Эхо взоров

* * *

Костёр горит внутри меня

И в зеркалах упрямо.

Ручьи безмерного огня

Шумят под амальгамой.

Гремят, гудят, впадая в страх

В зеркальном стонут мраке,

И воют в огненных мирах

Бездомные собаки.

В мирах бездомных не уют,

А гул преображенья.

Во мгле сверкающей снуют

Обугленные тени.

В пучине чёрной вечен путь,

И нет

огня без дыма…

Перерождается вся суть

Стремительно и зримо.

Лавины судеб, глаз и рук

Текут из бездны в бездну.

В огне бушующем вокруг

Сгорю, но не исчезну.

Покой земной отдав костру,

Где смысл огня понятен,

Проник я в чёрную дыру

Во имя белых пятен.

* * *

От узаконенных вздоров

Идём в основу основ,

В зеркало, в эхо взоров,

Ликов и пройденных снов.

Суть в нём трепещет наша,

Радужные терема…

Не завтрашний мир, не вчерашний,

А вечный, что свет и тьма.

Избыток печали и смеха

Вернётся к нам из зеркал.

Для них мы ведь тоже – эхо.

Гримаса, улыбка, оскал…

Да разве же мы искали

В мирах свой извечный след?

Всё родом из зазеркалья,

Иного исхода нет.

Наивны находки, потери,

Законы добра и зла.

Нам эхо открыло двери,

Извечен путь в зеркала.

От нищеты и богатства,

От круговерти земной

Уходим в своё пространство,

Уходим к себе домой.

* * *

Враг в позе «лотос» у реки

Ждёт гибели моей.

Его страданья нелегки,

Желанья всё черней.

Ты очень долго будешь ждать –

И час, и день, и год…

Мимо тебя, печальный тать,

Мой труп не проплывёт.

Но только не забудь о том,

Что в путь пора идти.

У горизонта, за холмом,

Погибнешь ты в пути.

Тебя там ждёт твоя мечта,

Где темнота, где мрак…

Ведь мной проведена черта

Твоей тревоги, враг.

Разные рассветы

Непостижим рожденья миг

Рассвета над водой озёрной.

Я шёл сюда тропой неторной.

По бурелому напрямик.

Я проложил стезю по лжи,

Чтобы войти в покой рассвета.

Наверное, удел поэта –

Не верить истинам чужим.

Хвала и созданной тропе,

По ней шагают, не вникая,

Куда ведёт стезя такая…

Рассвет

безрадостен в толпе.

Но есть холёная верста -

Для стада особей двуногих,

И катится по той дороге

За пустотою – пустота…

Увидят люди свой рассвет,

Для каждого есть миг восхода.

Новорождённый луч – не мода,

Не горсть украденных монет.

Непостижим поток огня,

Небес незыблемое древо,

Где тропы бесятся от гнева,

Теряя в сумраке меня.

* * *

По утренней осенней рани,

Листва на лужах, что паркет…

В лучах простуженных свиданье

Назначил мне твой силуэт.

Явился он из дней далёких

В продрогший мир, в угрюмый сад.

Бледны твои слова и щеки,

Как годы долгие назад.

Так что же ты сказать хотела,

Что объяснить в час тишины?

Ведь там и здесь, на свете белом,

Всё лживые слова черны.

Листва осин в немом полёте,

Свидетели средь бела дня…

Жесток разрыв души и плоти,

И он не радует меня.

Столетья, словно в лужи канут,

В озера, в реки и в моря.

Я уничтожен и обманут,

Пожалуй, всё-таки, не зря.

Под мрачным небом в тучах куцых

Деревьев листья в полусне.

Но, падая, они смеются

Над тем, что ты сказала мне.

Со мною осень не рассталась.

Как я давно сроднился с ней.

Она поймёт мою усталость

В золе и прахе серых дней.

Наивно тосковать по лету

В осенней стылой полутьме.

Я прочь по мокрому паркету

Иду от осени к зиме.

Кузнечик

Перелёты-прыжки по травам-цветам

Каждый миг наполняются смыслом.

Ведь давно он не здесь, но пока что не там…

Мир загадок и тайн под цветным коромыслом.

Пролетает кузнечик дорогой в траве,

Путь привычный его в вечность кануть не сможет.

Озарением резким в моей голове

Он секунды свои постоянно итожит.

Потеряться нельзя в перелёте-прыжке,

Ведь тому, кто потерян, не дано заблудиться.

Прохожу я по полю не с букетом в руке,

Уношу я отсюда разноцветные лица.

Что подарено вдруг пожеланьем извне,

То бесценно всегда – и без купли-продажи.