Чтение онлайн

Ну и внешний вид машин тоже изменился — например, решетка радиатора, боковые вентиляционные решетки, накладки на дверь багажника и многое другое. Варианты отделки салона таковы: кожа Oxford или Alcantara, бархат, массив ореха и т. д. Установлены пятидюймовый информационный ЖК-дисплей, навигационная система класса премиум с жестким диском, аудиосистема Harman/Kardon мощностью 380 Вт и многое другое. Range Rover снабжен системой «старт-стоп», а технология E_Terrain помогает сократить выброс углекислого газа. Новый RRS отлично приспособлен к городу. Например, благодаря увеличению дорожного просвета на 51 мм, до 278 мм, он легко заезжает на высокие бордюры и проходит глубокие лужи, что в Москве весьма актуально.

Сергей Чернышов

Персональная ответственность за результат, порядок в управлении, развитие реального сектора по всей области

Губернатор Иркутской области Сергей Ерощенко

Фото: ИТАР-ТАСС

В мае 2012 года губернатором Иркутской области впервые за долгие годы стал не варяг, а местный предприниматель Сергей Ерощенко . Его назначения не предвидел ни один политолог, хотя в области он известен хорошо. Созданный им и его старшим братом холдинг «Истлэнд» к тому времени работал едва ли не во всех отраслях экономики региона. Тут было и пароходство, и туризм, и уголь, и региональная авиация. Методы работы в бизнесе — ориентир на результат и персональная ответственность — губернатор использует и на государственной службе. Только результаты, которых он сейчас стремится добиться, лежат в социально-политической плоскости.

О перенастройке региона, привлечении инвестиций и сложностях развития перспективных отраслей рассказывает Сергей Ерощенко.

Сейчас возможностей не меньше

— Раньше вы управляли крупным региональным холдингом, теперь — регионом. Что изменилось в вашей работе?

— Я всегда относился к жизни ответственно, анализировал каждое свое действие — в этом смысле ничего не изменилось. Но задачи губернатора совершенно иные, нежели задачи крепкого хозяйственника или политика. Сфера деятельности губернатора гораздо шире — это социально-экономическое развитие региона. Я четко понимаю свое предназначение и куда попал. Я бы никогда не согласился на эту работу, если бы не считал, что могу что-то реально сдвинуть в Иркутской области. В своей уверенности я опираюсь на историю региона: строили же здесь в советское время плотины и заводы. Что изменилось-то? Сейчас возможностей не меньше.

Говорят, например, что у нас хороший бюджет. А я говорю, что нет — с точки зрения достижения результата. Приходится фактически в ручном режиме управлять регионом, изобретать решения. Я много езжу по области не от нечего делать, борюсь с системой, которая настроена не на результат, а совсем на другие цели: освоить средства как получится, отчитаться поэффектнее, изобрести громкий прожект. Система должна работать на комплексное решение по развитию.

— Как вы оцениваете результат своей работы?

— По статистике социально-экономического развития, темпы роста промышленного производства в области за 2012 год составили 144 процента, мы лидируем в Сибири и шестые по России. Темп роста валового регионального продукта в два раза превышает общероссийский — около 108 процентов. По налоговым доходам на душу населения, равным 43,5 тысячи рублей, по итогам прошлого года Иркутская область опередила

Кемеровскую и стала второй после Красноярского края, а по темпам роста собственных доходов занимает первое место в Сибирском федеральном округе.

Многое приходится делать заново

— В регионе много болевых точек — Байкальский ЦБК, буксующий проект строительства туристической зоны « Ворота Байкала»…

— То же самое можно сказать и про Усолье-Сибирское, Саянск, Иркутск. Сегодня эти города имеют сильно запущенную проблемную историю. Проблемы возникли потому, что от их решения чаще всего просто уходили. Поэтому надо заниматься конкретикой, чтобы в том же Байкальске людям не просто воду включили, а ликвидировали саму возможность отсутствия воды. Этим мы сейчас и занимаемся — выправляем истории болезней.

— А как продвигается проект « Ворота Байкала», есть какой- то результат за год вашей работы?

— Есть, но путь пришлось проделать очень сложный. Некоторые проекты приходится создавать заново. Вот, например, в свое время на новый аэропорт Иркутска было потрачено 600 миллионов рублей. Но место для строительства современного аэропорта изначально выбрали совсем не подходящее. Проект, по сути, остался на бумаге. То же самое и с туристической зоной. Там все время занимались проектированием, потратив на это немалые средства.

У нас часто забывают, что туризм — не только территория и гостиницы. Это еще и транспорт, и обученный персонал, и энергия, и завод по переработке мусора. Словом, сейчас мы наводим порядок во всех отраслях, и в туризме в частности. Недавно были выявлены нарушения в лесной отрасли, убытки составили 2 миллиарда рублей. Этим делом, особо его не афишируя, мы занимались год совместно с федеральными органами власти. Люди просто выкачивали деньги из региона.

Туризм же прокормить регион вряд ли в состоянии, но благоприятно повлиять на его имидж, на миграционные потоки может.

— В 2012 году областной ВРП, о котором вы уже говорили, рос в основном за счет лесного комплекса и сырьевых отраслей. Планируется ли развитие глубокой переработки в этих секторах?