Эгида Х
Шрифт:
Коридор к проходу к транспорту в Развлекательный сектор был забит людьми. Раньше аспирант не бывал в этой части этажа. Зона была закрыта для прохода в рабочее время, а в нерабочее же время Семён редко покидал свою ячейку. Люди разбились на несколько групп, видимо они посещали Развлекательный центр совместно со знакомыми, старались не контактировать с теми, кому не доверяли, или же здесь была какая-то другая логика. Семён закрыл глаза. Может быть Ребекка была и права насчёт опасностей, которые подстерегали их впереди.
Через несколько минут появился военный
– Вечер добрый, – с ухмылкой произнёс один из них, видимо, старший из группы. – Проезд – сто кредитов с человека.
– Интересно, почему это вы сегодня стали брать кредиты за проезд на лифте? – спросила Ребекка. – Кажется, вы давно не отмечались в комитете за противоправные действия.
– Тогда мы тебя медленно прокатим мимо, – с ядовитой интонацией ответил солдат. – Плати, или двигай обратно на боковую.
Пожар. Я весь горю. Голова сейчас треснет от боли.
– Ребят, я знаю законы. Если развлекательный комплекс недосчитается по вашей милости около тысячи кредитов, всё, что вам останется, это выпрашивать еду на рынке. Потому что не в один приличный сектор вас не пустят.
Пожа-а-ар. Я огонь, огонь это я. Я вижу тех, кто его не любит.
– Послушай, если ты нацепил маску, и решил попонтоваться перед своими дружками, то ничего не выйдет.
Больше не могу ждать. Они не любят огонь, они не горят.
– Ребят, там кто-то в коридоре, – Джозеф смотрел за спину Ребекке, пытаясь рассмотреть стоящего там человека. – Ребята, мне совсем не по себе.
Со мной мои друзья, они любят огонь. А эти не любят.
Семён развернулся и увидел несколько человек, которые стояли чуть в отдалении, за спиной у Ребекки. Они стояли как будто чего-то выжидая. И смотрели так, что по спине холодок пробегал.
– Бек, – Семён решил сократить имя, чтобы не выдать пол, если уж Ребекка спрятала всё под балахоном. – Эти парни какие-то нехорошие, сзади.
Солдаты из патруля и Ребекка развернулись в направлении странной компании. Спор за кредиты прекратился. Солдат прищурился, люди в коридоре выглядели слишком инородными, как будто не вписывались в происходящую действительность.
– Эй вы! – солдат, который спорил с Ребеккой, обратился к странной компании. – Вам кажется, пора по ячейкам, пока не оказались в комендатуре.
Те отреагировали вяло, скорее пытаясь уловить смысл сказанного, чем ему последовать. Разговоры утихли в группах, которые стояли в ожидании отправки лифта к поезду, все подались вперёд, чтобы видеть, что происходит.
– Если вы не разойдётесь по ячейкам, вы окажетесь в комендатуре, – солдат из патруля занервничал и повысил голос. – Я не шучу. Если через пару минут вы не свалите, то нарвётесь на проблемы.
Передние ряды качнулись и в сторону солдата полетело что – то. Ребекка рванула Джозефа
Снова полетели пластиковые контейнеры, но пролетели мимо, со стуком прокатившись по полу и оставляя за собой через секунду огненную дорожку.
– Сэм, – торопливо заговорил Джозеф. – Это же те, ну те, которые в восемнадцатой были. Это их перестреляли солдаты, когда икс запустили, ну ты помнишь эту историю?
Хренотень какая-то выходила. Профессор Соболев, это был он точно, фигура сгорбленная, он сам на себя сейчас был не похож, но в грязном лабораторном халате и со следами разложения на лице. Глаза у профессора полыхали демоническим огнём, не похоже было, что он мёртвый. И сейчас он, несмотря на дозу паралитика протыкает второго солдата из патруля какой – то железной арматуриной. Как будто нанизывает муху на булавку, просто, без всяких усилий.
– Так, вы двое, помогайте, – прозвучал металлический голос из-под маски. – Пятеро, тех что легли не считаем, они пока не бойцы.
Помогать, чем помогать? Семён сообразил и сдёрнул чехол, доставая оружие, прицелился в профессора Соболева, но прежде чем нажать на курок, вспомнил, что это нужно делать вблизи. Страшно – то как. Профессор просто как бумагу солдата протыкает. Подошёл на расстояние в несколько сантиметров, и тут «странный», бывший раньше профессором Лаборатории – 18, поднял на него глаза.
– Не любишь огонь, – он оскалился и попытался достать Семёна в рывке, но промахнулся. – Не любишь гореть. Сдохнешь.
Семён прикрыл глаза и нажал на спуск. Оружие лягнулось в плечо, человек, бывший профессором Соболевым, отлетел в стену, ударился и затих. Сбоку на него кто – то налетел и ударил, Семён успел отшатнуться, поэтому удар прошёл вскользь, но рука онемела и отказалась слушаться. От боли аспирант до крови прикусил губу. Кто-то, похоже Джозеф, подскочил и ударил нападавшего, пытаясь защитить Семёна. Удар пришёлся «странному» в грудь, раздался страшный хруст и того отбросило в сторону, а Джо зашипел от боли.
Человек сзади оттащил осевшего и теряющего сознание Семёна в сторону. Кажется, это был один из тех людей, кто собирался сейчас в Развлекательный комплекс. Солдат, которого «странные» подожгли, избавился от тлеющей брони и уже помогал Ребекке, пытаясь оттащить одного из солдат ближе к Семёну.
Творился полный хаос, кто-то вызывал медблок, пытаясь внятно объяснить медперсоналу, что произошло, другой пытался держать одного из «странных» на полу, выламывая тому руку. Побоище закончилось, за несколько минут они разом потеряли несколько человек ранеными.