Чтение онлайн

Оружие. Маузер со всеми причиндалами — без разговоров. Наган, пожалуй, тоже. Непонятно, что сейчас с патронами, а ещё за 25 лет они, скорее всего, совсем протухнут, но их хоть можно будет достать. А вот про патроны для маленького браунинга я даже не слышал. Было что-то про пистолет Коровина, но сильно задолго до войны. Так что браунинг оставлю себе, пока есть шанс, что патроны не окончательно сдохли. Что делать с ПМ? Это не дамский пистолетик, почти пугач. Это надёжный защитник. Есть патроны… Пожалуй, отдам будущему и его. Там нужнее.

Золото. Современное в шкатулке из чемодана с инструментами оставляю. Оно с пробой, вопросов меньше будет

и, в случае чего, оправдаться легче. Из саквояжа оставлю себе червонцы, на них никогда пробы не ищут. Отстёгнутую цепочку от подаренных часов занесу Льву Ароновичу, он статью "8-б" таки организовал. Ещё одни часы, тоже с цепочкой и клипсой, возьму себе, для представительства.

Выбрал нательный крест, понятно, с цепочкой. Я крещённый, хоть в церковь не хожу, так что пусть будет. Взял самый маленький портсигар под папиросы. Он не такой тяжёлый, как другие, что-то не хочется в кармане кирпич носить. Вмещает лишь дюжину папирос, но мне хватит. Ещё присвоил портсигар на две сигары, карманную гильотину с острым резаком и маленькую пепельницу-подставку. В одной коробке лежат, выдержаны в едином стиле. Представляю, как я сяду и закурю сигару. Да, я пижон, и дети мои будут пижонами. И что? Буду курить и понтоваться.

Одного набора мужских украшений хватит для выхода. Перстень, запонки, заколка для галстука. Ещё массивная цепь на шею с необычным плетением и такой же браслет. Был соблазн забрать кокаинницу, но отложил — она точно не нужна. Однако фляжку, грамм на сто пятьдесят, не устоял, присвоил. У неё навинчивающаяся крышечка в виде малюсенькой стопочки. Пробка под ней, правда, самая обычная, пробковая. Ею просто затыкается горлышко. Наверное, надо будет пробку заменить на новую, не рассохшуюся, от времени.

Остальное золото пойдёт в тайник. Украшения упакованы. Оружие в порядке, но под него тоже нужна жестяная коробка. Саквояж хорошо, но какой-нибудь ящик от прибора значительно лучше защитит вещи от влаги.

— Сруль Моисеевич Циммерман?

— Другого документа не нашли, а этот идеален, мандат подписан самим Урицким.

— Мы в Москве, а не в Петрограде…

— Вот и хорошо! Быстро проверить не смогут. Даже если начнут разбираться и телеграфируют в Петроградскую ЧК, пройдёт достаточно времени, чтобы успеть что-то сделать.

— Так что прикажете мне отращивать пейсы?

— Вольдемар! Что вы такое говорите?! Сами рассказывали, что играли в студенческих спектаклях. Отнеситесь к этому, как к роли в постановке…

— В кровавой оперетке! Ладно, перекрашу волосы, приклею бородку с усами и… пожалуй, нужно раздобыть пенсне с простыми стёклами. На такой… чёрной ленточке. Видел одного похожего иудея, когда мы стояли в Польше.

— Прекрасно! Я достал вам маленький браунинг… На всякий случай.

— Думаете, поможет?

— Нет. Если дойдёт дело до стрельбы, значит, уже ничего не поможет.

— Тогда даёте, чтобы я застрелился?

— Ну, право! Зачем же вы так?! В кобуре есть дополнительная обойма. Двенадцать выстрелов у вас будет. Калибр мелкий, однако лучше, чем ничего.

— А если на входе обыщут?

— И пусть! Пистолет дамский, почти игрушка. На что-то большее сделают стойку, а этот и не заметят. Даже заметят, не обратят внимания. Не надумывайте себе, Вольдемар. Я даю его вам только для успокоения нервов. Ваша задача другая.

— Да

понял я. И уже на всё готов. Бороду, краску и пенсне раздобудете? И костюм. Когда надо будет начинать?

— Реквизит принесут сегодня вечером. А вот когда будем начинать, не знаю, но в ближайшее время. Наш человек подаст сигнал. Он обещал предупредить за день. Вольдемар, вы пока припрячьте мандат с пистолетом. Объект ещё не приехал в город.

Много позже, работая таксистом в Париже, бывший прапорщик военного времени, бывший левый эсер, бывший участник белого движения и, как он часто про себя говорил, бывший человек, а ныне так… тень в дешёвом бистро… В общем, окончательно разочаровавшийся в жизни человек, часто вспоминал этот разговор и думал — как бы повернулись дела в России, если бы он не стал ждать, так и не полученного, сигнала, а взял бы тот игрушечный пистолетик, по мандату, подписанному красным палачом Урицким, прошёл бы в Кремль, да и разрядил бы пукалку в любого встреченного большевика повыше рангом. Хуже, чем сейчас, не стало бы. Можно было обойтись без второго магазина. Пять пуль в упор большевичку, а последнюю, шестую, себе в висок. На этой мысли он поглаживал рукоятку старенького, потёртого нагана, единственного верного друга.

Совещание в воскресенье для министерства нередкая практика, вечно случаются какие-то сбои, ЧП, нестыковки. Но сейчас среди узкого круга собравшихся царило особенное уныние.

— Я по своим каналам вызвал криминалистов, не официально, конечно. Их заключение однозначно — замок входной двери отмычками не вскрывался, сигнализация не отключалась. Есть, конечно, шанс, что кто-то спустился с крыши по верёвке и взял портфель, но тут слишком много допущений. Да, с чердачной двери исчез замок, но зачем он вору? Домушник открыл бы замок отмычкой и уж точно не стал бы забирать его с собой. Альпинист или просто ловкий человек мог спуститься по балконам к портфелю, но почему спустившегося никто не увидел с улицы? Специалисты-практики ставят свой табельный пистолет против пуговицы от ширинки, что уголовники здесь даже мимо не проходили.

— То есть ты считаешь, что кражи не было? Инсценировка?

— Да. И в пользу инсценировки есть один неопровержимый аргумент.

— Какой?

— Представьте себе вора. Он влез в квартиру, полную добра, но взял только один старый портфель и сразу ушёл. Почему?

— Там же лежали бешеные деньги!

— А откуда вор об этом знал?!

— Ну…

— Вот я, именно про то, и говорю! Вор мог зайти из квартиры, мог спуститься сверху, пусть даже смог запрыгнуть на седьмой этаж, но откуда он знал про портфель?!

— Согласен. Не важно, кто конкретно взял деньги, но организатор был из своих. Один из тех, кто представлял, где хранится касса.

— Или тот, кому разболтал Эрик. Надо проверить его южную родню, родню жены, любовниц и близких друзей.

— Не верю! Это мог быть только кто-нибудь из наших.

— А мы проверим всех. Кто из наших будет тратить большие деньги или менять четвертные на другие купюры. Альпиниста можно поискать, хотя он не более, чем простой исполнитель. Официальная рабочая версия следствия — у Эрика закружилась голова, и он выпал с балкона. Самой реальной считают — пока муж курил, жена пустила в квартиру двоих мужчин, они выкинули Эрика с балкона, забрали портфель и ушли вместе с женщиной. Самая дурная версия — кто-то забрался снаружи, схватил портфель и выкинул хозяина. Однако и это проверим.