Чтение онлайн

Через минут сорок притихает и Марша, будто бы до неё только сейчас дошло, что на безобидную игру наше заточение в заброшенном спортивном зале не очень-то похоже.

Из каждого угла доносится ворчание и вымученные стоны: кто-то хочет пить, кто-то есть, кто-то смерть как домой хочет, а кто-то продолжает вести монолог с камерами на потолке и умоляет их выпустить нас наконец отсюда.

– Я в туалет хочу. О-о-очень! – Кайла прижимает ладони к животу и нарезает круги вокруг горы из матов. – Почему они не предусмотрели туалет, если собирались

держать нас здесь так долго?

– Я тоже хочу! – подаёт голос один из близнецов, для чего-то пытающийся вернуть футбольные ворота в правильное положение. – Но мои принципы сильнее моих потребностей, так-то! Однако… фу-ух, тяжёлые… если в ближайшее время что-то изменится, обещаю, что вы первыми узнаете об этом.

– Что там с кодом? – окликает Марша добровольца, что вызвался подбирать к замку код путём каждого приходящего на ум слова. И доброволец этот – Линк.

– Всё что можно уже перебрал, – вздыхает тот, будто бы с великим сожалением. – Чёрт его знает, какое тут слово. Тут миллион комбинаций.

– Больше десяти миллионов, – поправляю его автоматически и тут же жалею об этом.

– Ого! Эй, мисс солдат, – тут же цепляет Чед Маршу, – а ты тут у нас не самая мозговитая оказывается!

– Продолжай, – тяжёлые ботинки Марши оказываются рядом с моими, когда не только словами, но и взглядом девушка требует от меня пояснений.

– Что? – плечом дёргаю. – Если код подразумевает за собой не какое-либо существующее слово, а бессвязный набор букв, то комбинаций выйдет больше десяти миллионов. Если же это слово…

– Так, стоп! Какая разница к чёрту? – вставляет Чед. – Нам эти циферки как-то помогут, или что? Эй ты, головастик в шапке, продолжай, чего застыл? А я… а я пить хочу! Блин! Всё ты виновата, Кайла!

– Отвали от меня, Чед! У меня сейчас мочевой взорвётся!

– Я бы мог предложить вам одну альтернативку…

– Слышишь ты, копия вон того парня, ты тоже давай не беси меня! – рычит Кайла на одного из близнецов и возвращается к бестолковому нарезанию кругов.

– Предлагаю ещё раз хорошенько осмотреть помещение! – Марша всплескивает руками, с видом, будто ничего другого нам не остаётся и направляется к матам.

Низкий, почти беззвучный смешок раздаётся неподалёку, и моя голова рефлекторно поворачивается на звук.

«Ну, хоть кому-то здесь весело.»

Подсаживаюсь поближе к парню в белом капюшоне и несколько секунд сверлю его профиль взглядом, за реакцией наблюдаю. Делает вид, что не замечает меня.

– Ты знаешь, что происходит. И это не вопрос, – говорю тихо.

– Если бы это был не вопрос, стала бы ты ставить пустое место вроде меня в известность о том, в чём уверена? А если ты в этом уверена, разве не стоило бы начать с требования о том, например, чтобы я выложил всё, что знаю? Так что… это был вопрос. И знаешь, я даже отвечу тебе на него. Возможно, мой ответ удивит тебя и даже разочарует в какой-то степени, но, увы, я понятия не имею, что происходит. – Тяжёлый взгляд исподлобья

будто насквозь пронзает, приходится заставлять себя его выдержать.

– А если я всем расскажу о том, что видела в кафе? О том, как ты сбежал от копов. О том, как украл у той женщины её карту и подбросил мне? Спасибо, кстати, что подставил. А потом вдруг оказался с нами в одном автобусе. Это подозрительно. Даже слишком.

В лице не меняется, словно вообще непрошибаемый. Словно очень долго этому учился.

– Давай, – уголок губ приподнимается в заинтригованной ухмылке. – Двух с половиной часов ведь было недостаточно, правда?

Играет со мной?..

– Та девушка, – киваю в сторону брюнетки в жёлтом костюме, которая ведёт себя отстранённее всех и даже ни разу не заговорила ещё. – Она подтвердит мои слова, а учитывая то, что через пару часов, когда страх и паника станут лучшими друзьями большинства из здесь собравшихся, обществу очень даже не помешает кто-нибудь вроде тебя – козёл отпущения, грубо говоря. Механизм заработает сам, а ты будешь в наиболее невыгодном положении.

Уголок губ парня приподнимается выше, а в глазах вспыхивает лукавый блеск. Придвигается поближе, практически нос к носу, смотрит долго и пристально, будто в самую душу заглянуть пытается.

– Лотти, – вкрадчиво шепчет.

– Что?

– Ту девушку в жёлтом костюме зовут Лотти. И учитывая то, что ещё сегодня утром я понятия не имел, как её зовут, как думаешь, когда мы успели познакомиться?

Медленно отстраняется от меня, не разрывая контакт глазами, и больше я не вижу в них лукавого блеска. Презрение – вот что теперь полыхает в них зелёным пламенем.

– Рискни, – бросает, откидываясь затылком на стену, и прикрывает глаза, – и с вероятностью в восемьдесят процентов козлом отпущения станешь ты.

– Что если ты блефуешь?

Перекатывает голову набок:

– Я же сказал: рискни. Вот и проверишь. Двадцать процентов все твои.

Смотрю на Лотти, лицо которой отливает цветом васаби, и буквально спотыкаюсь о собственные умозаключения.

– Когда ты успел? – хмурюсь.

– Лотти очнулась второй, – раздаётся негромкий голос. – Сразу после меня.

По крайней мере, теперь я точно знаю, что сегодня утром в кафе этот парень мне не померещился.

Головой качаю, глядя в абсурдно умиротворённое лицо:

– Кто ты такой?

– А ты? – приоткрывает глаза.

– Ты… ты ведь не… Кто ты?

– Никто, – отвечает спустя паузу. – Для таких как ты… я – никто.

– Эй, голубки, о чём шепчемся? – встревает в наше подобие разговора Чед, – Нам рассказать не хотите?

Решаю проигнорировать и возвращаюсь на своё место у стены, пока Чед пытается доконать разговором парня, имени которого я так и не узнала.

– Застряли мы здесь походу, – на тяжёлом выдохе Линк опускается на пол рядом со мной, вытягивает ноги и смотрит так, будто мы с ним в парке развлечений оказались, а не чёрт пойми где.