Чтение онлайн

Париж. Больница Жоржа Помпиду. 2 апреля 2011 года.

Я проснулся от вечного сна и ничему не удивляясь, спустился вниз по лестнице. Порой конечно у меня возникает чувство, что я доведенный до ручки наркоман, осчастливленный лишь тем, что верю в чудеса и поэтому каждый раз просыпаясь, думаю что меня с места на место переносит волшебный розовый дракон, но сегодня все было иначе. Я был полон сил и решительности, наконец-то снова вернуться к маленькой проблемке — коме. Да, эта чертова проблема, уже не была такой серьезной, я отдохнул, выспался и еще высплюсь, мне не нужно было думать о графиках, схемах, обо всем. Мои

волосы были хорошо уложены, от чая и кофе меня больше не тошнило и самое главное, я мог размышлять, думать и лениться одновременно, при этом, испытывая все чувства сразу. Согласитесь, быть в коме не так уж и плохо, если задуматься о том, как плохо тебе вне этого состояния.

— Так, что у нас сегодня по ТВ? — Крикнул я на всю гостиную и уселся перед телевизором. Знаете, никогда раньше и я уже конечно повторяюсь, но никогда раньше я так часто не смотрел телевизор, только в этом была функция, которую бы хотели заполучить все модные поклонники 3D и прочих новинок — функция полнейшего погружения в самого себя, в твои воспоминания, где все так прекрасно все тебя любят, а ты весь такой хороший. А потом эта функция резко погружает тебя в полнейшее Д, где ты видишь какой ты никчемный человечешка и вся твоя жизнь это погоня за деньгами, проститутками, кокаином если уж приведет бог и скажем любовью, не знаю почему именно такой список, он у каждого разный и готов поспорить, что соседу за стеной, который так же расслабляется в коме, тоже видятся хреновые сны и воспоминания, и он так же бесится, и сходит с ума, хотя не факт. Может он просто едет по трассе 60 и решает свои проблемы таким образом. Никто не знает что на самом деле происходит, у всех все разное, хотя есть что-то схожее.

— Так все, пора расслабиться — снова проговорил я в слух и щелкнул импровизированную кнопку пуск, что включила этот великолепный телевизор, конечно в кавычках. Рубрик осталось все меньше и меня это радовало, единственное о чем ты задумываешься когда выбора остается мало, это а что будет дальше? Смерть, жизнь, или то и другое, и вот этот вопрос конечно меня сильно мучил, но к счастью вспомнив моего друга Пьера, который говорил что жизнь всегда хреновая, но присмотревшись понимаешь что жить можно, а смерть, что ж смерть всего лишь банальность. Потому что умереть может каждый, а вот красиво прожить, нет! Вспомнив эти напутственные слова, я и выбрал раздел под названием Пьер.

Глава IV

Часть III

Пьер.

Пассажирский самолет Париж- Берилн. 5 июня 2007 года.

Я сидел в своем кресле и наслаждался видом из иллюминатора, когда со мной заговорил мой сосед, который только что проснулся.

— Мы скоро прилетим?

— Посадка через тридцать минут — спокойным тоном ответил я не отрываясь от любования облаками. Знаете, меня всегда почему-то притягивали облака, может потому что я считал их красивыми, а может потому что я гордый сукин сын, желающий взобраться по лестнице успеха до самых облаков. Не знаю, но что-то чертовски притягательное в них было.

— А вы неразговорчивы, Дюэм.

— Простите? — Я отвлекся от своего дела, после того как услышал свою фамилию. — Я вас знаю?

— Возможно — улыбнулся этот незнакомец. — Но я вас точно знаю, вы Этьен Дюэм,

большая фигура на нынешней шахматной доске бизнеса.

— И кто я на шахматной доске?

— Вы? Хм пожалуй ладья.

— Да? — удивился я. — Так значит по-вашему я всегда хожу только по прямой?

— Нет, это значит, что вы всегда пересекаете сначала черную, а потом белую клетку.

— Как и все фигуры — поправил я собеседника.

— Да, но вы никогда не отступаете назад, вам проще отойти вправо и убрать с пути коня и слона, чтобы добраться до короля.

— Да, но ферзь?

— Ферзь это я — рассмеялся незнакомец и поверьте, я не буду вам мешать, лучше помогу.

— Что ж, приятно слышать, но я не расслышал вашего имени.

— Может потому что я его не называл?

— Ну это уже не честно, ведь вы знаете кто я.

— А я знаю что вы прекрасно осведомлены, кто я такой.

— Да — улыбнувшись я внимательно рассмотрел собеседника. Это был мужчина крепкого телосложения в дорогом костюме и с короткой, так называемой прической миллионеров.

— Так вы знаете кто я? — Поинтересовался собеседник.

— Да, вы владелец адвокатской конторы, чьим клиентом я являюсь, а ваши партнеры являются моими клиентами.

— Верно — улыбнулся собеседник, зовите меня Пьер.

— Хорошо Пьер — после секундной паузы, я продолжил. — Так что вы делаете в первом классе по пути в Берлин? Встреча? Расширяете свою паутину закона?

— Это конечно лестно Этьен — Пьер слегка осекся. — Я могу вас так называть?

— Да, конечно — утвердительно ответил я.

— Так вот, я лечу к дочери и к ее красивой матери, которая чуть не разорила меня при очередной встрече.

— Все так серьезно?

— Оо еще как. вы сказали про паутину. Так вот, я муха которая попалась в лапы черной вдовы, эта женщина вытянула из меня много соков, но моя дочь к счастью совершенно другая. Она красивая, воспитанная, отличница что немаловажно, любит конечно походить по клубам, а кто не любит в их возрасте — не дожидаясь моего ответа Пьер, сам на все ответил. — Ей семнадцать, чудесный возраст, не так ли?

— Да — улыбнулся я. — Мои семнадцать лет пролетели за тремя занятиями: секс, алкоголь и еще раз секс.

— Наркотики?

— Неет, это не мое.

— А зачем в Берлин летите вы? Полагаю как раз на деловую встречу?

— Да Пьер, именно так. Мой партнер не смог, поэтому полетел я.

— Ох, глава компании собственной персоны, немцам придется сильно постараться, чтобы заключить с вами контракт.

— Хах, это немцы! Они все делают по высшему разряду, ну по крайней мере в последнее время. — Я улыбнулся, я всегда улыбался когда чувствовал себя неловко, глупая защитная реакция, придающая мне еще более неловкий и глупый вид, но это привычка почему-то мне нравилась, так что я не спешил от нее избавляться.

Париж. Дом Этьена. 7 июня 2007 года.

Я сидел в своем кабинете и разбирал бумаги, когда раздался звонок в дверь.

— Пора заводить горничную — сухо произнес я в слух и встав из-за стола, пошел открывать дверь. Каково же было мое удивление, когда на пороге я увидел Пьера.

— И ворота — довил я в слух. — Точно пора поставить ворота.

— Ворота? — Не понимающе посмотрел на меня Пьер. — К чертям ворота, смотри что я принес. — Пьер поднял руку и показал на бутылку очень дорого вина.