Чтение онлайн

Романчук только тихонько посмеивался, слушая возмущения Ильи. На душе было тепло и солнечно. Как он мог забыть, что в этом мире ещё остались люди, которые любят его?

– Я уже сбился со счёта; сколько раз ты меня обозвал за пятнадцать минут нашей встречи, - прервал Егор возмущения родственника.

– Я еще не закончил, - буркнул Хитрюк, толкая брата плечом, - или ты мне прямо сейчас рассказываешь, что ты задумал, или же я тебя грохну. А потом, когда обо всём узнает бабушка и грохнет меня, мы с тобой встретимся на том свете, и я попытаюсь придушить тебя снова.

Не выдержав, Романчук расхохотался,

услышав бредни Ильи.

– Ладно, не кипятись. По дороге всё расскажу.

Внезапно он боковым зрением уловил какое-то движение в окне дома напротив и тут же повернулся в ту сторону. Не понимая, что же всё-таки привлекло его внимание, мужчина внимательно рассмотрел соседское жилище. За невысоким кованым забором стоял небольшой с виду дом с мансардой и красной крышей, обитый светлым сайдингом. Во дворе повсюду росли разные яркие цветы, а слева прямо возле большого окна стояло несколько плодово-ягодных деревьев, на которых уже проглядывалась молодая листва. Среди тонких веток сада в окне он увидел свою новую знакомую, которая сейчас смотрела прямо на них с Ильёй сквозь стекло. Егор улыбнулся ещё шире и помахал Ане рукой. Улыбнувшись в ответ, девушка тоже помахала ему.

Илья, заметив, что брат кому-то машет, повернулся в сторону дома и, увидев в окне Аню, ухмыльнулся, посылая девушке воздушный поцелуй и отвешивая шутовкий поклон. Аня на это только картинно закатила глаза и покрутила пальцем у виска.

Отведя взгляд от соседки, Егор заметил стоящую у крыльца знакомую лопату и снова вспомнил обстоятельства недавнего знакомства с девушкой.

– Милая соседка Аня пришла сегодня знакомиться со мной с этой лопатой в руках, - весело кивнул он Илье на садовый инструмент, - не думаю, что она в полпятого утра вскапывала огород.

Хитрюк громко заржал, согнувшись пополам. А Егор, не дожидаясь, пока тот придёт в себя, направился в ту сторону, куда побежал его пёс. Отсмеявшись, Илья тоже последовал за ними. Какое-то время они шли молча.

– И долго ты будешь молчать? – наконец обратился к брату Хитрюк. – Ты обещал по пути всё рассказать. Я жду.

Егор тяжело вздохнул. Не хотелось снова возвращаться к печальным воспоминаниям. Но Илья прав; рассказать о переменах в своей жизни стоило, ведь родственник искренне переживал за него.

– Это всё из-за родителей, - начал Романчук, - насколько я понял, такой разговор был у них давным-давно. Когда умерла мама, мы привезли её хоронить сюда. Три месяца назад, перед своей смертью отец строго мне приказал, чтобы его обязательно похоронили рядом с мамой. Как будто я мог бы сделать по-другому…

– Егорыч, может ты забыл, но я был на похоронах обоих твоих родителей и прекрасно знаю, где они похоронены, - тихо сказал Илья.

Старший брат, устало и как-то печально потёр руками лицо, словно собираясь с силами.

– Ну, так вот, - после небольшой паузы продолжил Егор, - когда я после похорон вернулся в Нижневартовск, я чуть не свихнулся один в том городе и в той квартире. Работа и знакомые вообще не помогали отвлечься. Я настолько зае… , хм, долбался мыслями о том, что родители лежат здесь, а я хрен знает где и не могу даже навестить их, что практически перестал спокойно спать ночами. Ну и в один «прекрасный» вечер, поругавшись со своей подругой, я понял,

что меня в Нижневартовске вообще ничего не держит. Хороших друзей у меня там не было; в основном товарищи да коллеги по службе, с той самой подругой мы были вместе не очень долго, поэтому даже речи не было о совместном переезде, постоянные холода и снег я с детства терпеть не мог, а главное, что родители–то здесь теперь. Я через знакомых договорился о переводе в городской отдел недалеко отсюда, написал рапорт, собрал наши с Широ вещи и примчал назад на малую Родину. Мне уже в городе выдали служебную квартиру, там как раз на днях начали ремонт. Кстати, в навигаторе посмотрел, буду жить не очень далеко от тебя, минут пятнадцать на машине. Перед выходом на новую работу мне дали отпуск два месяца, и я решил пожить в нашем старом доме. Тянет меня туда, - закончил он свой рассказ.

Илья молчал, переваривая услышанное. На его лице отражалась смесь стыда и жалости. Но Егор не собирался его обвинять ни в чём. Да и в жалости не нуждался. Хотя от родственной поддержки не отказался бы. Остаться без родителей очень тяжело, даже если ты мужчина и тебе уже тридцать. Родители нужным всем. Без них теряются жизненные ориентиры и опора. Тяжело не сломаться в этот момент.

Словно услышав его мысли, Хитрюк неловко хлопнул его по плечу:

– Мы тоже твоя семья, Егор. Помни это. Ты не один.

Романчук с благодарностью улыбнулся брату:

– Ладно. Хватит распускать сопли, всё не так уж плохо. Зато теперь я буду рядом с вами.

Пытаясь как-то отвлечься от мрачных мыслей и печальных воспоминаний, братья заговорили о пустяках. За этим непринуждённым разговором парни вместе с Широ и подошли к дому Ильи. Внутри у Егора всё замерло в предвкушении встречи с бабушкой и тётей. Они тихонько вошли в дом. С кухни слышались чьи-то голоса. Оттуда же доносился запах жареных блинчиков. Такие уютные и привычные запахи в любом доме, где живёт большая семья. Егор сразу же вспомнил, какие вкусные у бабушки блинчики с вишнёвым вареньем. Илья первый вошёл на большую светлую кухню и тут же объявил всем присутствующим:

– Ма, бабуль, Янка, всем доброе утро. А у меня для вас сюрприз. Смотрите, кого я привёл! Ты чего там встал, тихушник? Проходи, поздоровайся с родственниками.

Романчук прошёл на кухню мимо Ильи и замер на пороге. Три пары женских глаз уставились на него в изумлении. Но он смотрел только в одни - голубые, как у него, только уже немного помутневшие, в окружении морщинок, но такие родные. Ему стало невыносимо стыдно, что он так редко навещал бабушку.

– Егорушка, - всхлипнула старушка, - неужели это и вправду ты?! Или у меня от старости в голове помутилось?

Романчук улыбнулся сквозь ком в горле и шагнул в родные объятия бабули. Вера Степановна не могла сдержать слёз и крепко, как только позволяли её слабые руки, обняла внука. Рядом уже стояла тётя Зина, чтобы тоже обнять племянника. Яна же тихо сидела на стуле и терпеливо ожидала своей очереди для приветствий двоюродного брата.

Когда с объятиями и слезами было покончено, все, наконец, смогли рассесться за большим круглым столом и спокойно поговорить. Егор, не вдаваясь в подробности, рассказал о своём переезде и планах провести в старом доме два месяца своего отпуска.