Эффект Мебиуса
Шрифт:
Она накинула халат и пошла открывать.
– Одевайся, поедем к нему вместе. Посмотрим, что из этого выйдет.
Как она и предсказала, это были два верзилы, похожие на предыдущих. Я молча напялил штаны и вышел. Они удивленно на меня уставились. Вера кивнула
– Поехали, милый.
Двое в штатском услужливо открывали перед ней двери, опасливо посматривая на меня. Мы сели в черный седан представительского класса и тронулись. Водитель обратился ко мне, не поворачивая головы:
– Вы просили сообщить, когда она сядет в машину.
Вера прыснула в кулак.
– Ну вот, ты и сообщил. Хороший мальчик, а теперь рули дальше.
Я решил помалкивать, поскольку все происходящее вызывало у меня только недоумение. Мы ехали не слишком долго, машина остановилась возле отдельно стоящего особняка, по виду напоминавшего посольство африканской державы с тоталитарным режимом. Вера вышла и поманила меня за собой.
Мы проследовали через двор с многочисленной охраной ко входу, где один из верзил вступил в переговоры с дверью.
– Шеф подъехал.
После небольшой паузы дверь ответила:
– Шеф у себя. Вы там обкурились?
– Мы привезли Веру.
– Ааа…
Загудел магнитный замок и створки распахнулись, открыв внутренности особняка. Строгая обстановка – мрамор, хром, стекло. Хозяин этого поместья не интересовался роскошью, но любил порядок.
Мы поднялись на второй этаж по огромной каменной
– Зайди, Вера. А вы двое – убирайтесь.
Сопровождающие закрыли за нами двери. Человек в костюме как две капли воды был похож на незнакомца в пальто, он был мной настолько же, насколько был мною тот. Но я не был похож ни на одного из них, я это чувствовал. Константин Васильевич имел волевую складку между бровей, губы его были плотно сжаты, а глаза прищурены. Он цепким взглядом изучал мою спутницу.
– Ты снова шутила в своей дурацкой манере.
Она пожала плечами.
– Я не виновата, что твоя охрана – образец тупости.
– Уже не первый раз ты пытаешься доказать существование моих клонов.
– Уже не пытаюсь. Зачем ты притащил меня?
Он отвернулся к окну, демонстрируя легкое пренебрежение. Ноги сами понесли меня вперед, я подошел к своему надменному отражению почти вплотную и заглянул ему в глаза. Прищуренные, холодные. Только одно чувство можно было разглядеть в этих равнодушных глазах.
– Он любит только власть. – Вера обращалась сейчас ко мне, совершенно не стесняясь хозяина особняка. Он никак не отреагировал, только рот его слегка изогнулся в презрительной усмешке.
Конец ознакомительного фрагмента.