Его добыча
Шрифт:
Створки, предназначенные закрывать стыковочный шлюз, выглядели покорёженными, словно их изнутри выдавило взрывной волной. А в глубине раскрытого зева до сих пор виднелись световые зарницы…
Это случилось! Каким бы ни был неведомый мне способ, но Седьмой оказался прав — амиоты сделали так, что корабль сумел отстыковаться от станции. Мало того, они явно позаботились и о безопасности отлёта. Ударная волна, по поводу природы которой я могла лишь строить предположения, накрыла весь стыковочный отсек и вывела из строя внешний обод станции с нашей стороны. По крайней
Невероятно: нас так и отпустят? Не будет заключительного смертоносного залпа?
Игерь, как и другие члены экипажа космического грузовика, подобно мне, неверящим взглядом пялился во внешние экраны. Не знаю, сколько длился ступор, но резкое прикосновение к ноге заставило опомниться.
В том напряжении, в котором находилась, отсчитывая секунды и гадая, будут ли попытки со стороны выживших на станции уничтожить транспортник, а с ним и нас, действительно ужасно испугалась, когда кто-то резко стиснул лодыжку.
— Ай! — завопила от неожиданности, заставив всех — от амиотов до их пленников — обернуться в моём направлении.
Но последствия напугали ещё больше. Прежде чем все обернулись, а последние звуки слетели с моих губ, рядом оказался Седьмой. Он замер напротив, склонив голову, и уставился с высоты своего немалого роста… Смотрел вопросительно?
Ик.
А руки?.. Руки амиота сжимали мои плечи!
Ну всё, докричалась. Осознав, что вот прямо сейчас меня, подобно Дорану, выпьют до последней капли жизни, закрыла глаза, крепко смежив веки. Ужас сдавил грудь — дышать стало трудно.
— Надо. Сдержаться.
Не понимая к кому обращены слова Седьмого, я осторожно посмотрела на него. Пугающий монстр всё так же стоял рядом. И неизменная тишина настораживала. Но держал амиот уже не меня, а… двух собратьев. При этом они выглядели свирепыми, как если бы миг назад намеревались кинуться друг на друга.
Всё случилось тихо и почти молниеносно. Это буквально читалось во взглядах недавних членов экипажа транспортника. Забыв о наблюдении за экранами, все они насторожённо уставились на нас, не ожидая ничего хорошего.
Шевеление внизу внесло ясность. Вспомнив о причине своего испуга, я опустила взгляд. Амиотка! Она странным образом раскачивалась на полу, с хаотичной беспорядочностью шевеля руками. То хватала ими воздух, то тянулась ко мне, то приобнимала себя за плечи… Или ощупывала своё тело?
— Пугаете.
Вмешался ещё один великан-амиот, скорее всего обращаясь к двоим собратьям, непонятно почему потерявшим контроль над собой. Присев рядом с женщиной, он пристально уставился на неё. Не сразу, но она тоже развернулась в его направлении, словно бы… прислушивалась.
Они общаются без слов? Логично же! Они бывшие фантомы, к чему бы им была нужна речь.
Рычание — угрожающее и опасное — вновь заставило нервно дёрнуться. Стараясь сжаться, я силилась отодвинуться как можно дальше от этих двоих — именно парочка амиотов вновь проявила признаки агрессии. Причём направлена она
— Успокойтесь. Контролируйте себя, — голос Седьмого звучал спокойно и повелительно. А руки всё так же удерживали собратьев, не позволяя схлестнуться. Или толкнуть меня? Но ещё более странным показалось выражение лица монстра?.. Казалось, он удивлён.
Все они поражены. Бросив взгляд вокруг, я поняла, что бывшие подопытные, набившиеся в рубку, настолько шокированы поведением этих двоих, что это отражается в выражении их лиц.
Другие пленники амиотов, подобно мне, едва дышали, стараясь вести себя неприметно. Неужели бунт в рядах сбежавших?
— Уууууоооозззз… Риш… Риш… я…
Амиотка на полу снова затряслась, на сей раз ещё и заскулив. Или зашипев?
Седьмой, продолжавший служить щитом между двумя слетевшими с катушек амиотами, обменялся долгим взглядом с Третьим — именно он и присел рядом с самкой, вероятно послужив причиной очередного всплеска недовольства двоих смутьянов.
— Он… Она… Не отзывается, — Третий вдруг проговорил это вслух.
— Да, — кивнул Седьмой. — Не понимает.
— Риш. Женщина? Что нам с ним теперь. Делать?
Мне казалось, что половину разговора я не слышу, так непонятны были отрывочные фразы, брошенные монстрами.
Но на самку амиотов их диалог неожиданно произвёл успокаивающее действие — она перестала скулить и дёргаться. Подняв голову, не сразу, но смогла сфокусировать взгляд на Седьмом.
— Отлично, Риш. Не срывайся. Мы разберёмся. Просто жди. И учись. Управляй оболочкой.
Напугав меня до икоты, самка вдруг резко мотнулась в мою сторону. Но коснуться не успела — Седьмой с какой-то запредельной скоростью умудрился отшвырнуть забияк в разные стороны и… перехватить конечность до того, как её острые когти впились в моё тело.
— Моя. Добыча.
Вот и всё пояснение, каким бы жутким оно ни было. Выходит, я не просто еда, я собственность этого монстра. И делиться он не намерен!
Почему с самкой — первой из представительниц слабого пола у амиотов, увиденной мною, — он пытается разговаривать вслух? Возможно ли, что женщина не слышит их мысленного общения? Риш — её имя?
— Соберитесь. — Седьмой говорил уже всем, оттеснив амиотку от меня и передав её Третьему. За этим пристально следили те два амиота, что ранее повели себя странно. — Угроза сохраняется. Отвлекаетесь. Зря.
Его слова, кому бы они ни предназначались, возымели эффект и на меня. Точно, станция! Взгляд метнулся к внешним экранам: мы отдалились? Не могли её обитатели смириться с этим побегом — я чётко это понимала.
Так и есть! Что амиоты не учли — это готовности военных на всё, лишь бы остановить их. Возможно, бессмысленного, вероятно, безуспешного и стопроцентно самоубийственного стремления бороться до последнего. А потому, несмотря на явные повреждения орудий ведения огня станции, в бой рванули относительно безобидные, мало приспособленные для боевых действий летательные капсулы. Они обычно предназначались лишь для выхода в открытый космос, использовались при ремонтных работах.