Чтение онлайн

— Вы что, мне взятку предлагаете? — скалится она.

Бл*ть, а ты типо не догоняешь?

— Нет, компенсацию, — улыбаюсь в ответ.

Сука.

— С деньгами мы позже разберёмся, — отвечает она, складывая руки на груди, — другие предложения есть?

Так стоп, сейчас тридцатилетняя тётка предлагает мне интим? А за это она не будет увольнять Кэти. Ха, бывало и хуже.

Я поднимаю бровь, спрашивая, что же?

— Я свободная, молодая женщина, — начала она, — одно место требует приключений. А то совсем скучно в этом захолустье.

Я скалюсь над ее предложением, а позже мотаю голову и снова перевожу взгляд на тоненькую талию Кэти.

Ты

все равно будешь моей.

Встаю с кресла, достаю из кошелька несколько пятитысячных купюр и бросаю ей на стол.

— Больше она не появится в вашем «захолустье», — ухмыляюсь и захлопываю дверь.

Продажная сука.

После того случая Кэти не захотела ехать со мной в одной машине. Она всячески отказывалась даже говорить со мной. Я не мог затащить ее в свою тачку против ее желания. Я уважал ее желания. Знаю, бывали случаи, когда мне было наплевать на то, что она думает, но теперь все по-другому. Я должен добиться ее. Одна ее улыбочка подарит мне надежду, что ничего не потеряно. Но как добиться этого я не знал. В такой тупик меня жизнь ещё не ставила, поэтому я находился в состоянии амебы.

Гнал по Москве с бешеной скоростью, пытался отвлечься. Но ничего не помогало. Мысль о том, что Кэти меня никогда не простит больно била прямо по самолюбию. Почему я такой идиот, что не осознавал, почему я бегаю за ней, ревную к каждому живому существу. Но больше всего я не понимал, как Кэти меня зацепила. Она же то и делала, что грубила и посылала меня куда подальше. Правильно, конечно, делала, но все же отделаться от меня не смогла.

Забывшись в своих мыслях, я не заметил как приехал уже к охране, отвечающей за въезд на территорию, где находился мой дом. У нас был большой участок как и дом, но иногда казалось, что тут никто не живет.

Раньше с отцом у нас было нормальные отношения. Лет так до тринадцати. Дальше все пошло по наклонной. Каждый божий день мы ссорились, орали друг на друга, пока не пришли к мысли, что проще вообще не общаться. Тогда отец отправил меня с сестрой в Лондон в какую-то частную школу, куда не каждый мог попасть. Только дети мэров или каких-то знаменитостей. Веселое тогда было время. Именно там все и началось. Девки, выпивка, тусовки. За не очень хорошее поведение меня отправили обратно в Россию. Надо было постараться, чтобы тебя выкинули. Обычно там все прощали. Ещё бы. Кто-то разве имел желание оказаться на зоне, если не в гробу за пререкание с одним из учеников этой сраной школы. Но я все-таки отличился. Там осталась учиться моя сестра, а я вернулся в Москву и экзамены сдавал тоже в Москве. Отец на это ещё сильнее разозлился, но мне было пох*й, пусть орет сколько может. Моя жизнь. Он был нормальным чуваком, но постоянно что-то требовал от меня, был недоволен.

Паркую свою крошку в гараже для машин рядом с другими, не хуже этой, но с Бентли у меня были связаны особые воспоминая, точнее с Кэти. Улыбаюсь, вспоминая как я ее обрызгал. Отлично тогда поржал. А ведь и не знал, что вскоре она будет надо мной угорать.

Взгляд улавливает небольшие изменения. Красная Ламба, машина сёстры, стоит носом в другую сторону. Отец решил сделать перестановку?

Захлопываю дверь и направляюсь к лестнице, что введёт в дом. Заглядываю в телефон по пути, отвечая на сообщения моих друзей, а когда оказываюсь в гостиной, не отрывая взгляда от мобильника, кричу матери, сидящей за стойкой и с кем-то говорящей:

— Я дома.

— А я думала, что такие крытые мальчики как ты

не оправдываются перед мамами, — слышу знакомый девчачий голос.

Оливия?

Тада-да-дам, что за Оливия пожаловала к нам? Ваши предположения жду в комментариях…

Максим

— Так, так, так… сама Оливия Фролова пожаловала в такое захолустье как Москва? Или я ослышался, — скалюсь, направляясь в гостиную к счастливой матери и ее копии.

Знакомьтесь, Оливия — моя сестра, которая должна быть сейчас в Лондоне. Вот почему машина стояла по-другому. Моя сестренка так же увлекается машинами как и ее брат, наверное, уже успела погонять и предупредить всех, что королева в здании. Насчёт королевы я не шутил, Оливия та ещё стерва и воображала, думающая, что все вертится вокруг неё. Младший ребёнок в семье, что тут поделать.

— Ну привет, братик, — щебечет она и повисает у меня на шее.

Оливия была высокой блондинкой. Отец запихнул ее в какое-то модное модельное агенство в Лондоне, так что сестренка не только училась в Англии, но еще и куролесила по миру, не забывая появляться на модных показах. Не знаю, была ли она востребованной или это все деньги отца, но у сестрички было красивое, правильное лицо. Она очень гордилась своей красотой и тем, что постоянно привлекает мужское внимание. Это меня очень бесило, но и она не оставалась в долгу. Всех моих «девушек» ставила на место и делала все, чтобы их не было уже через неделю. Такая вот у нас борьба с ней. Хотя это не было похоже на борьбу. Оливия реально ненавидела всех моих подружек, считая их недостойными меня. Это было взаимно, ее парни тоже долго не задерживались.

— Ты что тут забыла? — спрашиваю ее, разглядывая лицо.

Оливия закатывает глаза и обращается к матери:

— Господи, когда ты уже научишь его манерам?

— Взаимно, — фыркаю и иду за стол, — так что реально тут делаешь? Неужто соскучилась по семье?

Она ещё раз закатывает глаза. Одна из ее любимых и раздражающих меня привычек.

— Турне у меня тут.

Все понятно. От сестры никогда не добьёшься любви и ласки, какой была сукой, такой и осталась.

— Мило, — фыркаю, — и на сколько ты?

— Неделя, я же вас не стесню? — больше было похоже на утверждение, нежели вопрос.

Мама берет ее за руку, хотя прекрасно знает, что Оливия этого не любит, и говорит ей:

— Все в порядке, милая.

— Замечательная семейная картина, — добавляю я, — только отца не хватает. Он, кстати, где?

— Через час будет дома, — отвечает мать, — на сегодня намечается ужин и ты, Максим, тоже примешь там участие. Это не обсуждается.

Только я хотел возразить ей и сказать, что в подобных играх а-ля «дружная семья» не участвую, как мама взглянула суровым взглядом. Она прекрасно знала, что я не люблю всего этого, ибо обычно это заканчивается ссорой с отцом, но тут же их любимица приехала. Есть разве вопросы?

— Они все ещё собачатся с отцом? — спрашивает Оливия, кусая яблоко.

Мать лишь вздыхает и пожимает плечами.

— Понятно, — отвечает ей сестренка с набитым ртом, — м, кстати, Максим, я хочу в клуб!

Я кидаю на неё ленивый взгляд. Только этого не хватало.

— Не смотри так на меня, все подружки типо заняты, а ты единственный, кто может потерпеть меня несколько часов.

Она права, мало у неё друзей, которые задерживались дольше месяца. Сама виновата, не стоит быть такой сволочью. И, поверьте, я не преувеличиваю.