Элизабетта
Шрифт:
— О, Лэксембургиз! Как это произошло?
— Охрана тоже… мертва… Их было трое… Я… их …они мертвы.
— Успокойся, и успокой нашего сына. А теперь объясни мне все по порядку.
— Я спала. Потом проснулась от шороха. Смотрю, дверь светится. Я спрятала ребенка. Дверь отъехала. Один зашел, я его — хрясть, отобрала оружие. Потом заходит другой — я его застрелила. Третий выстрелил в меня, но промахнулся. Тут я его уложила. Я взяла сына и побежала оттуда.
— Этого не может быть! Я удвоил охрану.
— Нейтронным бомбам это нипочем.
— Ох…
— Васи…
— Да?
— Нам
— Какой? Сначала надо немедленно провести расследование и…
— Я думаю, что ты не захочешь это делать.
— С чего бы это? Ты моя жена и на тебя покушались! Совершено убийство!
— Это была та девушка.
— Какая девушка?
— С которой тебя разлучили.
Васи похолодел. Его сердце все быстрее набирало темп. Он внимательно посмотрел в глаза своей жене.
— Она мертва?
— Похоже, ранена.
— Значит…
— Нам надо все решить.
— Что именно?
— Как ты с ней поступишь. Она хотела убить меня и моего сына. Она убила твоих и моих людей. Ты знаешь закон.
Васи показалось, что земля уходит из-под ног. Мелкие мурашки пробежали по телу. Он покачнулся. Дыхание сбилось. «Эвакэ, что ты наделала?!» — простонал зан.
— Что ты предлагаешь? — обреченно выдохнул Васи.
— Я предлагаю все решить мирным способом, — с трудом проговорила Элизабетта. — Я предлагаю разумный обмен.
— Я весь внимание.
— Ани и Ието-Гиро мертвы. Они очень дороги для меня. Они — единственные, кто верны мне. Я хочу для них жизни и душки. Двое убийц пойдут на корм аннигилятору. Та девушка не будет упомянута в приговоре. Она останется в живых, но покинет «Перемирие». Она могла убить не только меня, но и нашего сына. Сегодняшняя ночь никогда не должна повториться. Ты согласен?
У Васи закружилась голова. «Отказаться от Эвакэ?» — не верил в происходящие зан. — «Никогда ее больше не видеть? Это выше моих сил. Что же мне делать?» — Васи посмотрел на Элизабетту. — «Она разделалась с тремя нападавшими, защитила нашего ребенка. Потеряв двух любящих ее и любимых ею людей, она предлагает оптимальный вариант, равноценный обмен. Эвакэ не остановится на этом, если оставить ее на „Перемирии“. Она повторит свою попытку, доведет начатое дело до конца. Может оказаться, что моя жена умрет, погибнет мой сын. Там могут оказаться свидетели. И тогда Эвакэ пойдет под суд и умрет. Пусть она живет. Она обязательно должна жить. Ведь, если она умрет, я тоже умру. Я не смогу жить без моей Эвакэ».
Не дождавшись ответа мужа, Элизабетта устало села на пол. Ребенок успокоился и заснул у нее на руках. Дерра бессильно опустила вниз голову, слезы потекли из глаз.
— Можно мне остаться у тебя? Я не могу пойти в свои покои. Мне больше некуда пойти, — прошептала она.
— Оставайся, конечно же, — быстро согласился зан.
Васи поднял Элизабетту и уложил в свою постель. Он накрыл ее одеялом. Ребенок продолжал мирно посапывать рядом с матерью.
— Васи, я устала, — прошептала Элизабетта. — Я больше не могу так жить. Отпусти нас. Мы же не нужны тебе. У тебя есть возлюбленная девушка. Вот и будь с ней. Я хочу домой. Я не могу здесь жить. Каждый день мне приходится сражаться с
— Успокойся, — приказал Васи. — Я понимаю, как тебе тяжело. Но я не могу вас отпустить: ни тебя, ни сына. Ты не права, вы нужны мне. Ты единственная сохранила чистые мозги в этом хаосе. Ты не думаешь только о себе. Ты достойна большего. Обещаю тебе, все изменится.
— Я устала. И мой страх прошел. Это плохо. Когда-нибудь я не смогу защитить ни сына, ни себя. А я обещала жить!
— Понимаю… И я принимаю твое предложение. Я обещаю позаботиться и о тебе, и о нашем сыне. Ты больше не будешь сражаться. Это буду делать я за нас обоих. С сегодняшнего дня вы будете жить в моих покоях.
— Спасибо, Васи.
Элизабетта приподнялась и поцеловала его в щеку. Он провел рукой по ее лицу. Дерра вспомнила Артура, их прошлый разговор и позволила себе поцеловать мужа в губы.
Глава 13
Васи подождал пока Элизабетта уснет. Он был растерян. Мысли роились в голове, но ни одна из них не подходила для реализации. Зан смотрел на жену и не понимал своих чувств к ней. Когда она забежала в его покои, он был готов бросить мир к ее ногам. «Но дерра может за себя постоять», — остановил себя Васи. — «В этой женщине странным образом сочетаются слабость и сила. Она ни коим образом не похожа на Эвакэ. Эвакэ! Ах, Эвакэ… Что же мне с тобой делать?»
Зан вышел из комнаты и вызвал начальника телохранительского корпуса — Серела. Вместе с ним и еще двумя преданными телохранителями Васи проследовал в корпус дерры. Сразу же за входом он обнаружил трупы хранительницы и воина. У покоев Элизабетты также лежали восемь мертвых охранников. Панель была разрезана лазером. Зан поежился от несуществующего холода.
Васи вошел в комнату и оглядел царивший там разгром. Он сразу увидел Эвакэ. Она была ранена и тяжело дышала.
— Эвакэ! — позвал Васи.
— Ничего не получилось, — с трудом прошептала девушка и открыла глаза. В них не было ни сожаления, ни стыда, ни раскаяния. Ничего, кроме беспросветной боли, они не выражали. — Я старалась, но все без толку.
— Зачем? — спросил зан, поражаясь дрожи в голосе. — Я же просил тебя ничего не предпринимать.
— Это ради нас, — старалась уверить его Эвакэ.
— Ты все испортила. Теперь нас нет.
— Я никогда не тронула бы твоего ребенка.
— Ты опозорила меня. Ты всем показала, что я не контролирую ситуацию, что я не могу защитить ни жену, ни сына, ни подчиненных. Зачем ты их убила?
— Прости меня, но так надо было. Я боролась за свое счастье, за наше счастье. Если бы у меня все получилось, мы были бы вместе.
— Ты все разрушила.
— Я умру, но умру за тебя.
— Какой героизм! Нет, ты будешь жить. Дерра умеет вести переговоры. Она оказалась благороднее тебя. Мы заключили сделку.
— Что это значит? Какую сделку? С каких пор ты защищаешь ее?
— С тех пор как ты предала меня. Но я тоже умею быть благородным. Мы совершим равноценный обмен: тебя на ее людей.