Чтение онлайн

Бестактность ифрита разозлила в один момент, и если до его последних слов я еще надеялась выдержать танец до конца и не вспылить, то очередное заявление о том, как, по его мнению, мне плохо, окончательно сдвинуло чашу весов.

Не быть мне сегодня хорошей девочкой.

— А с чего вы взяли, что без него мне будет лучше? — Я гневно сузила глаза и надменно вскинула подбородок. — Ни возраст, ни должность не дают вам права вмешиваться в чужую жизнь. Мне самой решать, с кем быть!

— Вы любите его? — обманчиво мягко уточнил ифрит, не задетый моей вспышкой. Уловил мое замешательство и усмехнулся. — А он вас? Молчите?

Ради чего вы идете на такие жертвы, Марьяна? Защищаете его, остаетесь рядом? Он не стоит и единственной вашей слезинки, а я чувствую, что вы сегодня плакали. Не отрицайте, не стоит. — Я недовольно дернула плечом и попыталась выдернуть ладонь из его руки, но паша сделал вид, что не заметил, и даже не сбился с шага. — Жалок тот мужчина, кто не может сделать свою женщину счастливой. Я не говорю сейчас о любви, но подумайте… Уважение, забота, желание пойти на компромисс, доверие — есть ли они в ваших отношениях? Ненависть разрушает, безразличие — убивает, а ложь…

Ифрит многозначительно отвел взгляд, и в моей груди вновь предательски кольнуло страхом. Что за намеки? Куда он клонит? Не все ли ему равно, кто я, где, с кем и как? Не в силах избавиться от его общества, лихорадочно начала искать взглядом Германа. Где? Где он? На прежнем месте его не было, и от беспокойства у меня враз заледенели пальцы.

Паша Мурзам еще что-то говорил, превознося меня и все сильнее очерняя дракона, а у меня в голове билась лишь одна мысль. Где он?! Где?! Если они с ним что-то сделали, если только посмели, если…

— Герман, дорогой!

Кого он меньше всего желал увидеть сегодня, так это Изольду. Рыжая бестия, как всегда, была безупречно хороша и знала об этом. Платье на грани приличия, вызывающий макияж, фривольное поведение… Сейчас он совершенно не понимал, как это могло нравиться ему раньше. Вульгарная, пошлая, развратная девица!

А вот Марьяна совсем другая…

— Изольда, — кивком дал понять, что увидел ее, но не обронил ни слова приветствия, ни звука, который можно было счесть за комплимент.

— А ты все так же холоден? — Прижалась к нему грудью, как последняя шлюха, и преданно заглянула в лицо, униженно ловя его взгляд. — Злишься на меня, котеночек мой? Ну что же ты? Ведь нам так хорошо было вместе! Герман! Да посмотри ты уже на меня!

— Изольда, что было — то в прошлом. — Она была недостойна даже презрительного взгляда, и дракон смотрел туда, где танцевала Марьяна с этим мерзким ифритом. — Не вынуждай меня применить силу. Исчезни.

— Хм… — В ее голосе проскользнуло нечто странное, что моментально заставило его напрячься. — То есть тебе совсем неинтересно, что задумали послы в отношении одной элементальки? Что ж…

Как ни схватил ее за горло и не задушил на месте — непонятно.

Медленно повернул голову, поймал ее взгляд, прочел в нем намек на правду и глухо рыкнул:

— Говори!

Изольда замерла, нервно облизнула губы, воровато осмотрелась и подалась еще ближе, едва ли не повисая на нем.

— Не тут, дорогой. Слишком много посторонних. Идем со мной, и ты все узнаешь…

Если бы он почуял в ее словах ложь, то убил бы на месте. Но Изольда не лгала, и это наводило на безрадостные размышления. Бросил встревоженный взгляд в зал, внутренним чутьем убедился, что Марьяна на месте, и только после этого отрывисто кивнул. Сходит. Узнает. И если эта тварь

посмеет его обмануть…

Что произошло потом, Герман так и не понял. Они вышли в парк, Изольда счастливо повисла на его руке, щебеча какую-то чушь, а в следующее мгновение затылок резко кольнуло, и сознание окутала тьма.

Сука! Ее он убьет первой!

Мужчины в одинаковых фраках под руку с элегантными дамами словно нарочно кружили вокруг нас, то заслоняя обзор, то вводя в заблуждение, но я раз за разом убеждалась, что это не Герман, а кто-то другой. Но вот, кажется, именно его вихры мелькнули в дальнем углу зала возле дверей, ведущих в парк. Кажется, рядом с ним промелькнуло что-то отвратительно рыжее…

Ведьма!

Дернулась в их сторону всем телом, но ифрит оказался куда проворнее, чем казалось со стороны, и без труда удержал меня около себя.

И тогда я показала свое истинное лицо.

— Или вы сейчас же меня отпускаете, — я прошипела ему прямо в лицо, позволяя истинному огню для начала проявиться в глазах, — или будет очень горячо и больно. В первую очередь — вам!

— Не совершайте ошибку, Марьяна. — С него слетело все напускное благодушие, и на меня глянул не престарелый обольститель, а жесткий политик. — Нападение на посла обойдется вам слишком дорого.

— Не дороже жизни. — Я неприязненно скривила губы и зло процедила: — Или моя жизнь для вас больше не имеет ценности, посол?

— Именно поэтому вам стоит успокоиться, — доброжелательно, но с твердой уверенностью заявил ифрит, увлекая меня в противоположный конец зала. — Мы уже навели о вас справки. — Он глянул на меня с легким превосходством, но в то же время с неприятным сочувствием. — И намного лучше вас самой знаем, что будет для вас правильнее. Просто поверьте.

Я едва не поперхнулась от возмущения, но все же сумела взять себя в руки и язвительно поинтересовалась:

— И что же? Давайте поразите меня подробностями! Я требую, в конце концов!

— Желание дамы — закон. — Он умудрился шутливо поклониться, не прекращая движения. — Посольство убывает из гостеприимных стен дворца сразу же после салюта. Вы, — он торжествующе блеснул глазами, — чуть раньше.

— Куда? — Старалась не скрипеть зубами, но уже смотрела волком, прикинув, что до полуночи осталось чуть больше часа.

Есть ли у меня еще время или все решено? Я-то в любом случае сбегу, опыт уже имелся, но… Успею ли я помочь Герману? Мой драконище и сам не промах, но эта ведьма… Вряд ли она действует одна, а ее адекватность под еще большим сомнением, чем графа. Что она собирается с ним сделать? Заколдовать еще больше? Опоить? Пленить? Окончательно свести с ума? Что??!

— В мой дворец, разумеется. Но лишь для начала. — Ифрит одарил меня отеческой улыбкой, от которой стало еще гаже. — Вами заинтересовался сам халиф Арафад. Это честь для любой девушки.

— Вот только я — не любая!

Откуда только силы взялись, а еще капелька удачи, но я не только оттолкнула от себя посла, с которым мы танцевали уже у самого края зала, но и толкнула на него мимо проходящего лакея с полным подносом бокалов. Сама, подхватив юбки, на всей скорости рванула к выходу в парк, ловко лавируя среди танцующих пар и слыша, как мне в спину летят возгласы и крики. Плевать! На все плевать! На тычки, оттоптанные ноги, облитого шампанским посла! Сам виноват!