Эпилятор
Шрифт:
Работал, как я проклятый, без перерыва и после одиннадцатого часа манипуляций руками, стало совсем не в терпеж… и по маленькому, и по большому. Решив, что двум смертям не бывать, а одной не миновать, заглянул в шикарную пустую квартиру одного отморозка. Организовал Ворота в туалетной комнате и с большим наслаждением исполнил естественные физиологические потребности. После этого зашел на кухню и в холодильнике обнаружил несколько бутылок кваса. Присел за стол и, попивая сладенькую водичку, дал себе слово, как можно скорее организовать свою 'малину' со всем необходимым запасом продуктов. И лучше не одну.
Отдохнув
Не удержался и особо полюбовался на специальную латную перчатку на левую руку с кольчужной крагой до сгиба локтя, которая с успехом заменяла мне щит. Плод бессонных ночей и творческого вдохновения. Ее я дорабатывал последние пять лет с учетом лучших исторических примеров и личного опыта. У перчатки имелось много секретов. Она сама по себе являлась произведением искусства и очень опасным оружием. Например, с внешней стороны руки, выше запястья, крага была оборудована специальной металлической вставкой с вырезом. Им можно защемить меч или нож. После чего легким поворотом кисти клинок изымался у противника из руки. Дешево и сердито… Или, к примеру - ударом бронированного кулака я легко пробивал стену в два кирпича, не поцарапав костяшки пальцев. А при желании, мог пробить и четыре…
Выгрузив старый доспех в прихожей, вернулся на рабочее место и продолжил восстановление справедливости… А после пятнадцатого часа у меня открылось второе дыхание и я, сцепив зубы, воевал до победного конца.
В редких случаях оставлял инвалидов-недобитков. То, что некоторые нелюди оказались лишь искалечены, отнюдь не являлось актом милосердия. К недобиткам я еще вернусь и, если потребуется, доведу дело до летального конца, но я рассчитывал с их помощью выявить, так сказать, 'сочувствующих движению', которые тоже понесут заслуженное наказание.
На финише у меня слипались глаза от усталости и ныли мышцы рук. В целом, это можно охарактеризовать, как работа на износ. Очень хотелось есть, но усталость навалилась и затмила все. В конце двадцать восьмого часа голова звенела, как медный котелок, появилась нестерпимая резь в глазах и я просто мечтал о том, чтобы уронить медную посудину, хранящую серое вещество, на подушку.
Поставив последнюю точку на этой странице летописи событий и выйдя из Системы, подхватил в прихожей мешок со своим старым доспехом. Отдуваясь, на нетвердых ногах вскарабкался по лестнице и вывалился в общую залу. В углу на скамеечке встрепенулся, дремлющий Каро.
Уронив железо на пол и морщась от головной боли, спросил.
– Какое сейчас время суток, брат.
– Полночь, Панкрат, - ответил мой младшенький.
– Буду спать до полудня. Проснусь очень голодный. Пока не проснусь, не беспокоить.
Заглянув по дороге в туалет, заполз к себе в комнату, медленно разделся, упал в постель и, еще не коснувшись простыней, провалился в глубокий сон.
Сон был без сновидений. Проснулся голодным, бодрым, немножечко злым и отменно готовым к труду на благо
Я подтянул живот, нахмурился и сурово оглядел строй. Все выглядели браво и, как всегда, слово за всех сказал главный.
– Здравствуй Панкрат.
– Я кивнул и приказал.
– Завтрак и информация.
После этого ценного указания с независимым видом направился в туалет.
Через короткое время, открыв дверь столовой, сглотнул слюну. В воздухе висел аромат жареного мяса и пряностей. Уселся на свой стул за пустой стол и значительно посмотрел на дверь кухни. Как по волшебству, дверь распахнулась и оттуда выплыл, балансируя подносом, Каро. На подносе радовала глаз гора мяса. Хорошо прожаренного и истекающего соком. Кажется, это была молодая оленина.
Я глубоко вздохнул, как перед прыжком в воду, взял в одну руку двузубый прибор, в другую нож, отрезал от шмата мяса первый кус, насадил на вилку, оглядел кусок с двух сторон, запихнул в рот и… кивнул Дервуду, чтобы начинал. Тот оказался краток до такой степени, что я забыл проглотить.
– За прошедшие два дня никаких новых событий не произошло.
Я через нос глубоко вздохнул, подумав про себя, что 'счастлив тот мир, где за два дня нет никаких новостей' и направил первый прожеванный кусок по назначению.
Процесс насыщения продолжался около получаса. Я вдумчиво жевал, глотал мясо и овощи. В промежутках запивал холодной и удивительно вкусной ключевой водой. В конце опростал в себя кувшинчик подслащенного фруктовым сахаром грушевого сока и остался доволен.
Отвалившись от стола, посмотрел на Дервуда и сообщил.
– Сейчас отлучусь. Ненадолго. Затем вернусь, и мне потребуется пообщаться с подсылами из Клана. Я надеюсь, тех, что поймали в подземном храме Богов Света и Тьмы, еще не убили.
– Они живы, Старший брат.
– Хорошо, - поднялся из-за стола и направился в свой Храм.
Спустившись вниз, вошел в Систему, поднялся вверх на несколько километров и стал осматривать окрестности, двигаясь от центра города по спирали. Внизу проплывал могучий лесной массив, отдельные пятна полей рядом с хуторами, реки и озера. Одно такое лесное озеро километрах в двадцати от города с широкой песчаной косой и пляжем приглянулось. Я спланировал к земле. Выбрал у кромки леса в кустах столетнюю сосну, привязал к ней Ворота, открыл портал и шагнул на берег.
Скинул одежду, пробежал десяток метров по прогретому солнцем песку и с разгону ввинтился в воду. Быстро проплыл мелководье и на глубине, с полной отдачей, начал наворачивать круги - попеременно кролем и брасом. Минут через пятнадцать, почувствовав легкую усталость, перевернулся на спину и расслабился, глядя в неестественно голубое небо. Лепота.
Сделав короткий вдох, нырнул на глубину и поплыл к берегу под водой. Метров через сто вынырнул у берега, пробежал, разбрызгивая воду, мелкий участок, выскочил из воды. Сделав несколько шагов, упал на горячий песок, перевернулся на спину и раскинул руки. Полной грудью вдохнул густой аромат сосновой хвои, замешанный на сладковатом запахе липового цвета, и расслабился, наслаждаясь теплым и ласковым солнцем.