Чтение онлайн

— Что-то заболтались мы, Мария Степановна. Пойду. Служба.

— Стой, Кондратьич! К Люське из шестой квартиры её хахаль-уголовник приходил. А у ней на руке часики вдруг объявились. Проверь, Кондратьич! Вдруг они краденные?!

Любой отец вздрогнет, когда его дочь зайдёт к нему и, как бы, между прочим, спросит невпопад:

— Пап, ты случайно не знаешь, у Серхио есть невеста? В смысле, он уже обручён? Что ты на меня так смотришь? Мне просто интересно, как в Советском

Союзе люди женятся… Для реферата о жизни в СССР!

Это он ещё не в курсе, что дочка, услышав про отсутствие невесты у парня, через некоторое время попыталась, тоже просто из интереса, узнать у взрослой девушки некоторые подробности этикета:

— Я хочу спросить, Паула… Вот если… Словом, на каком свидании порядочная девушка может разрешить себя поцеловать?

— Не раньше третьего.

— Так долго! — девочка огорчилась столь длительным сроком ожидания, но уточнила. — А что делать, если он начнёт целоваться без разрешения?

— Поругаться и, если парень нравится, простить.

Когда Серхио пришёл в квартиру с перевязанной белой шёлковой лентой, как положено дарить девушкам, шкатулкой, Бланка смущённо заявила, что без разрешения отца не сможет принять подарок. Юноша пошёл спросить разрешения, а дочка через пару минут на цыпочках подошла к двери. Да — знала, так поступать нехорошо. Но ей же нужно услышать, что они говорят про неё!

— …Дон Педро, я с большим уважением отношусь к вам и к вашей дочери. Поверьте, у меня даже в мыслях не могло зародиться желание оскорбить Бланку, тем более бросить тень на честь вашей семьи. Но, как взрослый мужчина, поймите и вы меня. Бланка молода и красива, и любому юноше захочется познакомиться с ней поближе. А в Гаване у меня свой дом, и ему непременно нужна хозяйка. Я просто обязан её найти…

— Серхио, я приму ваши заверения в честных намерениях и разрешу иногда видеться с моей дочерью. Думаю, вам излишне напоминать о правилах поведения при встречах с добропорядочной девушкой…

Сердечко Бланки билось часто-часто. Конечно, её одноклассница Агни уже тайком от родителей миловалась с мальчиком, причём негром. Это круто, и все подружки ей немного завидовали. Но рассказать им, что здоровенный русский парень, оказался таким старомодным, что попросил у отца официального разрешения встречаться, будет круче в сто раз… Нет! В тысячу! Оказывается, у него в Гаване есть свой дом, а дому нужна хозяйка… При этой мысли так сладко щемило в груди, что девушка даже почти пропустила дальнейший ход разговора. Она очнулась, только когда папа громко позвал её:

— Бланка! Ты скоро предложишь нам перекусить?! Мой мальчик, быть может аперитив?

Подаренный пистолет Бланка взяла с собой в постель и положила под подушку. Прямо в том хорошеньком кошелёчке, который нашёлся в шкатулке. Хотя патронов нет, ну и что, пусть лежит. Девушке было приятно, что её мальчик… Серхио же теперь точно её мальчик, правда?.. отдал ей вещь своей бабушки. Пистолет такой красивенький, весь золотой, с перламутровенькой рукояткой, которая так хорошо ложится в руку.

Папа сказал, что вещь коллекционная и дорогая.

А на следующий день, когда они гуляли в парке и катались на аттракционах, Бланка не могла решить — можно ли вчерашнюю встречу считать вторым свиданием? Поездка на корабле — первое. А вот сегодняшняя прогулка — третье свидание или второе? Только когда на колесе обозрения, в кабинке, на самой высокой точке Серхио начал её целовать, девушка поняла, что свидание точно третье.

— Объясни мне ещё раз. Кубинцы попросили приглядеть за парнем, в которого втюрилась родственница Фиделя, так?

— За обоими. Про парня они более-менее в курсе.

— С отцом его познакомила бывшая любовница, а тот попросил показать дочери Москву. Парень оказался массовиком, вот с таким затейником. Девчонка сразу втюрилась в экскурсовода. А наши люди зачем-то целый день таскались за ними.

— Вот! На снимке. Целуются. В кабинке колеса обозрения.

— И что?! Детский сад! Штаны на лямках! Целуются на колесе обозрения! У меня людей не хватает на серьёзные дела, а я вынужден их отвлекать на идиотские просьбы. Тут мне ещё приносят — "целуются"!

— Больше ничего пока не было.

— И не будет! Четверо сотрудников целый день бродят за парочкой молодых оболтусов, и, наконец, выясняют — "целуются"! В следующий раз, доложат, что Объект Два держался за сиську Объекта Один. Снимай людей. Пусть эти… хоть в постель ложатся, нам оно не интересно, у нас другие задачи.

— Что писать в рапорт?

— То и напиши — "целовались столько-то раз за такое-то время"! Вот смеху будет! Ещё нам всем пистон вставят… Позорище! Что можно написать? "На маршруте контактов не зафиксировано." И всё остальное, как положено.

— А МИДовцам? Которые от кубинцев…

— Им копию рапорта. А неофициально… Слышишь? Неофициально! Дай фотку. Вот именно эту, где они в кабинке обнимашки устроили. Пусть полюбуются на свою подопечную.

— Кубинцы, наверное, в курсе. От них за парочкой человек ходил. Не то телохранитель, не то присматривал, чтобы детишки не слишком уж увлекались. Наверняка, доложил.

— Дурдом на выезде! Чем только не приходится заниматься! А фотку всё-таки дай.

В пятницу приехал в Отдел Кадров, расписался в приказе, на всякий случай, получил справку о приёме на работу. Показали мне и пропуск, но пока на руки не выдали. Получу его утром в Бюро Пропусков, когда в первый день выйду на работу, раньше не положено.

Пользуясь тем, что не стали провожать, прогулялся по коридорам. В холле перед конференц-залом, висел плакат со знакомой фотографией в чёрной рамке. Офигеть! Этого человека я видел в мае, он был в компании, которая учила меня скалолазанию. Написано было обтекаемо "трагически погиб", но где, как и почему не сказано. Тут мне сзади кто-то положил руку на плечо.