Эксперимент
Шрифт:
– О, милая, в душе…усеянная капельками воды…мокрые ресницы…– шептал он, пытаясь прижаться к ней.
– Милый мой, расскажи мне быстренько, что здесь не так? – задал она вопрос, отпихивая его от себя.
Левиафан смутился и нервно посмотрел на неё.
– Опять начинается, Лилит?
– Что начинается? Это всё не выглядит реальным! Как будто это очередная твоя шуточка, понимаешь? И что здесь делает эта парочка? – Лилит удивленно хлопала глазами и пристально таращилась на Левиафана.
Он ответил ей хитрым взглядом и довольно вздохнул.
– Я нашёл тебе новых
В половине четвертого все четверо вышли из такси напротив входа в аэропорт.
Здание было огромным и напоминало большой муравейник: из него туда-сюда шныряли люди. У них были бешеные лица, выпученные глаза, вспотевшие лбы. Кругом слышался шум колес машин, багажей и тележек, разноплановой музыки и языков. Женские голоса постоянно что-то объявляли на весь аэровокзал, их было слышно даже на улице. Они сообщали обезумевшим людям о каких-то посадках, вылетах, отменах. Рядом с аэропортом бегали здоровые, потные мужики и предлагали всем свои услуги в виде таксиста или грузчика. Человек, которому они это предлагали, всегда пробегал мимо, а за их спиной внезапно появлялся другой, которому были нужны такие услуги.
Люди в форме, словно совы, вертели головами на сто восемьдесят градусов. Они рассматривали каждое движение сосредоточенным взглядом, как будто изначально ожидали от всех подвоха.
Около самих входных дверей были места для курения, где толпилось много народу. Сигарета, обычно, выкуривается в течение десяти минут, но только не в аэропорту. Здесь люди били все рекорды.
Лилит практически рассмеялась, когда увидела толстого мужика с длинной бородой, его пальто было расстегнуто, а от него самого чуть ли не пар шёл. Этот мужик умудрился за одну затяжку скурить всю сигарету и выкинуть только обуглившийся фильтр и, как ни в чем не бывало, побежать дальше. Было такое скопление людей, казалось, что у них как будто мозги просто взяли и отключись. Они даже не были похожи на людей, скорее на заведенных кукол, маленьких роботов, со сверхскоростным двигателем. Они мельтешили, как молодой косяк рыб, постоянно сшибая друг друга.
Вот она – проблема времени, враги времени. Они все куда-то опаздывали или, просто, боялись не успеть. Лилит бешено наблюдала за каждым пробегающим муравьём. Вся эта суматоха сводила её с ума. Один толкнул, двое промелькнули перед глазами в сторону автомобильной стоянки, ещё одни пробежал назад в аэропорт, по ноге проехала тележка, которую тащила женщина лет пятидесяти. Между Лилит и Левиафаном протиснулся какой-то ребенок, который не то плакал, не то очень странно смеялся, за ним следом бежал второй ребенок.
Левиафан тем временем стоял с очень довольной улыбкой и, судя по всему, чувствовал он себя как рыба в воде. Он вообще любил публику, любил, когда вокруг него бегало столько потенциальной еды. Лилит вздохнула, осмотрелась, идя за Левиафаном.
– Перелет долгий, последнюю сигарету, затем кофе! – улыбнулся Левиафан, склонив голову и заигрывающе взглянул на неё.
Левиафан судорожно хлопал себя по карманам, ищу пачку сигарет. Лилит усмехнулась и протянула ему пачку.
– Слишком быстро собирался, так и знала, что забудешь.
– Merci bien –
– S’il vous pl^ait! – недолго думая, Лилит улыбнулась ему в ответ.
«Пожалуйста» и «Большое спасибо» – пожалуй, единственное, что она знала по-французски, в отличие от Левиафана, который естественно за свою долгую жизнь успел пожить во Франции лет так десять и, конечно же, он свободно говорил на этом языке. Как и подозревалось, в его глазах промелькнула стесненная и замкнутая гордость…пока что стесненная и замкнутая.
Их рейс был назначен на 6:05. В аэропорт они приехали заранее, так что они решили сразу пойти на регистрацию, а потом со спокойной душой посидеть в кафе.
Регистрацию и паспортный контроль они прошли как ни странно, без всяких эксцессов. На втором этаже вновь испеченные друзья нашли уютный ресторанчик, и расселись за столиком, который стоял около огромного окна. Вид из него выходил на взлетную полосу и «депо» самолетов.
Лилит посмотрела на самолеты, из которых то и дело выходили и входили люди. Затем она перевел взгляд на билет. Все углубленно изучали меню, пытаясь выбрать перекус. В это время Лилит таращилась в окно. Её взгляд упал на большой белый самолет, на морде которого было написано AirFrance, и ещё какая-то надпись на хвосте, Лилит не смогла разглядеть её.
Надписи были синего цвета, а на самом хвосте красовались синие и красные полоски, а между ними белые. Навскидку, в нем поместилось бы человек двести. Фюзеляж был слегка удлиненный и тупой. Вокруг самолета бегали люди, все время подъезжали и отъезжали рабочие грузовики. Что-то внутри Лилит подсказывало ей, что именно на этой машине они полетят.
– Что ты там разглядываешь, милая, уж не Airbus A321? – пододвигая кружку кофе Лилит, спросил Левиафан.
– Ничего не разглядываю! – быстро ответила Лилит и отвернулась от окна.
Левиафан сузил глаза и посмотрел в окно. Она внимательно проследила за его взглядом.
– Дорогая, если ты сейчас скажешь мне, что ты боишься летать, у меня появиться отличная возможность потешаться над тобой в течение долгого и скучного перелета! – он с надеждой и предвкушением расплылся в улыбке.
Лилит искоса посмотрела на него, облизнула сухие губы и усмехнулась.
– Любовь моя! – она соблазнительно закусила нижнюю губу, – Хорошо, что у тебя есть мечта! Мне крайне неприятно разбивать ее, но выбора у меня нет. Я никогда не боялась летать! Просто я люблю смотреть на самолеты, меня завораживает это чудо современных технологий!
Левиафан хмуро посмотрел на девушку и отвернулся, изобразив расстроенное лицо.
– А мне вот как-то не по себе в самолетах, – сказал Свеа и улыбнулся Летиции, она улыбнулась ему в ответ.
– Да ладно вам, ребята! Расслабьтесь! Самолет – это не худший вариант транспорта! – рассмеялся Левиафан, вспоминая кареты, кораблики и лошадей в XVII веке, – «Железная птица» – удобно, быстро и приятно!
В двадцать минут шестого женский голос объявил посадку на их рейс.
– Пошли! – Левиафан вскочил и схватил сумки, и хотел уже бежать сломя голову на посадку.