Чтение онлайн

Начальник благодарно наклонил голову и доброжелательно улыбнулся, будто никогда и не сомневался в моей преданности.

– У этого самого друга трое взрослых сыновей. Горячая кровь Италии согреет твое ледяное сердце.

– Замуж решил спихнуть? – издевательская усмешка невольно тронула губы.

– Майкл совсем не подходил тебе, Паолита. Ты – факел, а чтобы он светил, его нужно зажечь.

– Вряд ли твои воротилы теневого бизнеса окажут на меня должное впечатление, – снисходительно улыбнулась я, на что Эмиль совсем ничего

не ответил, задумчиво переведя взгляд в окно, на красивый сад.

Не прошло и пары дней, как я уже покидала самолет ранним вечером в Кальяри. Как только таможенный контроль остался позади, ко мне подошёл высокий итальянец с широкой, белозубой улыбкой.

– Синьорина Блэк?

– Она самая, – незамедлительно подтвердила я, стараясь уложить документы в походную сумку.

– Мое имя Лучо, я отвезу вас на Вилла Эмануэлла.

– Спасибо, когда можно будет увидеть предмет?

Спутник вновь легко, располагающе улыбнулся и дал взглядом знак носильщику забрать мой багаж.

– Вам некуда торопиться, синьорина Паолита. Сегодня у нас большой праздник: моему старшему брату исполнилось тридцать пять. Будет много гостей, музыка, танцы, фейерверки, – тон его голоса был как недозрелый виноград – ещё кислый, но уже обнаруживающий будущие достоинства вкуса и запаха. При этом звенел в воздухе трелью колокольчиков, – о делах поговорим завтра, или на днях.

Беседуя, юноша легко подхватил меня под локоть и увлек за собой на парковку, где по знаку его пальцев был подан черный автомобиль. Увидев машину, я вздрогнула и отшатнулась, вцепившись в руку спутника. Точно такой же джип расстреляли на моих глазах три года назад. Живо представилось, как из щели под дверью сочится кровь.

– Мы должны поехать на этом? – голос дрожал, а мысли путались.

– Что-то не так с транспортом? – непонимающе уставился на меня юноша. – Вам нечего бояться, он бронированный.

До смерти перепуганный взгляд поднялся к красивому, юному лицу спутника и замер – на меня внимательно смотрели те самые, янтарные, с темными лучами глаза. Парень был несомненно моложе и выглядел более худым, но взор… Начинал вгонять в откровенную истерику. Похоже воспоминания наложились на реальность и теперь сознание жестоко шутило со мной, выдавая прошедшее за действительность.

– Не поеду, – уверенно отрезала я, сильнее вцепляясь в широкую, горячую ладонь.

Мягкий, вежливый, немного беззаботный Лучо как-то сразу посуровел, являя движениями непоколебимую сталь уверенности. Казалось, что он повзрослел в один миг лет на двадцать. Аккуратно поглаживая мое плечо, парень достал свободной рукой телефон, выбрал номер из быстрого набора и коротко осведомился у начальства о чем-то, по-итальянски. С той стороны последовал такой же лаконичный ответ, а потом, очевидно какое-то распоряжение. Провожатый убрал аппарат и посмотрел на меня так, будто увидел только что впервые.

– Тише, малышка. Скоро подгонят

другую машину. Не плачь.

Мягкий тембр шелестел, точно баюкал, выражая живейшее участие в моих переживаниях. При этом не по-юношески крепкие руки обнимали настолько бесцеремонно, будто мы были знакомы всю жизнь. Я аккуратно выбралась из излишне фамильярных объятий, вновь обретая самоконтроль.

– Простите. Воспоминания неприятные…

Лучо спокойно ослабил хватку, но продолжил смотреть, как на близкую родственницу, подобное только усиливало невроз.

– Простите, мы раньше не встречались?

– Нет, – парень усмехнулся как-то надменно, словно с высока взирая на меня. – Я бы запомнил.

– Тогда почему Вы обращаетесь так… фамильярно?

Перемены в его поведении наводили на сомнения в психическом здоровье моего юного спутника.

– Это Италия, малышка, – он непринужденно подмигнул мне, возвращаясь к прежнему легкомысленному характеру общения. Мягкая, лучезарная улыбка выражала определенное нежелание больше ограничиваться деловым тоном.

Скоро действительно подали другой транспорт, на котором мы и отправились на Вилла Эмануэлла. Поместье оказалось большой усадьбой в псевдо-викторианском стиле с массивными ограждениями и серьезной охраной по всему периметру.

– Откуда такое название? – я старалась вежливо дистанцироваться от своего нового друга, внимание которого становилось навязчивым.

– Так звали нашу мать. Она любила бывать здесь.

– Простите за бестактность, ее больше нет?

Лучо погрустнел, словно в солнечный день появилось на небе облачко, а потом опустил взгляд к носкам своих лёгких, белых Lacoste.

– Мама умерла при моем рождении. Я даже лица ее ни разу не видел вживую.

– Мне так жаль, – холодные пальцы коснулись его запястья, и задорный взгляд парня опять приобрел прежнюю беззаботность.

– Благодарю, у меня большая семья. Все вокруг заботятся обо мне до сих пор. Иногда это даже… Злит.

Высокие скулы его грубоватого латинского лица, чуть острее выступили, выдавая раздражение, но даже так он все равно казался ребенком. Любимым, ухоженным, заласканным малышом, основной проблемой которого был лишь поиск конфет по дому или выбор подарка на рождество.

Шорох шин о гравий подъездной дорожки стих, возвещая о том, что мы добрались до места. Водитель вышел первым и учтиво открыл двери: сначала для Лучо, а уж потом и мою. Обширный сад был изысканно украшен мелкими, желтыми огнями гирлянд, утопающих в кронах деревьев. Повсюду сновали люди, обустраивая зону банкета, заставленную круглыми маленькими столиками, покрытыми белоснежными скатертями. Сияющее в свете огней полотно выгодно перекликалось со светлым оттенком стен особняка. В отдалении, на большой сцене монтировали лазерное и звуковое оборудование. Судя по всему праздник должен был иметь по истине королевский размах.