Единственная
Шрифт:
А может быть, им платят, чтобы они не рассказывали.
— Поехали, — сказал Колин, поднимаясь и нетерпеливо отталкивая кресло.
— Я понимаю, Колин, как тебе не терпится спасти Иден, но не надо так торопиться, — сказала Мэгги. — Ничего хорошего не получится, если ее убьют из-за тебя. Я знаю этот каньон. Он ведет в соседнюю расщелину, из которой есть выход наверх. Я могу провести вас…
— Нет. Это слишком опасно. Может начаться стрельба, — прервал ее Колин.
— Вспомни, что я тебе говорила вчера вечером, — тихо ответила Мэгги.
Их глаза на
— Оставьте нас одних, — сказал он Волку и Эмилио.
Телохранитель и индеец вышли, закрыв за собой дверь.
— Я готова на такой риск, Колин, — сказала она, когда он вновь обратил на нее свое внимание. — Но за вознаграждение.
— Вознаграждение?
Он удивленно поднял бровь. Он заметил, как слегка дрожали ее руки, когда она наливала им выпить из графинчика, стоящего на тумбочке рядом с письменным столом. Протянув ему бокал, она сделала длинный глоток из своего.
— Я говорю не о деньгах, — сказала она решительно. — «Серебряный орел» приносит мне достаточно.
— Но ведь рудники иссякли. Городок потихоньку вымирает.
— Барт вложил свои сбережения повсюду. Он выкупит мой пай. Рассматривай это как приданое. — Она взглянула ему в глаза, наблюдая, как меняется их выражение.
— Приданое? Ты хочешь сказать…
— Именно. Я нужна тебе, чтобы провести в каньон и чтобы потом быть рядом с твоей дочерью, когда ты спасешь ее. А мне надоела жизнь здесь. Я сотру свое прошлое, чтобы соответствовать твоему миру, Колин. Посмотри на меня — я начитанна, недурна собой. Нам приятно вместе, мы даже можем заставить рассмеяться друг друга. Если же ты боишься, что я забеременею, так доктор сказал, что я не могу иметь детей. — Все это она выложила совершенно спокойно.
Он не верил своим ушам.
— Ты имеешь в виду настоящий брак? Мэгги готовилась к обжигающим словам, но тем не менее боль все равно ощутила.
— Не лги себе, Колин Маккрори. Ты хотел меня вчера, когда я прервала твое купанье. Если бы Льюп не помешала… кто знает, чем бы дело закончилось… И не отрицай, что между нами какая-то связь.
— Я не отрицаю, — сказал он тоже решительно. — Ты права. Ты чертовски привлекательная женщина, и я бы хотел переспать с тобой. И сейчас хочу. Но это не означает, что я хочу жениться на тебе.
Хорошо хоть не назвал в глаза шлюхой.
— Никто на территории Аризоны не узнает о моем прошлом. Мы можем сочинить целую историю о нашем знакомстве. Тебе понадобится объяснять причины отсутствия Иден. И я помогу тебе.
— Похоже, ты уже обо всем подумала, — сказал он с холодной яростью и изумлением. Она еле сдерживала волнение.
— Да, подумала. Вот почему я всегда выигрывала в карты.
— Ты говоришь в прошедшем времени, — с презрением сказал он.
— Потому что прошлая жизнь мне надоела. Я буду для тебя кем захочешь, Колин. Сделай это ради Идеи.
— Какой же ты игрок, если играешь так авантюрно, англичанка.
Он произнес слово «англичанка» так, как произносили его в восемнадцатом столетии его шотландские предки. Но ей было уже не
— Почему же не рискнуть, если у меня на руках все козыри, — спокойно сказала она.
— Если я не женюсь на тебе, никто не поможет мне отыскать мою дочь. Тебе хватит обещания, или ты уже где-нибудь припрятала священника, который совершит соответствующую церемонию, прежде чем мы сядем на лошадей?
— Мне хватит твоего слова, Колин, — спокойно ответила она.
И что это я затеяла? С ума я сошла? Он же никогда не простит мне этого. А может, оно и к лучшему. Что такое брак? Лишь формальность. И ни один мужчина больше к тебе не прикоснется. Даже Колин Маккрори. В лице Иден она обретет дочь, которую потеряла семнадцать лет назад. Страх и надежда боролись в ее сердце, и Мэгги ждала, что решит Колин.
— Хорошо, черт побери. Я женюсь на тебе, — рявкнул он. Повернувшись, он вышел из кабинета, с грохотом захлопнув дверь.
Иден Маккрори глядела вверх на зубцы расщелины, ставшей ее тюрьмой. Было время сиесты, когда большинство людей спят. Седой мексиканец, готовивший для них, скреб горшки и кастрюли, а Джуд сидел у кострища и чистил оружие, не обращая на нее никакого внимания. Укрытие, в котором они проводили последние дни, было окружено такими крутыми каменистыми склонами, прочными и гладкими, что за них удалось зацепиться липы» нескольким кустикам плюща. По дну каньона лениво струился ручеек, по берегам которого росли лишь приземистые сосенки да деревья madrono.
В другом конце ущелья более густые заросли словно приглашали воспользоваться побегом. Но до них было около ста ярдов открытого пространства. Ее быстро догонят.
Вскочить бы на лошадь, пока они спят. Благое желание. Каждую ночь Джуд укладывал ее на свое одеяло и после различных отвратительных манипуляций, совершаемых с ее телом, засыпал, крепко обхватив руками.
А сон у Джуда Ласло на редкость чуток. Это она выяснила в первую же ночь в этом убежище, когда, выскользнув из его тошнотворных объятий, украдкой двинулась к лошадям. Взявшись за повод одной из самых быстрых лошадей отца, она приготовилась уже вскочить в седло и помчаться как ветер. Но Джуд уже стоял за спиной, подкравшись, как кошка. Он схватил лошадь под уздцы, забавляясь игрой, в которой он диктовал правила.
За этим последовали и другие игры, одна уродливее другой. Хорошо хоть он не делил ее со своими дружками. Пока. Иден содрогнулась, представив себе одутловатую, с грубыми чертами физиономию Макса Хэйвуда и его рыхлое тело, от которого вечно воняло прокисшим вином. Джуд, по крайней мере, регулярно мылся, да и уродом не был.
А впрочем, какая разница? Она растоптана. Осквернена. Жизнь кончена. А эти лишь ждут случая, чтобы убить ее отца. Если бы ее самоубийство могло спасти его, она бы совершила этот грех с радостью, но все тщетно. Колину Маккрори суждено уйти вслед за ней… Ну нет! Она выживет и сделает все, чтобы остановить этих сумасшедших, нанятых шайкой воротил из Тусона, которым смертельно ненавистен ее отец.