Чтение онлайн

— Это плохо. Дух Магды пытались призвать? Ее сёстры из Ордена "Аугсбурге хексн" сильны в призыве духов.

— Пытались, даже собрали малый ковен. Её духа нет за изнанкой. Или поглощён, или заточён.

— Нам жизненно важно узнать, как она погибла. Направьте в Петербург сестёр Ордена. Мы должны отомстить за её смерть и закончить начатое дело.

— Хорошо, госпожа Кардинал, будет исполнено. Нужны будут деньги.

— Возьмите фальшивых рублей сколько надобно. Все равно это просто бумага. Скоро она уже будет не нужна.

— Слушаюсь, госпожа.

Перед

всесильным Канцлером, сидящим за своим рабочим столом, навытяжку стояла молодая красивая брюнетка. Она уже стояла так пять минут, но, казалось, Канцлеру до этого нет никакого дела. Наконец, Елизавета закончила писать и отложила документ в сторону.

— Скажите, Маргарита Сергеевна, вам понравился Бал?

— Да, Ваше Высочество, очень понравился. Я впервые была на подобном мероприятии.

— Да? А мне показалось, что вы все время провели у фуршетных столов.

— Мне было неловко, я не хотела отвлекать молодежь своим появлением в танцевальном зале. К тому же, мне была поставлена задача посмотреть на присутствующих. Я рассудила, что мимо столов с едой никто не пройдет. Хоть раз, но все подойдут что-нибудь перекусить или выпить.

— Интересная мысль. И как, увидели кого-то знакомого?

— Да, Ваше Высочество, я увидела бывшего воспитанника детского дома Яромира Бретельского. Он сильно изменился с нашей последней встречи.

— Вы уверены, что это именно он?

— Абсолютно.

— А что это за история была с нападением на него одаренного? — у младшей Романовой глаза начали светиться оранжевым цветом. И Маргарита против своей воли рассказала всю историю с нападением на Яромира и его последующим лечением, а также обещании новоиспеченного дворянина молчать в обмен на ее услугу.

— Все с тобой ясно, тварь. Пользовалась своим служебным положением и беспомощностью детей, — сделала вывод Канцлер из истории чиновницы.

Маргарита рухнула на колени и в отчаянии стала заламывать руки, из ее глаз хлынули слезы: — Это было только с Яромиром! Бес попутал, понравился он мне сильно! Не губите, Ваше Высочество, что хотите, все сделаю!

— Конечно сделаешь, иначе попадешь на каторгу к голодным до женского тела ЗэКа… Значит так, Маргарита Сергеевна, тебе объявляется служебное несоответствие и злоупотребление своими полномочиями с последующим увольнением из Фонда. Выслуга лет отменяется. Чтобы остаться на свободе, ты должна быть рядом с Ярославом Шонуровым и докладывать о его действиях, контактах, привычках и интимных связях. Мне без разницы, как ты это сделаешь, но, когда он к тебе обратится за просьбой, ты должна остаться рядом с ним. Год твоей службы и регулярных отчетов передо мной, и ты будешь чиста перед законом. Первый отчет должен быть самое позднее через месяц. Все ясно? — Княгиня дождалась утвердительного кивка от стоящей на коленях женщины. — Встань! Об этом разговоре никому ни слова, теперь ты работаешь на меня и действуешь сама по себе. Всё, время пошло. Свои контакты оставь у моего секретаря. И не дай бог тебе потеряться! Свободна!

Сегодня будем заниматься сексом по-пчелиному.

—

Это как? Наверное, ты намажешь меня медом и будешь всю облизывать?

— Нет. Ты подлетишь, пососешь — и улетишь.

В понедельник утром мы с Кристиной на арендованном в очередной раз Руссо-Балте поехали на мануфактуру. Да, надо что-то делать с колесами — на арендованной машине кататься не айс. У всех приличных дворян свои машины. Хотя, я дворянин не совсем приличный, а местами и совсем неприличный, но другим-то об этом знать необязательно!

Сегодня я уже рулил сам, чертыхаясь на механику — последний раз ездил на механике за рулем лет тридцать назад. Кристина даже предложила поменяться местами, списывая мои перегазовки на отсутствие опыта. Тем не менее, мы доехали без проблем. Крис сразу пошла в лабораторию, а я заглянул в кабинет управляющего, где и нашел бодрого Шонурова-старшего.

Ну-с, как жизнь молодая? Да все путем, батя, а что? Ты что, газет не читаешь? А что, там стали писать что-то полезное? Тьфу на тебя, даже не интересно с общаться с таким темным человеком! Лексеич, вообще-то говорят, что газеты вредно читать для пищеварения… Ты мое пищеварение не трогай! На, вон, посмотри, что о тебе пишут: бают, что ты заморский прынц! Лексеич, это еще что! Ты подожди, скоро еще про тебя скажут, что Шонуров-старший лет двадцать назад крутил роман с испанской королевой, а я — бастард, вернувшийся к своему отцу!

Я взял газеты и пробежал глазами по статьям. Ну да, забавно мысль у писак работает. Так сразу и не скажешь, где заканчивается госзаказ и начинается полет фантазии журналистов. Вижу одно — Канцлер явно приложила к этому руку. Видимо хочет прояснить мою жизнь с помощью акул пера. Они иной раз такое раскопают, что потом заколебешься этих журналюг закапывать. С другой стороны, славы мало не бывает. Даже негативные статьи можно использовать для рекламы и пиара. Вот мы и воспользуемся журналистами для продвижения своего нового товара, надо только добиться объемов, чтобы было что рекламировать и продавать.

— Ага, вижу проняло, вон как задумался!

— Да ладно тебе, батя, это еще цветочки. Скоро ягодками закидают.

— Ну да, ну да, ягодки тоже уже здесь: вот, смотри сколько приглашений передали за вчерашний день! Представляешь, даже не поленились ко мне в деревню приехать! Багратионы, Хованские, Трубецкие, Голицыны, Оболенские, Гончаровы! И, как вишенка на торте — Лопухины!

— И куда это они тебя приглашают? Надеюсь, в цирк?

— Во-первых, не меня, а нас, во-вторых, не в цирк, а в гости к себе домой!

— Ну, знаешь, иной раз такой цирк в гостях бывает!

— Все остришь? Сейчас вот подтвержу всем, и посмотрю, как в гостях у княгинь шутить будешь!

— Ну, вот тогда и поедешь один объяснять, что цирк уехал, а один клоун остался. Что я, больной — на смотрины ездить? Пока сами князьями не станем, в княжеские дома не поедем! А то будем, как бедные родственники, шутки про «Невскую косметику» слушать, обтекать и вежливо улыбаться!

— Правильно, сынку! Не поедем! Так их! Они еще все заговорят про Шонуровых!