Чтение онлайн

— Ого, — пробормотал я. — Выглядит все так, словно тут раньше жил какой-то местный генерал!

— Ну, военврач второго ранга — это как подполковник. Он еще с остатками дивизии из окружения немцев сюда выходил. А сами мы чуть позднее в каверну попали с другой частью, тоже с окруженцами, — пояснила Наташа. И добавила:

— Говорят, что сразу тут наши с местными князьками схлестнулись и в первые же дни всю знать перебили.

— Палыч не из тех, кто чужое прихватывает. Этот дом ему выдали новые власти на законных основаниях, когда хозяев не осталось. А вообще, он хороший доктор. Вот и обжился здесь, с помощью денщиков, конечно, — дополнила подругу Люда.

—

И теперь шашлыки жарит, как на курорте? — уточнил я, почувствовав уже издали шашлычный аромат.

— Ага, — засмеялась Люда, и Лена с Наташей тоже прыснули смехом.

Едва мы подошли к воротам, во дворе тут же залаяла собака, и Люда громко крикнула:

— Пал Палыч! Гости пришли!

Сначала подскочил высокий детина с пистолетом в кобуре и оттащил большую серую собаку от калитки, схватив за кожаный ошейник. А через мгновение из дома на высокое крыльцо вышел высокий мужчина лет пятидесяти, в простой гимнастерке без знаков различия, с поседевшими висками, с большими залысинами и с добродушным щекастым лицом. Увидев нас, он широко улыбнулся:

— А-а, мои санитарочки пожаловали! И… даже с пополнением? — его взгляд скользнул по мне и Лене.

— Да, это Лена, наша новая медсестра из приемного отделения, а это — Алексей, он тоже новичок, с Вайсманом работает, — представила Люда.

— Из будущего, значит, оба? — Палыч кивнул, оценивающе глядя на мои и Лены джинсы и кроссовки. — Ну, раз уж пришли — милости просим! Шашлыки как раз дожариваются.

Мы прошли во двор. Возле костра на грубо сколоченных табуретах сидели два молодых крупных парня в солдатской форме — те самые денщики. Один из них до этого встречал нас, оттаскивая лохматую собаку от калитки. Теперь она больше не лаяла, а мирно подошла и обнюхивала по очереди каждую девушку. Не овчарка, скорее, дворняга, но большая и сильная с крупной головой. Такая овчарке ничем не уступит. Второй солдат покручивал над огнем мясо, нанизанное на заостренные прутики. Чуть поодаль стоял большой деревянный стол с деревянными лавками. И на столе уже стояла посуда. Глиняная, явно местного производства. Да и ложки были грубые, деревянные. Вилок не имелось вовсе, а вот нож имелся большой с деревянной ручкой и неровной формы. Тоже, наверное, местного изготовления.

— Что ж, садитесь, гости дорогие, раз пожаловали, — Палыч махнул рукой, приглашая нас рассаживаться за столом широким жестом. — Вина не желаете? Самодельное, из фруктов местные делают. Сейчас принесут.

— Они и вино делать умеют? — удивился я.

— Ага, — доктор усмехнулся. — В каверне, оказывается, местные жители вполне неплохо сельское хозяйство освоили. У них тут еды полно. Даже больше, чем в наших колхозах. Я тут взял к себе в дом нескольких женщин, оставшихся без мужей, так они тут мне сад и огород быстро наладили. А еще и за скотиной присматривают. Большое хозяйство здесь после прежнего хозяина хутора осталось.

— И куда же он подевался? — поинтересовался я.

— Так расстреляли его наши, как пособника князя, поскольку у князя он воеводой служил, — ответил врач.

Тут из-за сарая появилась босая русоволосая женщина в длинном домотканом льняном платье, которая принесла большой глиняный кувшин и простенькие пиалы, из которых тут пили вместо кружек.

— Спасибо, Радислава, — сказал военврач женщине и начал сам разливать по пиалам вино.

Я взял предложенную мне пиалу и осторожно пригубил. На вкус больше всего чувствовался сливовый аромат. А крепости вина почти не ощущалось.

— Ничего так, — признал я.

— Вот и отлично, — Палыч подмигнул. — А теперь

к мясу приступаем.

Шашлыки, которые денщик принес на деревянном подносе, оказались на удивление хорошо приготовлены — мясо сочное, без жил, с легким дымком, приправленное какими-то местными травами и не пережаренное. Пока мы ели, разговор зашел о последних событиях.

— Так вы сегодня с немцами возле пробоя столкнулись? — спросил Палыч, когда Люда упомянула мой рассказ.

— Да, и не только с ними, — я покосился на девушек. — Синелицые внезапно объявились.

— Хм… — Доктор нахмурился. — Это уже тревожно. В прошлый раз, как только мы крепость отвоевали у местного князя, они нагрянули малыми группами. Но наши их быстро перебили. А теперь, получается, снова полезли?

— Да, целым отрядом. И хорошо обученным. Прыгали между деревьев, словно пауки! Да и выстрелов не боятся. Прямиком на пули идут, — рассказал я.

— Значит, готовят что-то неприятное против нас, — пробормотал Палыч. — Ладно, не будем о грустном. Лена, ты как, освоилась уже у нас в госпитале?

Девушка кивнула, но в ее глазах читалась усталость.

— Тяжеловато, конечно. Столько раненых, а ни лекарств нормальных, ни лечебных методик, ни даже рентгена нету!

— Ничего, потихоньку привыкнешь к нашему положению. Да и сама научишь нас чему-нибудь умному из будущего, — Палыч потрепал ее по плечу. — Главное — не принимай все слишком близко к сердцу, а то оно очерствеет. Относиться надо к войне философски. Все мы смертны. Но, это не значит, что жизни не нужно радоваться.

По мере выпивания вина и поедания шашлыков, разговор постепенно перешел на более легкие темы. Пал Палыч рассказал пару баек про местных, Наташа и Люда вспоминали курьезные случаи из госпитальной практики. А я сидел, слушал, смотрел по сторонам и ловил себя на мысли, что впервые за последние дни немного расслабился. Но, спокойствие длилось недолго. Неожиданно нагрянули новые гости. И совсем не с добрыми намерениями.

Когда солнце уже клонилось к закату, а вино и шашлык были почти полностью прикончены нами, со стороны реки донесся странный звук, как будто кто-то шлепал по воде. Причем, шлепки имели четкий ритм.

Все замолчали.

— Это что? — прошептала Наташа.

— Может, большая рыба? — неуверенно предположила Люда.

— Не знаю. Рыба так не плещется. Не нравится мне такое дело. Словно весла. И много… — Палыч настороженно встал из-за стола.

Один из денщиков сразу схватил винтовку, другой потушил костер, плеснув воды из деревянного ведра. Угли зашипели, а мы замерли, прислушиваясь. Стояла тишина летнего вечера, ветер даже не шумел в деревьях, но плеск отчетливо слышался. И вдруг из-за поворота реки показалась длинная ладья с многочисленными веслами, красиво рассекающая водную гладь, причем, против течения.

— Прямо, как у викингов, — пробормотал Пал Палыч. И распорядился:

— Петя, подай бинокль!

Денщик тут же сбегал в дом и подал оптический прибор военврачу.

— Да это и вправду самые настоящие викинги! — воскликнул он, едва приложив бинокль к глазам. — У них оружие, и они быстро идут на веслах!

Лохматая серая собака, которая до этого мирно грызла кость, неожиданно завыла. Пал Палыч резко опустил бинокль и бросил короткую команду:

— В дом! Быстро!

Денщики тут же схватили винтовки, а собака перестала выть, громко залаяв, почуяв чужаков. Мы все вскочили из-за стола. Девушки бросились к высокому крыльцу терема, а я задержался на секунду, вглядываясь в приближающуюся ладью.