Эксперимент
Шрифт:
"Не хочешь туфельки забрать, Золушка?"
Отправил ещё ночью. У него мои туфли! Клёвые туфли. Хочу забрать, они красивые и удобные. Покосилась на Алёнку, набирающую очередное сообщение и написала ответ Богдану:
"Верни туфли гад!"
И не нужны мне эти туфли к черту! Просто некому написать. Призналась сама себе. Есть кому, но совсем не хочется. У Алексы всегда были поклонники, но писать и тем более встретиться с кем-то из них совсем не хотелось. Она верна своим чувствам, и никто ещё не смог её переубедить в обратном, не встретился такой от которого мурашки по коже. Он был один и единственный… Ответ
"Что мне за это будет?"
— Вот урод! — возмутилась Алекса через чур громко.
Алёна оторвалась от телефона на подругу, вместе с охранником магазина, который ходил за ними по пятам. Алекса с остервенением тыкала по дисплею телефона:
"В морду со второй стороны."
Отправила довольная собой. Алёна, поглядывая усмехалась, выбирая алкоголь. Пропищало сообщение:
"Если повторить всё по порядку, как в прошлый раз, то я согласен."
Перечитала дважды. Вот гад! Что он имеет ввиду!? Поцелуй и он готов получить в морду со второй стороны… Совсем дурак! Могу и без поцелуев со второй стороны. Алёна заглянула в телефон Алексы:
— Что пишет?
— Кто? — Алекса спрятала телефон и покраснела.
— Ой, да ладно! Знаешь кто. Богдан, — улыбаясь, Алёна.
— С чего решила, что уродец пишет? — картинно округлила глаза Алекса.
— Илья сказал, что вы с Богданом прямо сейчас пишетесь, а ему сам Богдан сказал.
Алекса открыла рот без слов. Вот гады, как бабы треплются! Хватанула бутылку мартини, Алёна засмеялась и показала такую же.
— Берём обе, — опустила в тележку обе бутылки, пряча глаза.
А подруга нагло улыбается. Довольная своей осведомленность.
— Хватит лыбиться, как дура, такси вызови.
— Вызвала. Минут пять ещё тут погуляем, пока на кассе, как раз приедет.
На кассе Алёна попросила бутылки завернуть в два пакета и положить на дно, а сверху всё остальное. Брови Алексы в недоумении поползли наверх, но комментировать она не стала, мысли заняты другим. Расплатилась карточкой, взяли по пакету и пошли на выход. Такси должно было уже подъехать.
Богдан договорился с Ильей, после работы вместе на тренировку рвануть. Освободившись раньше заехал к нему, а тот не может оторваться, пишется с Алёной. Которая ему сообщила, что они в магазине, Илья предложил отвезти домой, под предлогом, что он соскучился.
— Ты езжай, я чуть позже подъеду. Подруганок домой из магазина отвезу. Из-за этой оторвы, я за Алёнку беспокоюсь, — Илья Богдану.
— Я с тобой.
— Уже соскучился? — вскинулся Илья.
— Скорее заскучал, — улыбнулся Богдан, читая сообщение от Алексы.
Так парни вдвоём приехали к магазину, вместо такси, которое, как думала Алекса их уже ожидает. Илья в предвкушении реакции Алексы, Богдан с волнением, впрочем, как всегда при её появлении.
— Спорим, не поедет она с тобой, — Илья был уверен в провале Богдана.
— Спорить не буду, но утверждать утверждаю, поедет, — уверено Богдан.
Он то знал, как её обезоружить или напугать. Пугать её сейчас не хотелось совсем, а обезоружить очень. Главное почувствовать грань, которая отделяет одно от другого. Страсть её пугает, это он выяснил вчера с утра, лишь намёк в глазах и она испугалась. Почему, ещё предстоит выяснить. Вот двери открываются, показались две девушки, примерно одного роста, одеты почти одинаково, лишь небольшая
— Мы думаем об одном и том же?
— Об одном. Где-то были эти дамочки сегодня, — прищурил глаза на Алексу Богдан, замечая, как сердце дрогнуло и понеслось. Давно он так не реагирует на девчонок.
— И девочка моя совсем не в платье, а точная копия оторвы. Кто так повлиял на неё, догадываюсь, — сквозь зубы Илья.
— Чем тебе не нравится, очень милые девочки, — заступился Богдан.
Алекса увидела парней сразу, как только за ними захлопнулись двери магазина. Она чуть не киданула от досады пакет об асфальт. Алёна же сияла словно солнышко, освещая всё вокруг своей улыбкой. Они стояли на тротуаре, рядом с припаркованными машинами и подозрительно смотрели, перекидываясь короткими фразами. Алекса аккуратно поставила пакет с алкоголем у своих ног и сложив руки на груди повернулась к улыбающейся подруге.
— Это такси? — кивая головой в сторону парней.
— Это наши мальчики, — глупо улыбаясь ответила Алёна. — Они лучше, чем такси.
Алекса зарычала от бессилия поднимая лицо к небу и сжимая кулаки, она сейчас стукнет эту дуру. Только бы удержаться.
— Моего мальчика, там нет! — ткнула пальцем в парней Алекса.
— Есть! — набычилась в ответ Алёна.
— Алён, подскажи, что мне с тобой сделать? Придушить?
— Поблагодарить, расцеловать… — Алёна глянула на приближающихся Илью и Богдана с улыбкой. — Они идут, не горлань. Будь умницей, Богдан не любит психованных…
Алекса заскрежетала зубами на неугомонную подругу. Илья не церемонясь забрал у обоих пакеты и тут до Алексы дошло, зачем эта "рыжая" шифровала алкоголь. И как она сразу не догадалась… От Ильи прятала. Во зараза! Перекрашу в рыжую! Клянусь! Сделав вид, будто Богдана и нет вовсе, потопала следом за подругой, которая даже не пыталась скрыть довольную мордаху.
— Лекс, ты со мной едешь, — услышала она за спиной.
Остановилась, не оборачиваясь. Как он её назвал!? По имени!? С какой стати она поедет с ним? Ей показалось или там кто-то что-то проблеял. Все же показалось. В каком тоне он это сказал? С ней в таком тоне разговаривать нельзя, можно и по зубам получить. Илья уже укладывал покупки в машину, Алёна оглядываясь продолжала лыбиться. Разворачиваясь к наглецу лицом, усмехнулась, он стоял чуть задрав подбородок, засунув руки в задние карманы джинс. Хорош паршивец.
— Ты что, в себя поверил? — сквозь зубы прорычала Алекса, окидывая взглядом его внушительную фигуру.
— Я всегда в себя верю. А ты смотрю, боишься меня?
— Совсем берега попутал!? Тебя бояться, себя не уважать, — тоже мне нашелся, указывает, что мне делать, поражалась Алекса, направляясь к Алёне и Илье.
Сняла бейсболку, засунула в рюкзак. Подруга уже сидела в машине, а Илья стоял у открытой двери ожидая развязки и явно наслаждался зрелищем, гаденько так улыбаясь. И тут наглые ручище хватают сзади, прижимая к себе сильно в ежесекундном порыве. Она застывает, дыхание от неожиданности перехватывает. Чувствует спиной, каждый рельеф его тела, а себя такой беспомощной и маленькой. Богдан наклоняется и в самое ухо касаясь губами: