Чтение онлайн

— Мир не видел, что они делали с простыми гражданами, — сказал я. — А самое главное — этого не видели другие эксфэры.

Гаранкин с интересом глянул на меня, и я продолжил:

— Сотни… тысячи эксфэров следят за происходящим и не знают, чью сторону принять: с одной стороны Маркус, играющий роль Робин Гуда, а с другой — государственные СМИ, путающиеся в собственных утверждениях. И это не считая того, что в «Лотосе» есть эксфэры, которые служат по принуждению.

— Допустим, мы

сделаем, как ты просишь, но что дальше? Думаешь, все разом возьмут да побегут спасать задницы политиков?

— Это им решать. Мне лишь нужно, чтобы в информационном поле появилась реальная противоборствующая сила с конкретными и правдивыми фактами. Когда придёт время, я раскрою свою личность и перетяну сомневающихся эксфэров на свою сторону.

— На свою сторону?

— Третья сила.

— Сынок, ты себя переоцениваешь.

Я промолчал, и Гаранкин сказал:

— Ты едва ли сможешь справиться с шестёрками Маркуса, но при этом собираешься бросить вызов ему самому. На что ты рассчитываешь?

— Там, на Красной площади, это я ударил по куполу молнией.

— Что ты сказал?

— Я универсальный эксфэр, — произнёс я. — Такой же, как и Маркус.

— Что за вздор?

— Я умею впитывать чужие способности.

Гаранкин был удивлён. Он долго всматривался в моё лицо, словно пытался разглядеть хоть какие-то признаки лжи, но не высказал слов недоверия. Воспользовавшись моментом, я произнёс:

— Пока мы в симуляции, мне надо задать вам один вопрос.

— Задавай.

— Вы каким-либо образом связаны с «Лотосом»?

— Да что ты…

— Вы и без меня знаете, что в ФСБ есть их информаторы, — прервал его я. — Разумеется, вы вряд ли имеете к ним отношение, но я должен убедиться.

— Что тебе с моих слов?

— Я распознаю ложь.

На лице Гаранкина снова мелькнуло едва заметное удивление. Он умолк на миг, а затем сказал:

— Я не без греха, но всегда был предан своему отечеству. Я офицер, в конце концов!

— Владимир Вячеславович, если позволите, мне нужен конкретный ответ.

Он не стал спорить:

— Я никогда не был связан с «Лотосом» и никогда не буду иметь с ними ничего общего. Такой ответ тебя устроит?

— Вполне, — кивнул я.

— Что ж, мы обсудим твоё предложение и сделаем всё возможное. Никаких обещаний давать не буду.

— Это ещё не всё, — сказал я. — Мне нужен свободный доступ к охране президента и в тюрьму, где вы держите пойманных эксфэров.

— Зачем?

— Чтобы получить новые способности.

— Третья сила… Новые способности… Не слишком ли жирный кусок пирога ты пытаешься оттяпать?

— Это в ваших же интересах, Владимир Вячеславович.

— Слышал я уже

подобные речи… Слышал… — пробормотал он, уставившись на стеллаж с книгами. — Всё это заканчивается одинаково.

— У меня только одна цель — уничтожить «Лотос». Ни власть, ни деньги меня не интересуют. Как всё закончится, я забуду вас всех, как страшный сон.

— Страшные сны запоминаются лучше всего, сынок, — многозначительно сказал Гаранкин, а затем добавил: — Ладно, посмотрю, что можно сделать. Что-то ещё?

— Небольшой совет, если вы не против.

— И какой совет мне может дать восемнадцатилетний юноша?

— Верните на работу уволенных эксфэров, — сказал я. — Никто из них не виноват в моём побеге и ничего не нарушал. К тому же, помощь Максима вам необходима.

— С чего вдруг?

— С его способностью у вас есть все шансы найти информаторов. Прошерстите хотя бы руководящий состав.

— Я подумаю, — произнёс Гаранкин и спросил: — Теперь-то всё?

— Я позвоню Муслиму в пятницу вечером, — сказал я и на прощание кивнул: — До свидания, Владимир Вячеславович.

В пятницу я без приключений отвёз родителей в село близ Рязани. По сравнению с нашим обиталищем дом был совсем небольшим, но уютным. Да и место хорошее: просторные поля, лес, тихие соседи — Илья не просто так выбрал именно этот участок.

Заверив маму и папу, что всё будет в порядке, я уехал, а в конце дня нашёл телефон и позвонил Муслиму. Он дал тот ответ, который мне и хотелось услышать:

— Гаранкин дал добро.

— На что именно?

— На всё.

— Отлично, — произнёс я, понимая, что никакой запасной план не потребуется. — Когда можно увидеться с вашими?

— Только через три дня.

— Почему?

— Уезжают.

— Куда?

— Думаешь, я скажу? — усмехнулся Муслим в трубку. — Загляни пока в тюрьму, а потом с ними познакомишься.

— Тебя ввели в курс дела?

— Немного, — сказал он и спросил: — Это много времени занимает?

Понимая, о чём он спрашивает, я ответил:

— Если долго находиться рядом, то не больше нескольких дней.

— Интересно…

— Где сейчас тюрьма находится?

— На старом месте.

— Уже восстановили?

— И не только, — ответил он. — Охрану тоже усилили.

— У меня есть какая-то легенда?

— Сотрудник, который изучает способности. В общем, будешь проводить… анкетирование.

— «Анкетирование»? — с улыбкой переспросил я.

— Называй как хочешь. Главное — тебя пропустят, а дальше сам разбирайся.

— Меня без документов пустят?

— Не беспокойся, я остаюсь в Москве, поэтому сам тебя встречу.