Чтение онлайн

Я иду под светом фонарей и все еще дрожу. Сколько бы не думал и не искал слова, мне не удается достаточно описать это чувство. Кажется, я совсем не смогу рассказать Артуру весь этот вечер в увиденных мною красках, а значит лучше смолчать. Молчание – самая сильная речь, для самых сильных, глубоких чувств. Именно поэтому везде принята минута молчания в честь самых великих подвигов, самых больших жертв, ведь слова в описании такого бессильны. О невероятном молчат, промолчу и я.

Даже дома я не могу есть, неужели все это и есть та самая любовь?

Пытаюсь понять. А что ы я почувствовал будь на её месте другая девушка, в том же месте, в том же свете и при том же мне? Каковы шансы, что я бы чувствовал к ней, этой другой, тоже самое?.. Но была Елена и я именно ей я покорен, в самый неожиданный момент. Так даже лучше, во мне родилось что-то новое, заставляющее меня улыбаться без причин, счастье?

Со всех сторон раздался звонкий хлопок, не от мира сего. Мир начал рассыпаться, стягиваться в темное ничто. Я вспомнил.

Всё мгновенно растворилось и обратилось в великое ничто. Смерть все это время ждала меня, а теперь встречает приветливой улыбкой, так напоминающей материнскую. Великий голос, голос ангела.

– Ты вернулась. Ну как тебе, душа, твое первое воспоминание?

Так приветливо и нежно, что я даже не стал обдумывать, принялся на ходу описывать все, что во мне образовалось.

– Просто невероятно! Меня погрузило в поток мыслей того времени и омывало волнами тех самых чувств, что я испытывал! И такая глубина этих чувств, такая сила… Одно мне кажется странным, кроме мыслей и чувств, такую малость мне удалось выловить. Да, я понимал смысл того, что она говорила, как внутренний пересказ, ловил восторг красоты дня, но почти не видел его. Все это так похоже на личный дневник…

– Так вы, люди, и запоминаете жизнь. Даже самые дорогие часы вам не записать, как на пленку для постоянной прокрутки в своем воображении, только беглый пересказ. И этот пересказ всегда динамичный – либо обрастает бородой, либо вянет, как без воды цветок. А сколько всего и вовсе уходит мимо взора и ушей, исчезая бесследно! В постоянно погоне за будущим, вы упускаете не один закат – всю жизнь, ведь будущее – есть только смерть. Я постараюсь напоминать тебе об этой зыбкости человеческой памяти. Ибо это только погоня за солнечным зайчиком.

Я хотел было воскликнуть, но не смог. Либо слишком мало я знаю, для спора со Смертью, либо она просто права. Кое-что меня успокаивало и умиротворяло – кажется из воспоминания, я вытащил то самое чувство – любовь.

Всматриваясь в мои чувства, Ангел улыбнулся ещё шире, совсем без строгости и величия заговорил.

– Душа! Я хочу, чтобы ты послушала, в каком месте твое тело сделало последний вдох.

Мой маленький дом – ничто, дико задрожал, ставь еще светлее. Так полегчало, точно с груди враг убрал ногу… До меня доносятся смешанные звуки, самые настоящие! За секунду они собираются в цельное полотно, поражая воображение своим существованием. Ближе всего ко мне дикий ветер, он тихо посвистывает сверху. Дальше всех – смазанные сигнализации автомобилей, долетающие отовсюду эхом. Посередине устроилась громкая музыка, из трех или четырех

источников, сливающаяся в цельную какафонию… Не слишком думая, я обратился к Смерти, с глупым восклицанием, перед великим существом. Видимо моя глупость безгранична…

– Не люблю такую музыку, много слов и так мало смысла. А ещё эти деньги, тачки, брэнды… Из всех четырех треков эти три слова, возвышаются идолом, точно они и есть высшая ценность жизни исполнителя, нет, человечества! Разве можно назвать хоть сколько-то важным то, чему совсем не завидует мёртвый?

Она снова кокетливо улыбнулась, согнав с меня страх и стыдливость. Стало ясно – мы настоящие друзья. Мое “Я” окрепло. Музыка сменилась на другую, точно такую-же, с теми же идолами. Где-то в дали, около сигнализаций, заорали сирены полиции.

– Тебе хочется верить, что искусство это исключительно нечто великое, понимаю.

– Да! Для меня искусство, это фантазия, идея, мысль! И только искренность может родить высокое искусство, корысть в свою очередь его обесценивает.

– Тогда я надеюсь, что ты возгордишься кем была при жизни и что успела сделать. Но всему свое время.

Я, загорелось. Мне хотелось задать вопрос, но все и так ясно! Пламя моей любви перешло и на Смерть, даже возникло человеческое желание обнять мою странную подругу. Кажется, она почувствовала этот жар.

– У тебя мало времени, идёт уже второй день. Хорошо бы успеть расплести клубок.

И снова кромешная тьма, звуки погасли, уединение. Все это время я держался за нить и теперь пора её дернуть. Клубок покатился, обрисовывая дни прошлого.

Какая же странная штука, эта жизнь, всего одна встреча сумела перевернуть её с ног на голову. С того вечера во мне постоянно зияет Елена, её голос, руки, глаза, рождая невероятной силы чувства.

Артуру я ничего не сумел рассказать при встрече, слишком неподъемной оказалась эта задача. Всё чем мы с ним занялись, так это подсчитали будущее, как самый обычный пример. Это надо было видеть – огромный бугай с грубым лицом и гигантскими мышцами рассчитывает тысячи переменных, с миллионами формул, перелистывая страницу за страницей. А главное, как ловко и точно!

– Ну вот и все, через 8 лет и 2 месяца отчалим. Диплом уже будет в кармане, денег отложим достаточно, устроиться успеем, да и улетаем зимой, чтобы сэкономить. Начнётся наша жизнь! – Закончив все выводом, его лицо наконец растворилось в улыбке, спала напряженность и угрожающая сила.

А я уже зажил, с того самого дня, после объятия во мне началась жизнь. Следующий день я тоже провел с Еленой, водил её по моим любимым улицам города, рассказывая, чем ампир отличается от классицизма и почему так много стран отказалось строить многоэтажные муравейники.

– А мне нравятся эти тесные квартирки и убогие подъезды их соединяющие. Разрисованные лифты и каменные дворы наполнены своим шармом. Одно мне не нравится, люди. – Её брови немного нахмурились, но даже это изменение в ней, очаровало меня. – Предупреждаю, у меня много странностей.