пользуются, тем они счастливее. Так, что ли?
Миранда пожала плечами.
— Происходит своего рода обмен… Как бы тебе объяснить? Ты отказываешься от каких-то незначительных вещей, которые тебе нравятся, в обмен на что-то большее, что способно принести тебе настоящее счастье. Для многих это не слишком большая жертва — уж ты мне поверь. Что касается игр типа Ривет Кутюр, то для них основным способом выразить лояльность является стремление подняться на самый высокий уровень. А мы только что поднялись на уровень, на котором нам открылся доступ в «Бастион Грифа».
Геннадий прищурился.
— И почему это так важно?
— Потому что «Бастион» — ворота в Оверсэтч. Так сказал мне Фрагмент.
Для визита в «Бастион» надо было принарядиться, поэтому им пришлось вернуться в отель. Геннадий впервые надел купленный Мирандой полный игровой костюм, разумеется, в стиле стимпанк. Состоял он из узких брюк и пиджака в тонкую светлую полоску, а также черного шелкового жилета с вышитым черными же нитками драконом. Кроме обычного ремня Геннадию пришлось надеть свисающий на бедра кожаный инструментальный пояс со множеством карманов, петель и карабинов. Дополняли картину белые туфли с черными лакированными мысами и черный котелок. Миранда посоветовала ему смазать волосы бриллиантином и гладко зачесать назад.
Чувствуя себя довольно неловко, Геннадий вышел из своей комнаты,
— Ты выглядишь, как настоящий русский мещанин конца девятнадцатого века, — сказала она.
— Украинский, — поправил Геннадий, и они отправились в «Бастион».
Очки Геннадия отсекали части спектра, свойственные электрическому освещению; миниатюрные наушники не пропускали звуков современного города, заменяя их атлантскими. Геннадий и Миранда не спеша пересекали преображенный Стокгольм, в котором не было ни суеты, ни шума, ни бесчисленных пешеходов — только янтарное мерцание газовых фонарей, далекое ржание запряженных в экипажи лошадей и песни цикад, звучавшие монотонно и умиротворяюще.
В очередной раз свернув за угол, они оказались напротив «Бастиона» — скорее кафе на открытом воздухе, чем ресторана, — занявшего весь тротуар. На мгновение приподняв очки, Геннадий удостоверился, что в нормальной реальности это был просто узкий и темный переулок между двумя гигантскими небоскребами из стали и стекла, но в Ривет Кутюр оба здания выглядели как темные кирпичные громады, украшенные химерами, горгульями и другими фантастическими чудовищами. Кроны виртуальных деревьев мешали рассмотреть небоскребы подробнее. В реальном Стокгольме кафе было отгорожено от проезжей части полотняными ширмами; теперь здесь высились увитые плющом каменные стены, а над входом красовался вырезанный из камня гриф с распростертыми крыльями.
Над столиками покачивались бумажные фонари. Щеголеватый официант с хитрым выражением лица провел Миранду и Геннадия к их местам. За столиком сидел Фрагмент, что, впрочем, неудивительно. Сираноид пил минеральную воду, раскручивая ее в низком широком бокале в подражание парочке за соседним столом.
— Добро пожаловать в Атлантис, — сказал Фрагмент, когда Геннадий расстелил на коленях крахмальную салфетку. В ответ Геннадий только кивнул. Ему казалось, что он и вправду перенесся в настоящий параллельный мир, а не оставался в Стокгольме, в одном из переулков близ городского центра.
Вернулся официант, перечислил специальные блюда вечера и вручил каждому меню. Цены были проставлены в местной, игровой валюте — атлантских дейнарах.
— Ривет Кутюр — бесплатная игра, — прошептал он, наклонившись к Миранде. — Кто же будет платить?
Он говорил совсем тихо, но Фрагмент услышал и издал короткий, лающий смешок.
— Я же сказал: добро пожаловать в Атлантис. У нас своя экономика. Совсем как в Швеции.
Геннадий покачал головой. Он знал, что атлантские дейнары нельзя обменять ни на какую реально существующую валюту.
— Я имел в виду: кто платит за мясо, овощи, вино на самом деле…
— Все продукты здесь собственного, атлантского производства, — снова усмехнулся Фрагмент. — Если хотите заработать реальный капитал, я могу свести вас с людьми, которые этим занимаются.
Миранда покачала головой.
— Нам нужно перейти на следующий уровень. В Оверсэтч, — сказала она. — И ты это знаешь. Почему ты не отправил нас прямо туда?
Фрагмент пожал плечами.
— С парнями Хитченза у меня ничего не вышло. Я пытался, но они так и не сумели туда попасть.