Эксперт
Шрифт:
– Ксюша! Ксюша!
– Кричал я, когда со всех сил отталкивался от стены, стараясь как можно скорее сорвать батарею с петель. В тот миг удача была на моей стороне. Сильно ослабевший от времени кирпич быстро раскрошился под натиском моих свирепых рывков. Петли, которые держали батарею на весу, вылетели из стены, и мне удалось уронить батарею на пол. Вместе с ней подалась труба водопровода, которая была подсоединена к батарее. Ее верхняя часть, та, которая шла от самого потолка сильно подгнила. Поэтому труба, испытав на себе вес тяжелой чугунной батареи тут же обломилась и вся отопительная система, идущая вдоль стены, рухнула на пол. Мне представилась возможность вывести связанные за спиной руки из разомкнувшейся цепи труб, и этой возможностью
Я почувствовал небывалую сосредоточенность! Во мне как будто мобилизовались все существующие ресурсы организма; что-то в подсознании диктовало мне, что нужно делать! Я тут же сообразил, как избавится от веревки. От стены оторвался длинный кусок древесной отделочной плиты и завис где-то в полутора метрах от пола. Его острие полыхало факелом, издавая стабильное огненное пламя. Мне пришлось прыгнуть почти в самый центр разгоравшегося пожара. Я сильно рисковал, но другого варианта не было! Потянув руки за спиной в разные стороны, мне удалось натянуть веревку, оставив между руками расстояние в десять сантиметров. Это 'расстояние' я и поднес к острию огня.
Я кричал. Огонь обжигал мои мизинцы и предплечья, это была невыносимая боль! Но я терпел... Хватило трех секунд, чтобы веревка перегорела и порвалась. Когда это произошло, я двумя длинными прыжками оказался около входной двери. Дернув за ручку, я понял, что дверь заперта. Выбить ее ногой не представлялось возможным. Железную дверь в железной раме со здоровенным замком не получится открыть ударом ноги. Я был заперт в сейфе, выход был отрезан!
Все это время я не делал не единого вдоха, в легких было пусто. Все что я мог выдохнуть, я выдавил из себя во время криков и стонов! Я знал, что вдыхать нельзя, я запретил себе дышать! Пока на кону жизнь Ксюши, я не имел права дышать... И вот я уже вышибаю ногой дверь в соседнее помещение, в котором раньше была операционная. Дверь легко поддалась, она вообще не была заперта!
– 'Вот и все, сейчас, сейчас я тебя отсюда унесу' - шептал я себе под нос. Подняв ее на руки, я быстро перенес Ксюшу в соседнюю комнату.
Жадно поглотив короткий глоток свежего воздуха, я снова вернулся в объятую пламенем комнату. Огонь уже отрезал выход из подвала. Огненная стихия надвигалась на меня полумесяцем, и единственным путем отступления оставалась операционная комната. Сорвав висевшие на углу шкафа халаты, я бросил их в лужу воды которая вытекла из разорвавшейся трубы отопления. Халаты мгновенно намокли и ни секунды не мешкая, я забежал обратно в операционную. Плотно закрыв дверь, я распихал сырые халаты по всем отверстиям в косяке двери из которых в операционную проникал дым. К счастью, вентиляция в операционной была отдельная, это означало, что дым проникнет в помещение не так скоро. Обшивка двери была исполнена тонким листом метала с обеих сторон, это отлично защищало дверь от воздействия огня. С момента возгорания прошло около пятидесяти секунд, и я думал, что сумел защитить нас хоть на какое-то время. Но все было совсем не так как мне представлялось!
Я бросился к Ксюше. Я положил ее на пол в самой дальней части помещения.
– Ксюша! Ты слышишь!?
– Крикнул я, кода упал на колени и принялся развязывать мешок на ее голове. На это ушло всего несколько мгновений. Потянув за швы, я сорвал его.
Наверно в тот моменты очень громко закричал... Вслух или возможно у себя в голове... Я отлично помню, как расплылось моё зрение, как выступил пот, как поражённый ужасом и болью я на коленях попятился назад.
– 'Нет, нет, нет!!!' - шептал я себе под нос, и в тот же мгновение, сменяя шёпот на крик, продолжал, - 'Нет, не может быть, нет!!!' - Я несколько раз сжимал руками глаза, смотрел на Ксюшу, а потом снова сжимал глаза... Эта картинка казалась мне нереальной! Это не было похоже на страшный сон, это вообще не на что не было похоже... Словно раскалённая лава
Когда шок от увиденного немного спал и позволил мне двигаться, когда слезы омыли мои глаза и растворили непроглядную пелену ужаса, я подкрался к телу Ксюши скуля как раненый щенок... Одной рукой я обхватил ее шею, второй рукой, которая тряслась как студень, я прикоснулся к ее щеке. Она была ледяная... в ней уже не было тепла... мои слезы капали на ее ключицу и скатывались вдоль плеча.
– 'Я обещал тебя спасти!!! Я обещал!!!' - Кричал я на взрыв.
– 'Я тебя не защитил, я не защитил!!! Прости, прости, Боже, за что!? Ты слышишь, за что!? Она не виновата!!! Что она сделала!? Верни, верни ее!!!' - Чтобы подавить свой беспомощный вопль, я пал лицом на ее грудь и шептал - 'Я виноват, я виноват! Это все я, здесь только моя вина, я обрек тебя на эту смерть! Невозможно, невозможно! Нет, это же сон, это все сон, я сплю! Сейчас я проснусь, я же проснусь!?' - Я поднимал голову, смотрел на ее лицо, и осознавал, что это вовсе не сон, она умерла по-настоящему...
Дрожащей кистью руки я коснулся ее губ, затем провел вдоль носа к переносице, аккуратным движением снял прядь волос с ее лба и увидел то, на что так сильно боялся посмотреть. Они выстрелили ей в голову! Эти твари убили ее выстрелом в голову, почти в упор... Я взревел так сильно, что надорвал голосовые связки и голос мой превратился в сухой скрипящий писк. Мое тело сотрясалось судорогой, челюсть сжало спазмом и зубы стиснулись до невыносимой боли! Отпустив ее тело, я упал на пол, скрутился в комок и начал разъяренно рычать... из моего рта выступила пена, я весь вспотел, а за тем мгновенно почувствовал леденящий холод.
– '...Это неправильно... Я не купил тебе собаку, ты всегда хотела собаку, а я не успел! За что её у меня отняли?! У нас же планы на выходные, мы хотели гулять, мы просто хотели погулять ... Я бы подарил ей много цветов, мы гуляли бы по центральной аллее, а потом в кино, или в театр, куда угодно... Мы бы могли пойти куда угодно!'
Бред мыслей в голове согнал сильный треск за стеной. Наверно обвалилась обшивка стены или навесной потолок. Частично я вернулся во внешний мир. Носом я почувствовал дым и открыв глаза увидел, как его едкие клубы рвутся сквозь плотно набитые тряпки.
– 'Я позволю себе погибнуть?' - Спросил я себя, - 'Слишком бессмысленно умирать одному, ведь я могу забрать с собой ещё несколько людей! Да, это будет неплохо, очень неплохо! Я лично продам их органы дьяволу и ценой будет их вечное мучение!' - Попытавшись встать на ноги я тут же упал. Меня сотрясал сильнейший озноб, ноги подкашивались, а грудь и тело вибрировали мощнейшей волной эмоционального потрясения. Я сделал несколько крупных вдохов, похлопал себя по щекам и постарался собраться. Вторая попытка оказалось удачной. Встав на ноги, я спешно осмотрелся.
Все медицинское оборудование вывезли, повсюду валялись рваные куски полиэтилена, упаковочного пенопласта и много бесполезного мусора. Кроме голых стен и одинокой форточки смотреть было не на что. У форточки была деревянная рама, за ней решетка. Это именно то отверстие, через которое я наблюдал, как сумасшедший хирург помешивал своей рукой внутренности трупа. И это отверстие было единственным путём из этой западни.
Справа была дверь в холодильник, в котором хранились трупы. Дёрнув за ручку, я понял, что открыть её не получится. Толстая утеплённая дверь дополнялась хорошим замком, стержни которого уходили глубоко в железный косяк. Ломать все это не было ни сил, ни времени. План созрел, когда в дальнем углу, в куче мусора, я нашёл жестяные ножки от сборного стола. Взяв по одной из них в руки, я прильнул к форточке.