Чтение онлайн

— Пак Джин Хо! Такой оценки знаний японского я ещё не слышал из уст Танако — сан!

Через несколько минут подошёл преподаватель русского языка. Это был вегугин — европеец, а вернее, молодой русский с голубыми глазами и рыжими волосами.

— Доброе утро Джин Хо! Меня зовут Анатолий Алексеевич Завьялов! Но так, как вы, корейцы, не можете произносить наши длинные имена и фамилии, то здесь меня зовут просто Толик. Говорят, что ты сама смогла выучится говорить по-русски! Неужели это правда? — Сразу перешёл на родной язык учитель.

— И вам доброго утра, Анатолий

Алексеевич! Я не только могу свободно говорить на русском, но и читаю, и пишу на этом языке! — Бодро отрапортовала Джин,

— Даже могу прочесть стихи, которые я написала вчера вечером!

— Ты пишешь стихи?

— Да, вот. — Джин протянула листок с написанными на нём виршами. Завьялов взял его и начал читать вслух:

"Однажды в студёную зимнюю пору

Я из лесу вышла,

Был сильный мороз…"

По мере чтения стихов брови у русского поднялись домиком. Он взглянул на замдиректора и произнёс по корейски:

— Эта девочка свободно владеет языком, и я удивлюсь, если она принесёт сертификат с оценкой менее 95 баллов! Замдиректора вновь удивлённо поднял брови, подождал, пока вегугин выйдет из учительской, затем отдал папку с документами Джин Хо, а потом сказал:

— Иди в класс, но знай, если ты за эти две недели действительно получишь сертификаты с высокими балами, то сможешь сдать Сунын на два года раньше срока. Для этого во время экзамена ты должна получить не менее 80 баллов по математике, физике и химии. Так решила дирекция!

Джин, прижимая к груди папку с бумагами, медленно возвращалась в класс.

"Хорошо, что я попробовала написать на русском эти вирши, вот, сразу пригодилось!

И себя проверила, и что написал местный Некрасов, узнала — Таких стихов у него нет!

Как будто знала, что сегодня они пригодятся — листок с в рюкзак сунула. Или это симбиот сработал?".

Кончились уроки, и она с Лали и Мэй отправились покупать десктоп и микрофон. После трёхчасового хождения школьницы наконец нашли магазин, где смогли приобрести довольно мощный ноутбук "Асус" китайского производства за 280 баксов и два микрофона, по 250 "зелёных" каждый. Всё это отнесли к Лали. Джин подсоединила покупки к синтезатору хозяйки.

Мэй подождала, пока будут окончены все приготовления, а потом известила подруг:

— Вчера вечером я узнала неприятную новость! Со следующего года в Кирин будут принимать группы с числом мемберов не менее пяти!

— Значит нам придётся увеличивать состав группы. — Задумчиво сказала Лали. — Но где искать новых мемберов?

— Нужно пойти в Центральный парк! Там много различных групп тренируются на открытых сценах! — Предложила Мэй.

— Вот, в воскресенье и пойдём!

А теперь послушайте! Я знаю несколько языков в совершенстве. Поэтому легко получу на них сертификаты. Лали знает китайский и учит вместе с тобой Мэй японский и английский. Но успехи у вас посредственные. У меня есть программа, которая позволяет ускоренно учить разные языки. Я её вам скину на ноутбук — лучше, чтобы никто не знал, что она у вас есть. Подучите с её

помощью английский и японский. Больше вам не надо.

Потом пройдёте сдавать на сертификат в Центре языка. Главное, чтобы вы смогли получить чуть больше 80 баллов. Меня допускают после летних каникул к сдаче Сунын экстерном. Я хочу, чтобы за время каникул ты Лали, подтянулась по математике, а ты Мэй — по физике. Тогда и вас могут допустить к тестам. Если мы все получим по 80 и более баллов по этим предметам, то сможем поступить в Кирин в следующем году, а не через два года, как мы хотели!

— Откуда ты это знаешь? — Мэй удивлённо посмотрела на Джин. — Мне дядя ничего такого не говорил.

— Я прочла документы, которые мне дал сабоним! Там говориться о новой инструкции Министерства образования для таких школ, как наша. Указано, что если в школе организована музыкальная или техническая группа, то её мемберы могут экстерном сдавать Сунын. Для этого надо отнести в секретариат сертификат о наличии такой группы. Мэй возьмёт копию документов о "Короне" у своего дяди и завтра сдаст в дирекцию.

— Придётся сильно потрудиться! — Вздохнула Лали. После этого Джин переписала программы обучения языков на ноутбук, и подруги расстались до следующего дня.

Последующие две недели Джин по понедельникам сдавала тесты в Центре языка, а в пятницы узнавала ответы.

Ей дали сертификаты со следующей оценкой:

— японский — 94 бала;

— китайский — 93 бала;

— русский — 97 баллов.

За это на карточку её матери пришло три миллиона вон, которые Джин Хо оставила семье в счёт погашения долга по страховке медицинских услуг. Теперь она ходила в школу только на занятия по физкультуре, математике, физике, химии и корейскому языку.

У неё образовались два свободных дня, которые она использовала для сдачи тестов по немецкому, итальянскому и испанскому языкам. Были получены сертификаты с оценками не ниже 92 баллов, а кошелёк Джин пополнился полтора миллионами вон. Её мать привыкла к еженедельным СМС с оповещением о приходе денег на банковский счёт, а старшая сестра украшала свой стенд на первом этаже новыми копиями сертификатов Джин.

Дирекция, видя крупное пополнение школьной кассы (150 миллионов вон) пошла навстречу девочкам из "Короны", разрешив им самостоятельно, но под контролем учителей, заниматься языками, математикой, физикой и химией. Школе Министерство перечислило 15 миллионов вон за то, что дирекция первой из всех подобных учебных заведений отчиталась перед чиновниками об образовании музыкальной группы, и её подготовке к сдаче Сунын экстерном.

Прошла ещё одна неделя. Мэй и Лали решились пойти в Центр языка. Им удалось получить за знания английского по 83 балла, а за японский — по 81. Этого было достаточно, чтобы писать заявление на сдачу тестов экстерном в октябре. Улучшились у них результаты и по математике с физикой.

В конце недели подруги решили погулять в Центральном парке, и поискать новых мемберов "Короны". Джин, как самая денежная, купила всем по мороженному.

Корейское мороженое Патбинсу