Эхо

ТОТ САМЫЙ ПРАЗДНИК

Один, в комнате с приглушенным светом, развалившись в кресле, сидел Эдвард Уиллис и о чем-то думал, его мысли прервала внезапно открывшаяся дверь и его жена Лиен, войдя в комнату, свойственным ей мягким приятным голосом спросила:

— Милый, мы сегодня идем в гости к Фридманам?

Эдвард, теперь уже точно, переключился с собственных раздумий на не менее важное, влияющее на его спокойствие событие.

— Что? — произнес с

отвращением Эдвард, будто показывая тем самым все свое отношение к Бобу.

— Эдди, ты же обещал! — возразила жена Эдварда.

— Да знаю я... Размышлял тут кое над чем — задумчивым голосом сказал Эд.

— Нам пора уже, соберись всеми силами — сказала язвительно Лиен — и зайди в мульти-гардероб, я тебе там набросала пару эскизов, — более веселым голосом продолжила. — Должно получиться великолепно!

И тут Эдвард разразился возмущениями, словно долгое время копил в себе всё презрение и ненависть к Бобу Фридману, хотя, так оно и было.

— Родная, ты же знаешь, как я его ненавижу, ты ведь хотела чтобы я вел себя прилично и не выражал свое отношение к людям так открыто...

Лиен думала, что он закончил, но тут:

— Столько лет я работал на этих мудил, кто такой Боб?! Да он простой управленец, если хочешь — клерк, мать его! И он позволяет себе со мной общаться свысока, да, я не против что ты дружишь с Анной, но зачем там я?! — жадно глотая воздух после длинной речи, закончил Эдвард.

Лиен все это время стояла неподвижно и слушала его истерику, которая была не таким уж и редким явлением.

— Что ж, — подумала она — зато между нами всегда взаимопонимание и это не может не радовать...

— Я не могу сдерживать себя только в его присутствии, наверное, он мой личный антипод, ну не перевариваю я этого уб...

— Хватит! Прошу тебя, достаточно, ну не порть мне настроение — с ноткой отчаяния перебила мужа Лиен.

— Прости, родная, ты же знаешь, что ты не при чем, это все мои тараканы — подавленным голосом, пробормотал Эдвард... — немного подумав продолжил — я уже почти восемьдесят лет работаю на эту корпорацию, если помнишь, это именно я разработал концепцию твоего любимого мульти-гардероба...

— Да я знаю, что... — попыталась вставить слово Лиен, но Эдвард перебив, продолжил.

— И это не единственное, на чем сейчас зарабатывает долбаная «Альфа-Системс», кроме меня, в этой ущербной конторе нет никого, кто работал бы с тем же рвением как я, уныние — это теперь естественное состояние каждого инженера, программиста и даже прыщавого оператора доставки Фрэнка! — тут Эдвард задумался снова, как было до прихода его жены.

Решив свести все в шутку, Лиен захохотала — Эд, а почему Фрэнк не избавиться от прыщей?! Это же почти ничего не стоит!

— Потому что он полудурок, которого держат на работе из жалости, хотя я понятия не имею почему — это парадокс вселенной... — угрюмым голосом, разводя руками, сказал Эдвард.

— Ну вот, ты стал веселее! — улыбнулась Лиен.

— Да

уж.. Я размышлял, как раз над тем, что надо бы что-то менять, нет, не в нашей с тобой жизни, не думай так, а в работе, или вообще в бессмысленном существовании человечества.

— О чем это ты? — решила поддержать мужа Лиен.

— Сейчас корпорации работают, только ради того, чтобы работать, хоть как-то оправдывая вложенные в них инвестиции. Ведь уже изобрели вообще всё, что только можно придумать!

— Ну всё, это надолго... — подумала Лиен.

Эдвард, надменно, в свойственной ему манере, продолжил свою речь — И эти полудурки, типа Боба Фридмана, считают себя центром вселенной, в то время как я и подобные мне талантливые ученые, хоть что-то изобретают и наделяют смыслом жалкое существование этих слабоумных корпораций!

— Дорогой!...

— Прошу, не перебивай меня! — возбужденным от захлестывающих эмоций выпалил Эдвард — Так вот, мне уже надоело, нет, даже охренеть как надоело все это! Что делает Боб весь рабочий день, знаешь? А я скажу что — ни-хре-на! Разве что ходит и демонстративно светит золотым бейджем, показывая свой высокий статус нам «смертным», будто только у него одного тут есть доступ к нано-инъекции.

— Да это тут при чем?! — спешно вставила Лиен.

— При чем?! — удивленно, едва ли не вскрикнув, произнес Эдвард — при том, что он себя возомнил, чуть ли не создателем всего сущего, только потому, что его назначили директором по развитию отдела. Ага, как же! Развивает изо всех сил... — высоким голосом, театрально смеясь, закончил Эдвард.

— Ладно тебе, хватит, дорогой, я уже сама устала от этого разговора, просто давай пойдем и всё, кроме Боба там будет много других людей, с которыми ты прекрасно ладишь — добрым заигрывающим голосом сказала Лиен.

— Любимая, вот каждый раз ты так делаешь, знаешь же, что не смогу тебе отказать, когда ты вот так говоришь! — улыбнулся наконец Эдвард.

К большому сожалению Эдварда, Фридманы проживали в том же самом жилом комплексе, что и они с женой, более того, в одном корпусе. Переодевшись в новую дизайнерскую одежду Лиен, они вышли из квартиры. Лиен спешно закрыла входную дверь и женатая пара под руку, направилась к пневмо-лифту. Лиен была частым гостем у Анны Фридман — две родственные души, всегда находили общий язык и тему для разговора.

Эдвард и Лиен вошли в жилище Фридманов, открыв дверь собственным гостевым пропуском.

— Лиен! Дорогая! Ты сегодня необычайно прекрасна — выкрикнул издалека Боб, едва не смутив ее.

Подойдя ближе, Боб первым делом поздоровался с Лиен за руку и по-дружески дотронулся до плеча, при этом совершенно игнорируя Эдварда Уиллиса.

— Как добрались? — шутливо спросил Боб.

— Вы знаете, быстро! — засмеялась Лиен — здравствуйте мистер Фридман! — добавила она.

— Ой, да что ты, называй меня просто Боб, ты уже, как часть моей семьи, Анна постоянно о тебе говорит.