Чтение онлайн

— Это унижение, вот что это такое. — Я сердито сдвинула брови. — Я его жена. Понятно, я была каким-то человечишкой, который ничего не смыслит в устройстве Вселенной, но, ради всего святого, теперь-то я знаю достаточно. Он должен мне доверять.

— Он тебе доверяет. Просто хочет, чтобы твоя жизнь была как можно более нормальной. Он ведь знает, как это важно для тебя.

— Теперь это спорный вопрос, ты не согласна?

— Согласна, но я не люблю тебя так сильно, как он.

Я криво усмехнулась. Клер пользовалась запрещенными приемами. Джаред любил меня, и временами чувства затуманивали

его способность рассуждать здраво. Но нельзя же злиться на него за это. Не сказать мне о Гранте — это противоречит логике. Тут просто нет никакого смысла.

— Чтобы утаивать от меня такие вещи, надо иметь основательные причины. А у Джареда их нет, ни одной.

— Причины вполне человеческие.

— Просвети меня.

— Грант давно влюблен в тебя. Как ты думаешь, почему Джек все время подталкивал его к тебе?

— В этом тоже нет смысла. Джек не хотел, чтобы я сблизилась с Джаредом из-за пророчества. Он точно так же не желал бы и моей близости с архом.

— Как поступают девочки-подростки, когда родители им что-то запрещают? — спросила Клер. — Если бы Джек настаивал, чтобы ты держалась подальше от Гранта, то ты бы прямиком побежала к запретному плоду.

— Блин, кто может быть таким упрямым?

— Ты.

Я вздохнула.

— Почему Джек не применял такой же метод с Джаредом?

— Ему это было не нужно. Он приказал Джареду оставаться в тени. Это решало проблему. А Грант не подчинялся Джеку.

— Да как же. Я видела это много раз.

— Ты видела то, что они хотели тебе показать.

— И все равно это не объясняет, почему Джаред мне не сказал, — пыхтела я.

— Джаред может казаться верхом совершенства, но и человеческое ему не чуждо, Нина. Из страха, что ты уйдешь к другому, он способен принимать неверные решения, как любой сомневающийся в себе парень. Это же не в первый раз.

— Но он теперь не просто мой парень.

— Однажды он уже выжидал время, чтобы сказать тебе кое о чем, держал это в секрете, пока не стало поздно, не так ли?

— Ты права.

— Конечно, я права, — сказала Клер.

Она подняла меня на ноги и, дружески хлопнув по спине, добавила:

— Иди поцелуй своего мужа и помирись с ним, а то он наверняка сейчас клянет себя на чем свет стоит.

Я подошла к двери, помедлила, а потом все же открыла ее. В коридоре, держа руки в карманах, стоял Джаред.

Я скрестила руки на груди:

— У тебя такой вид, будто ты потерял лучшего друга.

— А я его потерял? — грустно спросил он.

У меня поникли плечи.

— Прости меня, — сказал Джаред. — Клянусь, это все. Больше у меня нет секретов.

— Кажется, я уже это слышала. — С этими словами я подошла к нему близко-близко.

Джаред положил ладони по бокам моего живота и посмотрел вниз; глаза его были темны от чувства вины и беспокойства. Я обхватила любимого за шею и прижалась щекой к его щеке. Так мы стояли очень долго, пока он не почувствовал себя так же хорошо, если не лучше, чем в первый раз. Электрическое напряжение от близости никуда не исчезло, и мне так же нестерпимо хотелось быть еще ближе к нему. Он пах так же волшебно, и кожа осталась такой же мягкой. Прошло много месяцев с тех пор, как мы в последний раз улучили чуточку времени для

себя, чтобы просто побыть вместе. Я старалась впитать этот миг, запечатлеть в памяти все нюансы. Через восемь дней мы уедем. Нас ждет борьба не на жизнь, а на смерть. Кто знает, когда такой момент повторится.

Джаред скользнул рукой к моей спине и прижал меня к себе крепче. Я приподняла подбородок, и любимый прикоснулся губами к моим губам. Обняв его за плечи, я ощутила пальцами упругость мышц. Язык Джареда пробрался ко мне в рот, но только на мгновение.

— Кхе-кхе, — подал голос Райан.

Я обернулась: прервавший нас стоял рядом с Клер у лестницы.

— Явился, — буркнул Джаред.

Мы вместе спустились в фойе к Бексу и Лиллиан. Я обняла свою свекровь на прощание; ее ответное объятие было чуть-чуть слишком энергичным и долгим, что вызвало у меня улыбку.

— Я люблю тебя, — сказала она и поцеловала меня.

Потом посмотрела на Джареда:

— Не ссорьтесь.

Джаред кивнул, и Лиллиан помахала рукой — пока, пока.

Я вошла в столовую. Джаред, Клер и Райан — следом.

Райан и Клер начали убирать со стола. Райан подтолкнул Клер локтем и, улыбаясь, сказал:

— Твоя мама меня любит.

— Она всех любит, — презрительно заметила Клер. — Ты не исключение.

— А ты не всех любишь. Значит, это делает меня особенным… если ты…

Клер в смущении посмотрела на нас с Джаредом.

— Ишь чего захотел!

— Просто скажи это.

— Перестань указывать, что мне делать, — резко ответила Клер.

Райан скрестил руки:

— Это потому, что я человек?

Клер прищурилась:

— Ты серьезно? А разве не может быть, что ты мне просто не нравишься?

— Я? — переспросил Райан, тыча пальцем себе в грудь.

И решительно отверг предположение Клер:

— Нет. Ты сильная женщина. Я принимаю это. Не многие способны смириться с тем, что девчонка может надрать им задницу. Еще меньше таких среди солдат, и еще меньше среди спецназовцев. Но я согласен, и я могу тягаться с тобой, как никто другой. Я прошел тренинг… а сколько раз Создатель Вселенной говорил нам, что мы должны провести остаток дней вместе. Какие еще доказательства тебе нужны?

Клер развернулась и сделала Райану подсечку, так что парень повалился на пол, опрокинувшись на спину.

— Прежде всего, ты неспособен тягаться со мной. Второе…

Райан прыжком вскочил на ноги. Клер приняла защитную стойку. Райана эта реакция развеселила.

— Я могу с тобой тягаться.

— Сомневаюсь.

— Испытай меня. Если не справлюсь, оставлю тебя в покое.

Клер исподлобья глянула на Райана льдисто-голубыми глазами убийцы, но за грозным взглядом читалась озорная улыбка.

Я нахмурилась:

— Вы сдурели?

— Поздно, — отрезала Клер.

Она согнула колено и пнула Райана ботинком в живот. Парень отлетел на другой конец комнаты, стукнулся о стену и распластался на полу. С трудом поднявшись на ноги, Райан втянул в себя воздух, а потом шумно выдохнул.

Я скривилась:

— Скажи спасибо, что она не носит туфель на шпильке.

Райан бросил на меня раздраженный взгляд и закашлялся. Стоя на трясущихся ногах, он поднял руки, открытыми ладонями к Клер.