Чтение онлайн

— Замри и подчиняйся!

— Ага, щаз как сам замрёшь у меня — так замрёшь и превратишься в камень! — бросила надменный взгляд на брата.

Али спорить не стал и отвернулся. Эльмира и в роли кузины могла заморозить, и испепелить разом неугодного.

Эля взяла прообраз булгаковской Маргариты: надела плотный лиф, расшитый паетками и бисером с вуалевой юбкой — костюм театрального реквизита из университетского драмкружка.

Эдем и Али смотрели на девочку скептически: лёгкий сценический костюм смотрелся неуместно даже в отапливаемом

помещении, не говоря уже о зимней погоде за окном, но мнение свое придержали — девочку переубедить было невозможно.

Нацепив на собранные кверху пышные волосы золотую корону и покрутившись у зеркала, Эльмира осталась довольна образом.

— Эдем, ты мог быть Мастером.

— Еще чего, быть этим маргиналом, — покривился Керимов. — И образа то у него и нет.

— А Бегемотом? — злорадно улыбнулась Эльмира. — Кот-Бегемот!

— Ну тоже мне эталон для подражания! Я самим Воландом буду, — и взмахнул полой кожаного плаща, найденного на чердаке у деда Александра. Напялив шляпу с высокой тульей, выуженную Эльмирой из антресоли, удачно вошел в роль справедливого повелителя тьмы.

Морозная ночь — на небе вёдро. Месяц, серпом повисший в ночи; где-то в соседних дворах слышались русско-народные песни и подвывание им собак — вот она славная русская деревня.

— Пойдемте к соседям — друзьям моих родителей, к чужим я не пойду, — запротестовал Али.

— А давайте звонить в любой дом — кто откроет тому и колядуем, — задорно предложила Эльмира, шествуя впереди мальчишек.

— Мне без разницы к кому идти, я все равно никого не знаю, — хмыкнул Эд, — проваливаясь ботинками по щиколотку в сугробы.

— Эдем, ты наберёшь в обувь снег, — заметила Эльмира.

— Ну и что, мне нравится. Где я еще его увижу, — демонстративно погружаясь в высокие сугробы, оставляя глубокий след.

Эльмира пожалела, что не надела высокие сапоги, а еще лучше валенки бабушки с чердака. Её мама и тетя Люция рассказывали, как в детстве зимой носили только их, но образ Маргариты этот вариант обуви сильно портил.

Соседей дома не оказалось и подростки, опечаленные и обиженные поплелись обратно. Эльмира без энтузиазма волокла метлу, Али и Эдем пинали снежную наледь на обочине и пытались слепить снежки. Собаки, заслышав прохожих просыпались и выскакивая из будок, начинали лаять и даже проникнув головой под забор, оскалившись, мечтали сцапать ноги потревоживших их прохожих.

— Вот, тут реально деревня, — произнес Эдем и кинул в очередную псину кусок снега. — На, подавись, злая собака!

Пёс заскулил, но не сдался, став еще злее, обгрызая забор с еще большим рвением.

— Ну ты тварь, сейчас наподдам тебе, — и начал накидывать мерзлый снег на разъярённую собаку.

— Эдем, брось его, еще отцепиться и перемахнет через калитку, — забеспокоилась Эльмира.

— О, злой какой, гляди, — не сдавался парнишка, вступив в противостояние с животным. — Даже не боится. А вот на тебе еще, — добавив новую

порцию снежной пыли.

Псина скалилась и хрипела, пытаясь отстоять хозяйские постройки и себя.

Али собаку пожалел и отошёл в сторону, ожидая, когда другу надоест доводить животное.

— Эй, шпана малолетняя, вы чего собаку травите? — послышался мужской голос из соседнего проулка, и дети испуганно замерли. — Ща я ваш уши надеру, — и силуэт стал резко приближаться.

— Бежим! — крикнула Эльмира и парнишки припустили вдоль домов. А сама она промешкалась, ища в темноте летательный экспонат и побежала самая последняя.

Оглянулась спустя двадцать метров и обмерла: кричавший им вслед мужчина не остановился, а бежал следом, упорно желающий наказать шаловливых подростков. Сразу вспомнился похожий случай в чужом саду. И если там она была рядом с домом и в относительной безопасности, то здесь на безлюдной улице и с неизвестным человеком. В животе закололо от страха и быстрого бега. Мальчишки успели получить фору и скрылись из вида, не заметив, что девочка отстала и готова попасть в руки чужака. Поняв, что преследователь ее нагоняет — сдалась, резко остановившись, присела на корочки.

Лежачих же не бьют? — вспомнила правило.

Мужчина тоже резко остановился, шумно дыша и всматриваясь в скорченный силуэт. Эльмира осторожно подняла голову и выпалила:

— Сидячих не бьют!

— Не бьют…, - ответил мужчина и коротко рассмеялся. — Девчонок особенно.

Эля ожидала что гонится мужчина возраста ее отца, а оказался парень лет двадцати или чуть старше. Потому он и догнал её легко. Девочка оглянулась в проулок и не увидев знакомые силуэты, сникла и сидела, прикидывала как обмануть незнакомца и сбежать. Повторения яблочного инцидента не хотелось.

— Зачем собаку дразнили?

— Это не я, — медленно выпрямилась девочка. — Это мои братья, — на раз сдала мальчишек.

— Ах, братья…шалопаи, а не братья! — сказал со злостью и сплюнул наземь.

— Да, они оба олигофрены…простите их, — нагло соврала и печально улыбнулась парню.

Незнакомец дословного перевода термина не знал, но догадался что это связано с умственной отсталостью и понимающе кивнул девочке.

— А она ваша? — тихо спросила Эля.

— Собака что ли? Да…злая Глафира, могла и укусить.

— Верю, — покорно пролепетала Эльмира. — Ну я пойду, дядь, извините нас.

— Да какой я тебе дядь, — обиделся парень. — Мне всего двадцать три.

— Простите…

— Может тебя проводить? Далеко живёшь?

— Нет, спасибо. На соседней улице, — кивнула головой в сторону.

— Странно, что я тебя не видел раньше. Переехали недавно?

— Да, в декабре.

Парень еще раз окинул пустынную улицу и не заметив присутствия озорников примирительно вздохнул. Решив, что мальчики и правда нездоровы раз бросили сестру в темное время с незнакомцем.