Чтение онлайн

Затем Эш оглохла. Звук, прокатившийся по стволу, был сильнее того, что человек (а равно и ихэн) может выдержать. Рассказывают, великие певцы на высоте голоса раскалывали звуком тонкие бокалы и заставляли дребезжать подвески люстр, — так вот, крик Далан был во много раз мощней. Эш показалось, что разом стартовали несколько кораблей.

Яйцо погасло и исчезло.

— Испугалось! — расслышал Форт довольный возглас штурмана.

— Ну и здорова ты орать, — трудно сказать, чего было больше в ответе капитана — раздражения или уважения. — Маяком-ревуном работать не пробовала? На море в туман тебе

цены не будет.

— Я певица, — Далан переполняла гордость. — Могу голосить.

— Эш, ты жива? Эш!!

Эш трясла головой, словно ей в уши налилась вода.

— Да. Я здесь. Все в порядке.

— Черта с два в порядке. Оба автомата гикнулись, а у нас и полствола не проверено. Минимум — надо их вытащить оттуда и починить.

Подумав, Форт добавил:

— Вот что мы сделаем — поставим здесь лебедку, — он ковырнул носком ботинка спрятанное в полу гнездо, — я пойду в ствол и закреплю на автоматах трос. Вы их подтянете к себе, а я с тестерами двинусь дальше, на корму, и поставлю присоски на оставшихся участках. Неизвестно, сколько времени понадобится, чтоб восстановить автоматы, а откладывать проверку нельзя.

— Довольно опасно, — мяукнула Далан. — А что, если мы вас утратим, капитан?

Эш не нашла сил дать тычка штурманихе, накликающей беду. А может, побоялась получить сдачи.

— Чепуха, — отмахнулся Форт с оптимизмом смертника. — Другого выхода все равно нет. В крайнем случае примешь командование. Челнок вы доведете и вдвоем. У тебя есть квалификация второго пилота? По нормативам штурман должен иметь навыки судовождения.

— Имею, — Далан надула щеки. Эш заподозрила, что у нее под кожей таятся резонаторы. Вероятно, они тоже участвуют в мимике безносого лица.

О чем только люди не думают в минуты крайней опасности! Лишь бы не застрять умом в тупике страха.

— Второй трос — вам к поясу! — бросила Далан свой вариант.

Форт мысленно вообразил себя, ползущего безвольной куклой и в процессе волочения сдирающего пластик с пола ранцем скафандра. Хотя — трос из мононитей должен выдержать такое натяжение.

— Идет. Эш! Ты видишь УФ — следи, если оно появится. А ты, Далан, тогда ори во всю глотку.

Двести восемьдесят метров. Тросы тянулись следом — двойной хвост из тонких, но очень прочных на разрыв шнуров. Нагруженный инструментами Форт шел уверенным шагом, фиксируя любые изменения вокруг. Наэлектризованный воздух то и дело пробивался трещинами молний, словно змеи, спрятавшиеся в стенах, выбрасывали огненные жала. Сканер вращался, давая круговой обзор, но зрение охватывало лишь переднюю полусферу.

Никого, ничего постороннего. Шаги отсчитывались в ритме секундомера. Тишина и спокойствие в стволе становились обманчивыми, шаг за шагом заставляя слушать и приглядываться все пристальней. Прожитые секунды уносило ветром, важным казалось лишь близкое будущее, измеримое в тех же секундах; минута — целая бездна времени, невообразимая величина. Мысли, переменчивый компас чувств — все застыло, подчинившись непрерывному ожиданию… чего? Что может случиться через мгновение?

Внешность врагов лукава. Самые худшие невидимы и неподвижны — вирусы, споры бактерий,

излучения. В конце концов, устав от напряжения, перестаешь доверять своему телу, своим ощущениям — каждый чих, любое мимолетное недомогание воспринимается как первый взмах маятника смерти. Тело перестает быть надежным оплотом и оболочкой разума — открытое, беззащитное перед неуловимым врагом, оно цепко держит в себе обезумевший рассудок, нашептывая: «Мы умрем вместе, ты от меня не уйдешь».

Откуда будет нанесен удар? Как это произойдет? Как приготовиться к защите? Ответов нет, и это страшнее всего. По-настоящему ужасна неопределенная, неизвестная опасность.

И ты отправился ей навстречу пешком! Храбрость — разновидность безумия. Герой — не великан и не силач, а тот, кто убил свои сомнения и колебания, отказался от подлых услуг рассудка и освободил сумасшедшую волю, ведущую вперед без оглядки.

Двести пять метров. Скользят за спиной тросы, разматываясь с бобин.

Яйцо не имеет массы; оно не тяжелей дыма. Возникнет за спиной — и не заметишь. Только бы Эш не подвела. Нет, это подружка надежная. Усталая, нервы натянуты до звона, однако работает как заводная. Крепкая порода. Далан — ту вообще не согнешь. Приятно, что они перестали скандалить.

Все ближе обездвиженные автоматы. Яйцо вывело их из строя. Как? Неважно, главное самому не скопытиться и довести дело до конца.

Осталось семьдесят три метра. Молнии стали возникать реже. Словно кто-то или что-то прислушивалось к его шагам, готовясь к броску. Шаги сами собой замедлились.

Уходя в ствол, он выложил экипажу все, что думал о яйце. Скорей всего, это АП, автономный плазмоид. АПы — родня шаровых молний, возникают от дисбаланса плазменных движков (вот и причина сыскалась — ведь до скачка разладилась центровка движка 3!..), а на судне их держит гравиполе и поля линейных стержней. АП живет от минуты до многих суток, смотря по режиму полета, сквозит из отсека в отсек по любым электропроводящим доступам, потом взрывается либо растекается по элементам корпуса.

Одно не совпадало — АП имеет форму правильного шара, цветом от красного до голубого.

Шестьдесят пять метров. Шансы разрядить АП на емкость или взорваться вместе с ним — пятьдесят на пятьдесят. Справочник советовал посылать к АП автомат с кабелем в зубах, а вот автоматов-то у Форта не было.

«У людей все как положено — АП круглый и белый, а у нас и корабль никудышный, и плазмоид дефективный, черный. Урод какой-то, недоносок без отца и матери. Порядочный АП как рванул бы — корабль пополам! А наш и не убьет, и жить не даст — шастает, гадит по мелочам, сети прерывает… Одно слово — ублюдок! Тухлое яйцо!» — Форт старался оскорбить плазмоид.

Двадцать четыре метра. Форт вошел в область аномальной электростатики, появились помехи связи. То-то сообщение с кормой оборвалось!

— Как слышимость? — голос Эш звучал с неестественным хладнокровием.

— Пока неплохо. Но здесь что-то не так…

«Удивительно похоже на последние слова тех, кто попадал в таинственные зоны, — подсказала память. — «Тут что-то происходит! Приборы взбесились, видимость Ноль!..» и тому подобные панические восклицания».