Чтение онлайн

И тут – сквозь дрему – Сува почувствовал вдруг, что тряпки под ним начинают шевелиться. Это было уж слишком. Он подскочил как ужаленный, нашарил в кармане коробок, поспешно чиркнул, сломал головку спички, чертыхнулся, следующую сумел зажечь. Сплющенные его телом тряпки начали сами собой сминаться в комок, надуваться пузырем, и вот уже возникла острая крысиная мордочка, повела носом туда-сюда, обнюхивая воздух, блеснули маленькие глазки…

– Не-е-ет!!! – завопил Сува, буквально заставив себя разродиться этим идиотским криком, подсознательно понимая, что иначе просто “съедет с катушек”. И, расшвыряв

ногой ненавистные тряпки, бросился наутек.

На улице Сува довольно быстро пришел в себя: холод – лучшее лекарство. И мысли его снова приняли верное направление – сосредоточились на поисках ночлега. Обдумывать увиденное Сува не пытался – хотя бы из инстинкта самосохранения. Впрочем, одна многое объясняющая мысль все же искрой проскочила в его голове: наверняка в горящее масло был подмешан какой-нибудь галлюциноген – иначе зачем вообще огород городить?..

Пустырь на проспекте Ростроповича (тот, что неподалеку от кинотеатра “Красное колесо”) уже пару лет как облюбовали “колуны” – наркоманы последней стадии. А ведь до погрома здесь обитал самый настоящий цыганский табор.

Не слишком-то уютно оказаться в подобной компании, впрочем, Суву здесь знали и ничего страшного ему, в сущности, не угрожало. Большинство старожилов к этому часу уже пребывали в полном отрубе.

Остовы сожженных цыганских автомобилей служили прекрасными отдельными “номерами” для московской и пришлой шантрапы. Конечно, все лучшие места были заняты еще с вечера, но Суве все же удалось найти совершенно раздолбанный и вылущенный пикапчик. На полу салона лежала груда сгнивших подушек. Сидениями там, понятное дело, давно уже не пахло.

Сува только-только угнездился в этом продуваемом всеми ветрами жилище, как его выбил из дремы какой-то подозрительный звук. Вторично клошар, быть может, и не подумал бы вставать – пусть их… Но в эту ночь нервы Сувы были на взводе, и он высунул голову в лишенное стекла окошко.

Соседняя машина при первоначальном осмотре показалась ему совершеннейшим гробом, вросла в землю – даже колес не видно. Багажник украшала уродливая дыра, такая же была и на месте капота. Заглянув внутрь, Сува обнаружил полный голяк, если не считать сапога без подошвы, надетого на обломок руля.

И вот теперь эта развалина делала вид, что собирается в отлучку: кто-то поворачивал ключ зажигания, выжимал сцепление… Приглядевшись, Сува вздрогнул: ближний костерок высветил уродливый силуэт, нависший над несуществующей панелью управления. Вдруг машина, непонятным образом оторвавшись от земли (беззвучно вышла из нее, словно вознесясь) и не касаясь поверхности, устремилась вперед – прямо на проспект. Путь, по счастью, был свободен. Потом клошар потерял этот драндулет из виду – загородили остовы других машин. А через полминуты с проспекта донесся визг тормозов и оглушительный грохот. Вылезать на холод не хотелось, да и где гарантия, что твое лежбище тут же не будет занято? Но потом Сува увидел: к месту аварии бежит все больше народу, и любопытство взяло верх.

На проспекте Ростроповича горел большой костер. Автомобильный труп на полном ходу выехал на проезжую часть и впилился в борт экскурсионного автобуса. Выла сирена “скорой помощи”, и полиция, очевидно, тоже была на подходе. На всякий случай пустырные ребятки

начали отваливать – вдруг власти учинят облаву, решив, что в аварии виноваты здешние аборигены. Всякое бывает.

Сува же, вдоволь насмотревшись на огонь (ему хватило на это пары минут), отправился спать: если такое дело нельзя запить, так хотя бы как следует “загрузиться” сонным порошком, чтоб хватило минуток на пятьсот.

5

По сведениям пресс-центра МВД, в первой половине сентября количество дорожно-транспортных происшествий в России выросло по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на шесть процентов. Каких-либо объяснений возникновения этой тревожной тенденции приведено не было. Особенно сильный рост (более чем в полтора раза) отмечен у ДТП, произошедших по вине водителей незарегистрированных в органах ГАИ транспортных средств.

6

АНДЖЕЙ (2)

Жена встретила его на пороге. В глазах Джилл горел бесовский огонек. “Что же пришло ей в голову на сей раз?” – подумал Анджей с содроганием.

– Нам нужен электронный кухонный комбайн с ультразвуковой печью, тостером, миксером, мясорубкой, посудомойкой, сушилкой, телевизором и музыкальной приставкой, чтоб не скучно ждать, пока все будет готово.

– Такая штуковина наверняка стоит не меньше двух кусков. И где же я их тебе возьму?.. – с упавшим сердцем вяло сопротивлялся Краковяк. Он понимал, что проиграл еще до начала боя.

– Совсем недорого, милый: всего восемнадцать с половиной сотен…– У Джилл сейчас был взгляд невинного младенца, которого заподозрили в зверском убийстве со взломом.

– Это нереально. По крайней мере, пока, – пробубнил он, мучительно размышляя, у кого бы занять недостающие сотни.

– Ну, тогда пошли ужинать, – неожиданно легко смирилась она с временным поражением.

Анджей переоделся, вымыл руки и пришел на кухню. Хоть он и спешил поскорее разобраться с захваченными трофеями, но все же ужин – дело святое. И какая работа на голодный желудок? Ведь с самого утра маковой росинки во рту не было.

Но… на ужин ему достался только привет от Матки Боски. В духовке при невыясненных обстоятельствах сгорел и яблочный пирог, и тушеное мясо с овощным рагу. Такое “чудо” можно сотворить лишь будучи большим специалистом по диверсионным действиям. Впрочем, Джилл никогда нельзя было обвинить в отсутствии талантов…

– Теперь ты понимаешь, что я права? – торжествующе, почти с гордостью за содеянное, заявила жена, уперев руки в боки.

Пришлось довольствоваться кофе и банальными бутербродами – стоило ли жениться ради такой “роскоши”?..

– Я поработаю часок. – Анджей чмокнул ее в холодную щеку, и ему вдруг показалось, что он целует рыбу.

– Знаю я, какой это часок…– ехидным голосом ответствовала Джилл. – Если не засну к тому времени, приходи порезвиться.

Краковяк уединился в своем закутке, заменявшем ему разом и рабочий кабинет, и фотолабораторию. Документ, взятый у мертвого убийцы, оказался заграничным паспортом, выписанным на имя гражданина не существующего ныне государства Бардуслей. Однако сей географический труп по-прежнему признает ООН, и в Лондоне, кажется, все еще существует его правительство в изгнании.