Ёлки-палки

Валерий КВИЛОРИЯ – лауреат литературного конкурса «Русская премия» 2006 года (Москва), лауреат Международного конкурса детской и юношеской литературы им. А. Н. Толстого 2006 года (Москва), дипломант Второго Международного конкурса детской и юношеской художественной и научно-популярной литературы

им. А. Н. Толстого 2007 года (Москва)

Перед Новым годом в школе объявили конкурс карнавальных костюмов.

– А давай маску сделаем, – предложил Лера.

– Какую маску? – не понял Шурка.

– Индейскую, с разноцветными перьями! – растопырил пальцы Стопочкин. – Вылепим из пластилина, обклеим бумагой, раскрасим…

Захарьеву идея понравилась.

– Класс! – подскочил он. – Под маску можно мамин леопардовый халат надеть и сандалии на пробковой платформе!

– А сандалии зачем? – удивился Лера.

– Да ты что, они стучат, как боевые барабаны.

На маску друзья израсходовали без малого три пачки пластилина. Маска получилась большой и ничуть не похожей на индейскую.

– Нос у индейца не такой, – высказал сомнение Лера. – Нос у индейца прижатый и с крючком на конце.

Шурка сжал нос с боков, из-за чего маска стала походить на маску большой хищной птицы.

– Не так, – помотал головой Лера. – По-другому.

И надавил пальцем на кончик носа. Клюв хищной птицы расплющился и превратился в свиной пятачок.

– Какой-то поросёнок получился, – справедливо заметил Шурка.

– И ничего не поросёнок, – заупрямился Лера.

– Нет, поросёнок, – стоял на своём Шурка. – Смотри.

Раскатал кусок пластилина и в два приёма налепил на маску два развесистых уха.

Лера почесал в затылке.

– Точно, не индеец, – согласился он. – Настоящая антилопа гну вышла.

– А это кто?

– Так я же говорю, антилопа из Африки. Её вчера по телевизору показывали. Африканцы думают, что она никакая не антилопа, а смесь чёрта с быком: рога кривые, борода белая, хвост с кисточкой и глаза злющие, прямо кровавые.

Шурка взял очередной кусок пластилина и приделал маске бородку клинышком.

– Во! – показал большой палец Лера. – Вылитая гну.

– Слушай, – посмотрел он на друга, осенённый очередной идеей. – А зачем нам индейская маска? Такую маску кто хочешь сделает. Давай антилопу оставим. Смотри, как здорово получилось.

– Давай, – охотно согласился Шурка.

Воодушевлённый новой идеей, он украсил пластилиновую морду хищно изогнутыми рогами. Затем мальчишки обклеили её полосками бумаги и раскрасили. В общем, маска получилась на славу. Когда же краска подсохла, стала и вовсе словно живая. Красок Шурка с Лерой не пожалели. Преобладали фиолетовые и красные цвета, из-за чего антилопа стала смахивать на какого-то особо ужасного представителя нечистой силы. Вдобавок между рогами Шурка пришпилил маминой шпилькой старую капроновую мочалку.

– Жуть! – сделал он шаг назад.

– Угу, –

подтвердил Лера. – Можно хоть сейчас в школьном музее повесить. Только глаз нет.

– Сейчас приделаем, – пообещал Шурка и скрылся в кладовой.

Он чем-то там громыхал, звенел, шуршал и, наконец, вышел весь в пыли и паутине.

– Вот, – выложил на стол два стёклышка от детских очков.

Одно стёклышко было красного цвета, другое – зелёного. Шурка огорчённо вздохнул.

– Что делать?

– Ничего страшного, – успокоил Лера. – Подумаешь, разные. Вон у нашего физрука: левый глаз голубой, правый – коричневый. И ничего.

Шурка вставил стёкла в глазницы.

– Ну как?

Лера глянул и вздрогнул – маска стала выглядеть ещё ужасней.

– Первое место наше, – заверил он.

Шурка, недолго думая, натянул на себя леопардовый халат, влез в сандалии на толстенной подошве и водрузил маску на голову. Выглядел он теперь как настоящее копытное немыслимой породы: помесь буйвола, чёрта, леопарда, пробкового дерева и капроновой мочалки.

До начала конкурса оставалось полтора часа. Целый океан времени! Но не сидеть же дома, когда карнавальный костюм готов к показу.

– Пока дойдём, – прикидывал Лера, – пока ты переоденешься…

Шурка не дослушал. В нёго вдруг вселился воинственный дух дикого африканского племени.

– За мной! – закричал он и, улюлюкая, выскочил на крыльцо.

За порогом его встретили крепкий морозец и пронзительный ветер.

– Ё-моё! – подпрыгнул Шурка от холода, но на попятную не пошёл.

Топнул сандалиями, нагнул рогатую голову и рысцой помчался в сторону школы. Схватив в охапку Шуркину одежду, Лера побежал следом. Только за Шуркой было не угнаться. Словно настоящая антилопа гну, он нёсся по улице, перепрыгивая через сугробы и наледи.

– Шурик! – закричал вдогонку Лера. – Стой!

Но Захарьев, у которого под маской ветер свистел, его не слышал. Зато услышала вышедшая из-за угла завуч Фаина Демьяновна, которую за вредный характер все в школе за глаза называли Фенечкой. Увидев, что к ней вскачь несётся леопардовой раскраски чудище, Фаина Демьяновна на миг обмерла. Не успела она понять, что происходит, а ноги её уже сами несли под защиту спасительных школьных стен. Шурка бежал туда же. Поэтому со стороны картина выглядела как настоящая погоня. Лера даже остановился, так ему смешно стало. Через красно-зелёные стёкла Шурка не особо-то и различал, кто там впереди мелькает в свете уличных фонарей. А вот завуч, благодаря грозному перестуку пробковых сандалий, хорошо слышала, как шаг за шагом приближается её преследователь. Объятая ужасом, она неслась к школе во весь опор.

На пороге школы Фаина Демьяновна столкнулась с учителем физкультуры.

– Львович, спасайте! – воскликнула она. – За мной маньяк гонится! Слышите?

Львович посмотрел правым коричневым глазом на завуча, левым голубым – на улицу, различил грозный перестук пробковых сандалий и вытянул шею. Звук стремительно нарастал. Ещё миг – и под свет ближайшего фонаря выбежал Шурка в карнавальном костюме. Физрук затянул завуча в школьный вестибюль.

– Стойте здесь и не высовывайтесь, – приказал он, спрятав её за ближайшей колонной.